рощупаю почву. Но, мать его, не хотел притворяться, что не знаю её. Не хотел! Мне требовалось схватить ее, заставить перестать играть, показать Марине, что, несмотря ни на что, она все ещё моя и всегда ею будет. Чем дольше я сдерживался, тем чётче понимал, что надолго меня не хватит. Я мог ждать и готовиться к чему угодно и неважно, как долго, если знал, что цель оправдывает временные неудобства. Только в этот раз я абсолютно чётко понимал, теперь выдержки может не хватить.
Когда дверь захлопнулась, я почувствовал, как поменялась атмосфера в воздухе, буквально искрящемся от напряжения. Всё вопросы, обсуждаемые ранее с Пересом, полностью потеряли интерес для дальнейшего обсуждения. Сейчас меня заботила лишь Марина, которую этот выскочка присвоил себе. Его наглые глаза ухмылялись, излучая восторг. Мои руки зудели от желания стереть с его лица самодовольное выражение. Не долго ему осталось улыбаться, так как я уничтожу его, за то, что посмел прикоснуться к ней.
— На чём мы остановились? — Пабло потер руки перед тем, как взять бокал виски.
— О трудностях сбыта товара, — напомнила Эстер.
— Что случилось? — пуэрториканец наклонился вперед, внимательно посмотрев на неё.
— Наши точки, одну за другой, стали накрывать копы.
— Большие убытки? — нахмурился Перес.
— Да, — я не дал ответить Эстер. — До шестидесяти процентов потерь территорий, — пусть цифры верны всего лишь отчасти, но таким образом расторжение договора будет наименее безболезненным. — Мы только вкладываем, но не получаем ничего взамен.
— Понимаю, — откинулся на спинку кресла Перес, сосредоточенно глядя на меня. — Хотите выйти из дела?
— Не вижу другого выхода. Зачем мне вкладывать деньги в то, что несет убытки?
— Разрыв сделки понесёт для вас ещё большие потери.
— Я прекрасно понимаю, чем нам это грозит. Поэтому предлагаю найти вместо Сангре Мехикано другого клиента, плюс пять процентов к прежним условиям, — разговоры о бизнесе волновали меня в меньшей степени. После того, как я узнал, что где-то за этой дверью находится мой Котёнок, я был готов оставить все как есть, лишь бы оказаться рядом с ней. Но существовало одно правило, которое въедалось в мозг каждого члена банды и навсегда оставалось на подкорке сознания: личные интересы не должны вредить интересам братьев.
— Так не пойдёт, — наклонился вперёд Перес, опираясь локтями о стол. — Мы заключали договор с Сангре Мехикано, полагаясь на авторитет банды и её влияние на побережье, — самодовольство исчезло из взгляда пуэрториканца, оставляя холодный расчёт.
— Предложение было построено на взаимовыгодных для сторон условиях. Для другого клиента будет совершенно иной договор.
— Я бы удивился, если бы ты ответил подругому, — усмехнулся, наконец-то осознав, что передо мной не зарвавшийся щенок, а настоящий делец, продумывающий все ходы заранее. — Выставляй свои условия. Я же гарантирую: не расторгну сделку до тех пор, пока не найду нам замену. И в дальнейшем можешь рассчитывать на мою поддержку и поддержку моих Амигос. Сангре Мехикано не оставит тебя без помощи.
— Хм, — снова откинулся назад на высокую спинку кресла Перес, соединив ладони перед лицом.
Нахмурившись, несколько мгновений он смотрел на дубовую столешницу, не произнося ни слова, а я считал бесконечные секунды до момента, когда смогу вырваться из этого душного кабинета.
— Не могу осуждать тебя, Диего, за это решение, — наконец посмотрел на меня, прерывая молчание. — В подобной ситуации я бы тоже решил расторгнуть сделку, но сейчас я, прежде всего, думаю о своём благополучии.
— Ты ничего не потеряешь, скорее наоборот. Материальная выгода окажется выше, чем при нашем сотрудничестве, плюс покровительство банды, — не моргая, смотрел на Переса, пытаясь понять, почему она оказалась с кем-то вроде него. И не находил ответа.
— Мне нужно несколько дней для принятия решения.
— Договорились. Через пару дней встретимся вновь, — меня начинал напрягать этот баран, цепляющийся за наш договор, как за последний шанс. Но больше всего раздражало то, что Перес прекрасно понимал — предложенный мной вариант, единственный возможный в данной ситуации. Если, конечно, не принимать во внимание первоначальный вариант расторжения сделки, без поиска запасного клиента на замену. Появление Марины помогло мне утвердиться в правильности принятого решения. Я должен узнать всё об этом хмыре и, самое главное, почему мой Котёнок оказался именно с ним!
— В таком случае, предлагаю присоединиться к основному веселью, — улыбнулся хозяин дома, переводя взгляд с меня на Эстер и обратно.
— Спасибо за приглашение, мы задержимся ненадолго, — мысленно я уже покинул комнату и разыскивал Марину.
— С большим удовольствием, — ответила Амига, поднявшись на ноги и поправляя платье.
Проводив нас к стойке бара, Пабло тут же переключил внимание на кого-то из гостей. Сгорая от нетерпения, я тщетно пытался найти знакомый силуэт в зале, переполненном людьми. Дрожь, расползающаяся изнутри, выбралась наружу. Мне стало невыносимо страшно, что она оказалась лишь плодом моего воображения, и на самом деле я принял за неё другую девушку.
