– Сколько воинов в гарнизоне?
– Сто сорок семь, – сухо ответила Вайда и, энергично рубанув рукой по воздуху, убежденно прибавила: – Но на стены, коль нужда будет, весь люд замка поднимется. Нельзя тварей на земли Эркайса пускать.
– Я писал отцу, просил пополнения, но он более не прислал солдат. Возможно, не верит вовсе или не хочет верить, что тут в самом деле все так серьезно… Думал сам ехать за помощью, но боюсь, что все равно убедить его не смогу в том, что страшные легенды стали явью, какие б доказательства ни привез, слишком долго у нас все спокойно в Союзе было. А тут каждый, кто меч держать способен, пригодится. – Принц досадливо мотнул головой и снова прикусил губу.
– По всей видимости, папаша считает, что изнеженный домашний мальчик, которого он услал порастрясти жирок, наложил в штаны и навоображал себе врагов заодно с заскучавшим комендантом Вайдой, коей опостылела служба в глухой провинции. А может, решил, что она с принцем на пару налопалась черных грибочков до страшных галлюцинаций, – предположил Рэнд, внимательно слушавший историю. Но за шутливой репликой вора крылся четкий анализ ситуации. Прищелкнув пальцами, Фин прибавил: – А принц молодчага, домой под папашино крылышко лететь не захотел!
– Вы пробовали вести переговоры? Нападающие выдвигали требования? – уточнил Лукас, чуть приподняв бровь.
– Кто же с нелюдью будет так!.. – Принц буквально задохнулся от возмущения и крепко приложил об стол кубок с отваром, расплескав напиток. Чувствуется, молодому человеку хотелось добавить словцо покрепче, из тех, что он успел нахватать в крепости, но все-таки удержался в рамках приличия.
Согласные с вождем, пусть рыхловатым телом, но сильным духом, рассерженным роем шмелей загудели остальные оргевцы.
– Я не говорю, что с ними можно или нужно вести переговоры, ваше высочество, – мягко отметил инкуб, вовсе не собираясь спорить, – речь идет лишь о том, известны ли вам точно их намерения? Нам нужно знать, как и зачем ваши враги смогли открыть врата, столь долго пребывавшие запертыми, и кто именно за всем этим стоит.
– Им нужна крепость – через нее лежит единственный путь к людским землям, а что дальше… это понятно и без разговоров: покорение наших земель, изничтожение всего рода человеческого под корень. Так говорят о желаниях врагов старинные летописи, – проронил Шавилан, покручивая на пальце одну из своих многочисленных косичек. Жест был скорее машинальным, чем нервическим, любопытный маленький человечек оставался совершенно спокоен. Может, он был фаталистом по природе, или уже как-то на досуге бросил свои забавные косточки и знал, что день грядущий готовит пусть не для мира, но лично для него.
– Нам нужно отстоять крепость и взять пленников для допроса, – вынес решение Гал. Все то время, пока шел рассказ, он внимательно изучал настольный макет. – Дальше будем решать. Комендант, мой меч в вашем распоряжении. Маг действует на свое усмотрение.
Принц охотно кивнул, одобряя такую расстановку сил, хотя его одобрения и разрешения никто и не спрашивал. Но должны же быть у высокородных особ некоторые заблуждения насчет важности своего мнения. Малость успокоившись, Арсин почти машинально потянулся за круглым печеньем или маленькими хлебцами, блюдо с которыми стояло по левую руку у кубка с вином, и сунул в рот. Двинул один раз челюстями и захрипел, подавившись творением хлебопеков. Лицо молодого человека начало стремительно краснеть, приближаясь к дивному оттенку королевского пурпура.
Действуя столь стремительно, что компания наблюдателей у зеркала даже не успела сообразить, порывался ли кто другой оказать помощь наследнику престола, Гал взметнулся со своего места, сместился к стулу Арсина, сложил руки в замок, и, проведя захват под грудью, рывком потянул пострадавшего вверх. Печенье пулей вылетело изо рта принца, а сам он со свистом втянул воздух.
– Впредь ешь аккуратней, – без малейших признаков пиетета перед особой королевских кровей строго посоветовал Эсгал. – И лучше вообще не ешь на советах.
Принц пробормотал слова благодарности, принимая рациональный совет спасителя, и возмущаться не стал, может, предполагал, что суровый воин в ответ на дерзость вполне способен запихнуть выскочившее печенье на прежнее место и сказать, что так и было? А под столом кто-то звучно тявкнул, соглашаясь с дельным советом, потом послышался топоток, и на колени отдышавшегося бедолаги бесцеремонно взобралась маленькая, но очень деловая собачка. На взгляд Эльки, более всего походила она на тойтерьера серо-рыжего цвета.
– Люмми! – Арсин нежно улыбнулся песику, перебирая рукой шелковистую шерстку. – Умничка наш! Пес в прошлый раз в замке орка нашел, который мимо камней сторожевых при штурме проскользнуть исхитрился. Такой лай поднял, что тварь темную вмиг обнаружили и истребили! Он нелюдей страсть как не любит, такой отважный, готов прямо в бой бросаться, перед штурмом запирать приходится, чтоб не убили ненароком.
