Вот чёрт! Я схватила третью газету. Страница шесть. Девушка отчислена за использование магии вне специальных аудиторий…
Газета четвёртая. Девушка покончила жизнь самоубийством из-за травли сокурсниками и проваленных экзаменов…
В седьмой обнаружилась Аника. Про неё же Арс упоминал! Ещё одна владелица ахатина.
Итого шестнадцать газет, и в каждой упоминается девушка, по той или иной причине оставившая академию. Что здесь творится-то? Неужели следующий выпуск будет посвящён Алисе? Не надо нам такой славы!
Я взглянула на даты газет. Восемь пришлось на конец октября, ноябрь, начало декабря. Остальные восемь крутились вокруг апреля-мая.
– Шиша! – Я вскочила и принялась расхаживать по комнате. – Это что же получается?! Раз в полгода академию покидает какая-нибудь девушка. Половина из них уехала, четверть пропала, четверть погибла. Это не может быть совпадением! Это система! А если предположить, что разделение сигнума и его владельца все-таки возможно, то все эти девушки, скорее всего, тоже погибли, а не уехали!
По коже пробежал мороз. Серая выдра жалобно зашипела.
– Алиса точно никуда не уезжала, сердцем чую. И логикой. Сигнум, сигнум… Дерьмо этот ваш сигнум, господа маги!
Шиша со мной был солидарен.
А ведь сейчас как раз ноябрь. Пропажа Алисы вписывается в схему. Зараза! Шестнадцать газет – это восемь лет. Что случилось восемь лет назад?
В сознании промелькнул образ девушки в чёрном платье с корсетом. Она грациозно вальсировала с полноватым щекастым партнёром по роскошному залу с золотыми колоннами, а пёстрая толпа наряженных гостей взирала с восхищением…
Благотворительный бал в честь восьмилетия с последнего вторжения оборотней в этот мир! Здесь восемь лет, там восемь лет. Ещё одно совпадение? Ну уж нет, не верю я в такие совпадения! Итак!
Задача номер один: надо рассказать Ками. И Арсу. Может, теперь поверит.
Задача номер два: узнать побольше про эту войну с оборотнями.
Задача номер три: узнать побольше про самих оборотней.
Я покосилась на Шишу. Стоп! Выходит, серые выдрообразные ахатины с сизыми глазами были у трёх девушек из шестнадцати. Может, дело не в войне вовсе? Значит, в мае будет моя очередь пропасть? Про Шишу почти никто не знает. Только я, Алиса и Арс. Ну, Эйдан мог догадаться по запаху после случая в душевой. Но Аника пропала до поступления синего в академию. А вот Арс… С чего бы это он просил никому не рассказывать про Шишу? Странно как-то.
Задача номер четыре: узнать про ахатинов.
Алиса, правда, упоминала, что про них нет информации. Но у меня теперь есть Кор – мрачный король библиотеки. Надеюсь, он поможет. Я ни капли не сомневаюсь, что эти газеты оказались у меня с его лёгкой руки… такой мужественной, опытной и пахнущей кориандровым дурманом. О, чёртов румянец!
Глава 7
На дополнительное занятие я опоздала минут на семь-восемь. Лорд Гарвиш, восседавший за своим профессорским столом, посмотрел хмуро, покачал своей лысой головой и, конечно же, сделал замечание. Он сухо кивнул на ближайшую парту, мол, садись уже, и начал лекцию. Говорил монотонно и не особо интересно. А может, я просто была слишком взволнована и не могла сосредоточиться. Конспект тоже получался кривой и косой. Поэтому, когда мы дошли до части под названием «вопросы есть?», я не стала терять времени и взяла быка за рога:
– Есть, но не по теме. Можно, лорд Гарвиш?
– И что же вас интересует, Кристина?
– Вторжение восьмилетней давности. То, в честь которого устраивает ежегодный бал леди де Фонтин.
– Интересный выбор. Но эта тема не одной и даже не двух пар. Последнюю войну мы тщательно и детально будем изучать в следующем семестре.
– И всё же, профессор. Хотя бы в двух словах.
Я закусила кончик ручки. Блин, соглашайся же ты, это сэкономит мне уйму времени.
– Такая тяга к знаниям весьма похвальна. Но, как я уже сказал… Хотя, впрочем, ладно. – Лорд потёр свою блестящую лысину. – Как известно, Ампелос – не единственное государство в нашем магическом мире. В последние века мы практически не конфликтуем. С пограничным Хейзелирином у нас натянуто-дружественные отношения, и то потому, что мы сплотились перед угрозой извне. Говоря «извне», я подразумеваю другие миры.
– Как Земля?
– Земля – низший мир, в котором отсутствует магия, она опасности не представляет. А вот Стреланд… Стреланд страдает от истощения ресурсов и, как следствие, от голода. Обитающие там миряне-оборотни – существа разумные. Есть среди них и маги. Причём очень сильные. Они-то и работают над вопросами перемещений. Транспортировочных артефактов у них нет, но голодным магам иногда удаётся пробить брешь в пространстве. Проделав окно в чужой мир, оборотни не стремятся к завоеваниям, а выходят на охоту. Любого мага, который попадается на пути, они утаскивают к себе в качестве источника пропитания. Раньше вторжения были частыми. А потом внезапно прекратились. Несколько веков Ампелос дышал свободно. Такое продолжительное затишье привело к утрате бдительности и исчезновению информации. Терялись записи, страницы книг рассыпались под воздействием времени… Мы расслабились, забыли и оказались не готовы.