— Тебе нужно выпить! — протянула бокал рома Эстер.
— Не сейчас, — не взглянув на подругу, продолжил вертеть головой по сторонам, отыскивая девушек в красных платьях.
— Ты весь на взводе. Что происходит, чёрт возьми? — почти шепотом спросила она, приблизившись ко мне вплотную.
— Хотел бы я сам разобраться в том, что здесь происходит, — чувствуя нарастающее волнение, похлопал себя по пиджаку, вспоминая, положил ли сигареты во внутренний карман. — Скажи, что я не псих, и она мне не привиделась? — посмотрел на Амигу, не понимая до конца, какой ответ желаю услышать.
— Нет, — она протянула руку к стакану с ромом, предназначавшимся мне, залпом опустошая бокал.
— Дьявол! — бросил попытки найти сигареты, снова осматривая толпу. — Я думал, что сошел с ума.
— Ты нет, — вернула пустой бокал на барную стойку, показав жестом повторить заказ. — А она, похоже, что да…
— Я должен найти её.
— Диего, прошу тебя, не натвори глупостей, — встала передо мной Эстер, упершись ладонью в грудь. — Тебе сейчас не нужны проблемы с пуэрториканцами. Что бы ты не чувствовал, думай над последствиями, — тревога в глазах Амиги напомнила о тех днях, когда я наплевал на все и позволил себе упиваться горем, забыв про банду и создав для неё множество сложностей.
— Не волнуйся, — сжал её руку. — Все будет в порядке.
Оставив Эстер у бара, я направился в гущу танцующих людей. Пробираясь сквозь извивающие расслабленные тела, всматривался в лицо каждой блондинки, игнорируя цвет одежды. В конце концов, смена платья не занимает много времени. В глазах рябило от множества лиц, сливающихся в бесцветную массу. Звуки музыки и хохот, звоном отдавались в ушах. Казалось, что людей так много, что на осмотр каждого уйдёт, как минимум, несколько дней. Подняв голову, увидел перила холла второго этажа. Не теряя ни секунды, двинулся в сторону лестницы. Оказавшись в стороне от потных тел веселящихся гостей Переса, заметил промелькнувший подол красного платья.
Сердце пустилось вскачь, устремившись за убегающим миражом. Не медля ни секунды, быстрым шагом пошёл за алым знаменем, убегающим от меня словно огонь по зажженному фитилю. Я ускорил шаг, пытаясь разглядеть хотя бы цвет волос девушки, но видел лишь хвост подола. Вслед за лавирующим между гостями красным маячком я вышел во двор, останавливаясь вместе с застывшим на месте платьем. Шумно сглотнув, поднял взгляд вверх по обтянутой алым шелком, хрупкой фигуре. Белокурые пряди, развевались на ветру, доносящим до меня легкие отголоски ванили. Она разговаривала с мужчиной и женщиной, делая саркастические замечания и посмеиваясь над их ответами. Услышав звук её мягкого смеха, почувствовал, что в груди все сжалось от болезненных воспоминаний. Когда-то она так же смеялась для меня, превращая в самого счастливого человека во всем этом грёбанном мире, а теперь я не знал, имею ли право просто слышать её голос. Не двигаясь с места, наблюдал, словно хренов извращенец, как она поправляет волосы, изящными пальцами, как слегка наклоняет в сторону голову, слушая собеседника. Я,бл***ь, просто стоял на месте и не решался сделать шаг к ней на встречу. В голове проносилась тысяча слов, которые я мог ей сказать, и ни одно из них не было верным для неё, для нас. К собеседникам Марины присоединилась еще одна пара, оживленно рассказывающая очередную бредовую историю. Взяв бокал с подноса проходящего мимо официанта, Марина молча потягивала шампанское, слушая гостей.
Так и не найдя правильных слов, я шагнул вперед с полным ощущением того, будто сделал шаг в пропасть. Затаив дыхание, я приблизился к Марине, остановившись за её спиной. Сердце с удвоенной силой качало кровь, справляясь с вновь охватившим волнением. Наверное, впервые в жизни я был взволнован настолько, что боялся пошевелиться. Я мог просто протянуть руку и прикоснуться к ней, развеяв все страхи и волнения. Но любой неверный жест или слово способны испортить абсолютно все, оттолкнув от меня Марину. Но и стоять в стороне я не собирался. Эта моя женщина! Пришло время вернуть её себе.
— Вы не танцуете? — медленно обошел девушку, останавливаясь напротив неё.
— Как и вы, — усмешка, исказила её пухлые губы.
— У меня есть для этого весомое оправдание, — заглянул в её глаза, стараясь найти там хоть какие-то эмоции.
— Неужели не умеете танцевать? — приподняла одну бровь, ожидая ответа.
— Умею. Просто я жутко хочу курить, а ваш особняк похож на зону для некурящих, — сказал первое, что пришло на ум, не зная, в какую сторону нужно двигаться.
— Пабло — противник курения и не выносит запах табака, — отпила шампанское. На лице Марины явно читалось недоумение, объяснение которому я никак не мог и не желал находить.
— А вы? Вы тоже не переносите запах табака? — вспомнил, как выпускал ей в рот сигаретный дым, не желая отрываться от её сладких губ ни на секунду.