- Мистер Хамфрис, мы не можем принять верное решение, пока не выясним состояние корпуса газового баллона и насколько серьезна утечка.
- Не настолько серьезна,- возразила Дюшамп.- Пока.
- Но со временем она станет опасной,- добавил Родригес.
- Не скоро,- настаивала капитан.
- Пока мы будем оставаться в облаках, на наш корабль насядет целая колония венерианских организмов и устроит здесь себе пир,- пылко возражал я.
- Нет времени для паники, мистер Хамфрис,- отрубила она.
- Погодите,- вмешался Родригес.- Вы оба, погодите. Кончайте спорить. Все правы. Спускаться надо немедленно. Но прежде всего надо проверить, что с емкостью. А так мы только теряем драгоценное время в спорах.
- Но разве у нас есть время на проверку? Дюшамп ледяным тоном ответила:
- Фукс раньше нас зашел в этот облачный слой. Почему же эти ваши пресловутые «жуки» не съели его корабль?
- А почему вы считаете, что этого не случилось? - парировал я.
- Я знаю Ларса,- сказала она с легкой усмешкой.- Он не глуп. И никогда не полезет навстречу опасности.
Я перевел взгляд с нее на Родригеса и Ризу, которая уставилась широко раскрытыми глазами на командный пульт связи, затем мой взгляд вернулся к Дюшамп.
- Добро,- сказал я наконец.- Я возвращаюсь в биологическую лабораторию, чтобы оказать всяческое содействие Маргарите. Мы должны определить, насколько эти жуки в самом деле опасны для корабля. То есть, в какой мере они нанесли урон скафандрам. Из этого будет ясна дальнейшая картина развития событий. Сколько времени понадобится, чтобы залатать трещину?
- Несколько часов,- ответила Дюшамп.
- Йитс уже одевается. Она пойдет вместе с Акирой. Они начнут работу изнутри обшивки,- объяснил Родригес.- Так будет безопаснее.
- Но от жуков обшивка их не убережет, не так ли? - спросил я.- Ведь если атмосферный газ проникнет внутрь, туда же попадут и вездесущие жуки.
- Не забывайте, что в баллоне поддерживается давление,- возразила Дюшамп.- И, стало быть, газ только выходит оттуда, но никак не проникает.
- И все же не держите их там слишком долго,- попросил я настойчиво и властно, как хозяин судна.- А то неровен час…
- Час не только неровен, но и быстро проходит, мистер Хамфрис. Хочу заметить вам, что дорога каждая минута.
- Действуйте,- сказал я напоследок.
Существовал только один быстрый, хоть и несколько примитивный способ определить истинный аппетит жуков, на котором мы с Маргаритой и остановились. Я срезал небольшую пластину с коленного сустава скафандра, того самого, в котором уже дважды (второй раз неудачно) выходил в облака. Этот кусочек скафандра должен был стать жертвой эксперимента. Надо сказать, что начальная стадия опыта оказалась самой трудной: материал оказался Твердым и неподатливым. Пришлось пустить в ход электропилу.
Когда я вернулся с пилой в лабораторию Маргариты, она уже сидела над термосом, оборудованным, как инкубатор для венерианских организмов.
Но когда я наконец протянул ей отпиленный кусок скафандра, вид у нее был разочарованный и подавленный.
- Они умирают,- сказала она, как будто речь шла о ее потомстве.
- Но я думал…
- Я пыталась создать им все условия, максимально близкие к естественной среде,- объяснила она, обращаясь одновременно к себе и ко мне.- Температура в холодильнике близка к нулю, точно такая же, как за бортом. Я понизила давление и даже добавила испарений серной кислоты. Но ничего не помогает! Все до единого существа, которых я показывала, погибли.
Я вложил ей в ладонь кусочек скафандра.
- Действуй, Маргарет. Засунь это в свой холодильник, и посмотришь, какой у них здоровый аппетит.
Она проделала грандиозную работу, превратив запасной термос-холодильник в настоящий лабораторный аппарат с плотно запечатанной крышкой, под которой скрывался десяток различных кабелей, ведущих к сенсорам. В результате получилось хитроумное самодельное устройство, из ряда тех, что ученые называют «самоваром». Я слышал о таких устройствах от одного такого изобретателя, ученого Рубена Гольдберга, но видел впервые. С обеспокоенным видом Маргарет проворно нашинковала с таким трудом отпиленный кусок на полоски толщиной в волос, с помощью алмазной пилки, а затем направила половину полученного материала по одной из трубок в свой хитроумный агрегат.
- Зачем тебе алмазная пилка? - спросил я.
Вопрос вызвал у Маргарет улыбку.
- А как ты думаешь?
- Ну… не знаю. Ума не приложу.
- Я собиралась набрать коллекцию венерианских минералов. И посмотреть их срезы под микроскопом.
Нет, я положительно пустился в экспедицию с истинными учеными. Такими же неугомонными, трудолюбивыми и готовыми отдавать науке хоть целые сутки напролет. Интересно, они-то когда-нибудь спят?
- Ах да, конечно,- сказал я.- Я помню, ты рассказывала, просто о другом задумался.
- А я думала, что уж кто-кто, а ученый-планетолог должен иметь с собой набор геологических инструментов,- продолжала она, даже не спросив, о чем я задумался.