Старый лорд тяжело вздохнул, минутку помолчал и продолжил:
– Второго октября пятьсот девятого года двадцать четвёртой эпохи, то есть примерно восемь лет назад, наши транспортировщики почувствовали возмущение материи и подняли тревогу. Боевых магов мобилизовали и отправили к месту прорыва. Соседние государства тоже присоединились к обороне. Около полусотни особей проникли в наш мир. Тактику совместных действий государств нашего мира в двух словах не расскажешь: это мы будем подробно разбирать на грядущих парах. Скажу только, что крови пролилось много. Мы понесли большие потери. Сто семьдесят три мага сложили свои головы на поле боя. Раненых и того больше. Пятьдесят восемь магов пропали без вести, треть из них – ампелосцы. Предположительно, Стреланд взял их в плен.
– А почему Ампелос не освободил заложников? Собрать армию и вторгну…
– Это невозможно. Во-первых, артефактов, настроенных на Стреланд, у нас нет, значит, нет и пути в их мир. Во-вторых, оборотни очень сильны. Воевать на их территории – стратегия, обречённая на провал, самоубийство. Да, десяток магов может справиться с одной особью, но какой ценой! Небольшая царапина их ядовитых когтей – и наступает паралич. Для простых людей пожизненно. Для магов всё индивидуально. Кто-то отключается на несколько часов, кто-то на несколько секунд, но эти секунды всё равно становятся фатальными для мага, когда вокруг кипит битва. Особо опасен укус оборотня. Только высшие, самые сильные маги могли его пережить. Маги послабее входили в стадию трансформации, что было равносильно смерти. Они погибали, не выдержав адских болей, выворачивающих их тела и души. А тех, кто всё же пережил этот жуткий этап, добивали мы сами. – Лорд обхватил ладонью свой указательный палец и оттянул до характерного щелчка. И только прохрустев всеми десятью пальцами, продолжил: – Да, жестоко. Но иного выхода, увы, не было.
– Значит, укушенный в полнолуние превращается в оборотня, – подвела я итог.
Теперь понятно, откуда у наших авторов и сценаристов такая бурная фантазия. Всё основано на реальных событиях. Кто-то проболтался, кто-то услышал, кто-то записал.
– Полнолуние? – Лорд удивлённо посмотрел на меня, а потом в его взгляде промелькнуло понимание. – Нет, Кристина. Это ваши иномирные домыслы. Всех пострадавших отвезли в специальный лазарет, дали время побороть заразу. Мы ждали. Надеялись. Даже когда начиналась трансформация, до последнего давали шанс… Укушенный не становился оборотнем. Сказки! Просто появлялся новый монстр. Уже не человек и не маг. Не такой сильный, как истинный стреландец, не такой быстрый, но такой же голодный. И очень опасный.
– А пострадавшие и превратившиеся в монстров могут вернуться в человеческий облик?
У нас ведь так в кино происходит.
– Кто знает? – Лорд задумчиво пожал плечами. – Новообращёнными двигало только одно желание: убийство ради еды. А этого мы им позволить не могли. Соответственно, ликвидировали. Для меня это очень тяжёлая тема, Кристина. Личная трагедия.
– Лорд Гарвиш, мне так жаль… Это ужасно!
– Да, ужасно. Но это война. Всегда беспощадная и жестокая. Отбирает…
Он оборвал рассказ, пытаясь справиться с эмоциями. Из уважения я тоже молчала. Руки старого лорда мелко дрожали. Он снова дёргал себя за пальцы, но они больше не хрустели.
– Простите за вопрос, – через несколько минут я всё же решилась нарушить давящую тишину, – но зачем тогда устраивать праздник? Этот бал у леди де Фонтин… Танцы, наряды… Это никак не вяжется с такой трагедией! Слишком весело получается. У нас в мире есть подобный праздник – День Победы. Но это всегда торжественный парад военных, тяжёлые песни, гвоздики ветеранам, «Бессмертный полк»… Дань уважения.
– Это благотворительный бал, – его голос звучал приглушённо, словно шелест осенних листьев, гонимых ветром. – Награды, медали, денежные поощрения. Леди Адриана устраивает его для участников войны, чтобы они забыли о тех потерях и трудностях, через которые им пришлось пройти. В общем, лучше в этот день веселить их на балу, чем позволить горевать, напиваться, драться в сомнительных заведениях и с непонятными последствиями. Но у леди де Фонтин есть и личные мотивы. Эта война забрала у неё Жардину – единственную дочь. Оборотни утащили её на Стреланд. А знать, что твою дочь сожрали где-то в ином мире, – это хуже, чем смерть. Жардина очень любила балы и наряды… Мой сын тоже любил танцевать. Он был одним из лучших, даже одержал четыре победы подряд на ежегодных весенних соревнованиях по танцам. А ещё он мог… Он был… Да-а-а-а…
Старый лорд тяжело вздохнул и отвернулся к окну, отводя сухие глаза, в которых плескалось горе.
– Зейн впал в трансформацию, и его убили маги. Вот так-то. Вот так… Простите, что-то я отошёл от истории. Это слишком личное для нас всех. Давайте на сегодня закончим, Кристина.