– Да здравствует Люмми – победитель орков! – провозгласила Элька, живо представив себе маленькое лохматое чудо, попирающее крохотной лапкой массивное тело врага, и прыснула.
Похоже, защита замка Кондор взрастила мужество не только в сердце домашнего мальчика Арсина, но и в его отважном пушистом друге, а может, и тому и другому это качество было присуще изначально, но не находило своего применения в буднях дворцовой жизни?
– А чего ты смеешься? – пожал плечами Рэнд, на сей раз не разделяя веселости подруги. – Вон в Регале специально сафанцев, это псы поменьше Люмми будут, держат, чтобы нежить отгонять. Лай у них такой волшебный! Живому, правда, тоже сдохнуть охота, коль пес забрешет, но и на ночных гостей безотказно действует!
– Специфичная частота лая? – задумался вслух Макс над очередной научной проблемой, пока принц принялся допытываться у Лукаса, какую магическую помощь он способен оказать на то самое усмотрение, о котором говорил воин, а маг отделывался общими фразами, не желая раскрывать карт. Вот любил мосье сюрпризы для непосвященной публики, к тому же пока и сам не знал, какие именно чары сочтет нужным применить…
После объявления о решении посланцев богов люди быстро и четко обговорили последние несколько вопросов, касаемо предстоящей обороны, разобрали свои одежды из груды у дверей, и помещение опустело.
До очередного открытия врат между двумя частями Оргевы, если закономерность, описанная чароплетом, не будет нарушена, оставалось чуть более часа. Принц удалился запирать Люмми да облачаться в защитные доспехи, другие члены совета – командиры небольшого гарнизона – проверять своих солдат и тоже готовиться к штурму. А комендант Вайда, Шавилан, служитель/хранитель Тарин и Лукас с Галом отправились на стены Кондора. Первая – показывать, второй – помогать или советоваться с коллегой, третий – молиться, ну а пара наших друзей изучать обстановку.
Глава 12. О стенах и чарах
Теперь, когда о штурме и огненных стрелах было известно, наблюдателям стало понятно назначение пирамидок снега, складированных в некоем, близком к шахматному, порядке на внутреннем дворе крепости. Его, вместо столь же дефицитного в горах, как и дерево, песка, оставили для тушения случайных пожаров. По крутой, узкой лестнице, где способен был подняться за раз лишь один человек, повернувшийся боком, пятеро гуськом взошли на стену, опоясывающую периметр Кондора. Ступеньки, между прочим, были вычищены на совесть, во избежание бытовых и производственных травм.
Стена была толстой, навскидку не менее пяти кирпичей шириной. В пазы между камнями были вставлены толстые брусья и лежали доски платформы, расширяющие пространство, что позволяло защитникам двигаться и сражаться без особого риска, вплотную познакомиться с жесткими камнями внутреннего двора. Сами доски, как мимоходом отметила Вайда на вопрос об угрозе пожара, во избежание возгорания, были пропитаны какой-то зеленой субстанцией.
Внешний край стены поднимался массивными и частыми высокими зубцами, за которыми могли укрываться защитники, отстреливаясь от нападающих и отстреливая таковых. Горками лежали крупные камни для столь же «мирных» целей и стояли бочки со стрелами. Несколько воинов как раз поднимали дополнительный опасный груз на противовесе, установленном рядом с узкой лестницей десятком метров дальше. Две башни с бойницами по периметру, глядящими на стену и за нее, могли стать превосходным укрытием для уже виденных компанией арбалетчиков, отстреливающих атакующих из безопасных укрытий даже в том случае, если противник все-таки окажется на внутренней стороне стены.
Впрочем, с логической точки зрения таковых врагов просто не должно было быть. Когда Лукас и Гал выглянули наружу, они, а с ними и вся команда увидели далеко-далеко внизу скалистое, запорошенное снегом дно узкой равнины, почти ущелья, с обеих сторон окруженного отвесными скалами. Возможно, в такой местности могли скопиться изрядные груды снега, но по ущелью гулял сильный ветер и сдувал снежинки, не успевшие накрепко уцепиться за камни, в расщелину, протянувшуюся вдоль равнины на всю, сколько хватало глаз, длину, буквально от самых стен.
Элька видела такое когда-то в клубе для альпинистов, куда ее заманил очередной кавалер, стремящийся оригинально развлечь подругу и произвести на нее впечатление своими навыками. Стоило ли говорить, что кавалер был мгновенно забыт, а девушка с головой погрузилась в новую забаву. И надо было такому случиться, на самом верху простой стенки страхующий ее ухажер ухнул с выступа и задел Эльку. Она соскользнула следом и сорвала до крови два ногтя. Нет, не плакала – много чести, но вот интерес к альпинизму пропал напрочь, а заодно и увлечение горе-скалолазом.
Словом, имелась крепость – пробка в бутылке безжизненной равнины и отвесные скалы по краям. В таких условиях даже очень ненормальные герои в обход пойти были просто не способны! Мало того, сама стена замка была не просто отвесной, как скалы, она имела специфический обратный уклон для продвинутых скалолазов.