Я почувствовал, как у меня на лбу собираются складки. , - Кажется, сейчас я припоминаю… Да, я действительно прихватил его с собой. Она рассмеялась.
- Я знаю, Ван, уж ты-то, конечно… За тобой не заржавеет. Я позаимствовала его из твоих ящиков на складе.
Она обокрала меня!
Чтобы скрыть свое замешательство, я склонился над узким глазком-окошечком термоса. Но там не было видно ни черта, кроме серого тумана.
- Там что, натуральный воздух Венеры?
- Да,- ответила она, слегка хмурясь.- Я вытянула его из основной забортной пробы, которую мы брали для нефелометров и масс-спектрографов.
Я обратил внимание, что последние слова она произнесла с нажимом.
- А в чем дело?
Она раздраженно фыркнула, совсем как мать.
- Пробы брать запрещено. Приказ капитана.
- Но почему она? Какое она имеет…- И тут я понял.- Она не хочет рисковать. Жуки могут проникнуть на борт.
- Верно,- вздохнула Маргарита.- Так что мне больше не удалось раздобыть для них свежего воздуха.
- И тем не менее она делает вид, что не верит ни в каких жуков, и выставила меня дураком, когда я заговорил про поручень и скафандры. Дырку-то в газовом баллоне она признала, потому что это такой очевидный факт, от которого не отвертишься. Его зафиксировали даже хваленые датчики и сенсоры Йитс.
- Естественно, она не хочет допустить паники среди команды.- Она пожала плечами, как будто речь шла об очевидном.
Но не для меня. Для меня это не было очевидным.
- Она говорила, что является первоклассным капитаном. Лицемер она первого класса,- сказал я несколько запальчиво.
- Она капитан корабля,- жестко ответила Маргарита.- Ей решать, что делать. Ведь что бы ни случилось, за все будет отвечать она. На ее плечах ответственность за наши жизни.
В словах Маргарет был определенный смысл. Но все же…
- Она послала Сакамото вместе с Йитс латать обшивку газового баллона.
- Никуда не денешься. Без этого нам не выйти из облаков.
- Возможно,- неохотно признал я.- Но нельзя позволять им там задерживаться.
- А сколько они уже там?
- А сколько мы с Родригесом были за бортом? И вернулись с прорехами.
Маргарита кивнула.
- Я уверена, что она держит ситуацию под контролем. Ведь сигналы из скафандра поступают на ее пульт. Поэтому, если что…
Вдруг зазвенел таймер на термосе, прервав нашу беседу.
Маргарита извлекла пробу венерианского воздуха, обогащенного парами серной кислоты и живущими в нем организмами.
Она быстро пристроила пробу под электронный микроскоп и вывела изображение на экран компьютера.
- Они ожили! - услышал я спустя мгновение ее счастливый крик.- Посмотри, как они шустро задвигались!
- А где материал скафандра? Она развернула экран ко мне.
- Его больше нет. Они слопали металлокерамику. Она их кормит.
РОКОВЫЕ РЕШЕНИЯ
Я вбежал по коридору на мостик. Дюшамп, как обычно, сидела в командирском кресле. Похоже, и не вставала. Тут я услышал голос Йитс, в котором дышало напряжение.
- …продвигается медленнее, чем мы ожидали. Должна вам сказать, это непростая работа.
- Вы должны немедленно отозвать их обратно! - сказал я Дюшамп.- Немедленно. Пока жуки не погубили их.
Родригеса на мостике не было. Риза Каладни испуганно горбилась за своим пультом, боясь поднять глаза в присутствии двух людей, борющихся за власть.
Прежде чем Дюшамп успела ответить, я добавил:
- Жуки едят металлокерамику. Проверено в ходе эксперимента. Причем делают это с потрясающей быстротой. Они ее уже распробовали, понимаете? Для них это лакомство, как для нас - черная икра,- они усваивают ее с потрясающей скоростью.
Капитан уставилась на меня тяжелым недоверчивым взглядом.
- У вас есть доказательства?
- Они у вашей дочери, в лаборатории. Это правда, клянусь вам! Немедленно верните их обратно!
Дюшамп одарила меня таким взглядом, как будто собиралась перерезать мне глотку, но вместо этого включила связь, нажав пальцем кнопку в рукоятке кресла, и хрипло произнесла:
- Йитс, Сакамото, немедленно вернуться на борт. Это приказ.
- Есть. Уже возвращаюсь,- донесся голос Йитс с видимым облегчением. Она не привыкла к чрезмерному физическому напряжению, которое в обиходе называется работой. Техники годами сидят в креслах и несут нелегкую и ответственную службу, с головой уходя в компьютерные игры.
- Да, капитан,- отвечал Сакамото ровным тоном камикадзе. Казалось, он просто сидит в соседней каюте за компьютером.
Дюшамп вызвала Родригеса и Маргариту из лаборатории. Мы стояли, столпившись в проходе у люка, когда она вывела результаты эксперимента на главный экран. Через несколько минут к нам подключились доктор Уоллер, Йитс и Сакамото, отчего в проходе выросла настоящая толпа. Я чувствовал, как люди навалились на меня сзади, сопя в затылок. Сердце мое трепетало, меня подташнивало и не хватало воздуха.