– А на меня с подругой в парке тётка напала, и мир изменился.
– Странно, не слышала о таких методах. Обычно договариваются с роднёй «юного таланта», даже бумаги подписывают. Но ты не переживай, скоро освоишься. Мне поначалу тоже было сложно. Спасибо Мартине, бывшей соседке, вытащила меня из депрессии. Жаль, что так с ней получилось… – Элис на мгновение замялась. – В общем, Стине, не паникуй. Место магов – в магических мирах. В обычных, вроде нашего, где слабый магический фон, данный нам природный потенциал нас же и разрушает. Он требует выхода энергии, мы живём с ощущением пустоты, чувствуем, что чего-то не хватает. И со временем начинаем саморазрушаться – алкоголь, наркотики, самоубийства… Поначалу я злилась, бесилась, ходила жаловаться в министерство. Но толку-то. Поставила себе цель, что выучусь этой чёртовой магии и сожгу здесь всё дотла. Но знаешь, Стине… Со временем поняла, что мне нравится. Втянулась в учёбу, завела друзей, захомутала офигенного пятикурсника. Да и когда на демонстрационном занятии первого курса показали огненную стихию, совсем пропала. Поняла, что влюблена не в кого-то, а именно в магию.
– Да? – недоверчиво выдохнула я и, кажется, даже перестала шмыгать носом.
– Да! Магия – это кру-у-уть! – отозвалась соседка. – Кстати, по статистике девяносто пять процентов иномирян остаются здесь навсегда, по своей воле. Получают местное гражданство и становятся полноправными членами общества. Служат на благо государства и пополняют магический генофонд. Ведь далеко не всегда в семьях рождаются маги. Людей без потенциала здесь тоже много. Например, Энджи. Она – пустышка. Обычный человек.
– М-м-м. А остальные пять процентов? – Я тоже уселась на кровати, скрестила ноги и обняла влажную от слёз подушку.
– У них привязанность к семьям превышает привязанность к магии. Их отпускают домой. Но как агентов. Они живут и работают, будто обычные люди. Связь со стихией в нашем мире стремится к нулю. Но с помощью артефактов-усилителей агенты находят «потенциальный молодняк» и переправляют в Ампелос. Такой процесс называют транспортировкой. Говорят, что возвратившиеся маги уже не могут быть счастливы по-настоящему, часть их души будет всегда сожалеть о сделанном выборе и скучать по истинной магии. Грустно. Я вот точно домой возвращаться не собираюсь. Всё для себя уже решила.
– А твои родители?
– Здесь есть почтовый терминал. Естественно, про колдовство в письмах упоминать запрещается. Ещё можно запросить разрешение в министерстве на межмирную командировку.
– Отлично! Завтра же я оставлю запрос…
– И не мечтай. Ты не представляешь, какая тут бюрократическая система. Всё муторно и долго.
– Нестрашно, я же из России.
– И что? – не поняла норвежка. – В любом случае, оплатить услуги транспортировщика ты не сможешь. Стине, у тебя банально нет денег. На стипендию даже не рассчитывай – её за все пять лет не хватит. Самый верный способ вернуться – получить диплом, высшую категорию и освоить межмирные перемещения самостоятельно.
– Элис! Мне домой нужно сейчас! Я не наркоманка, не алкоголичка и не самоубийца! У меня всё нормально было в жизни! Никакого саморазрушения!
– Всего лишь нормально? Неужели никогда не чувствовала, что предназначена для чего-то большего?
Я задумалась. А ведь есть в словах рыжей немного правды. Я бы не назвала своё существование счастливым. Скорее одиноким.
– Думай, Стине, думай. Ты знаешь свою жизнь там, но не знаешь жизни здесь. Поэтому тебе не с чем сравнивать. Поверь, здесь не так уж и плохо. Освоишься. Дай время себе и академии и не делай необдуманных поступков. А сейчас – спать. Мне на пары завтра.
– И всё же, это точно не психбольница?
– Абсолютно, Стине. Это Ампелос.
– А почему ты меня так зовёшь – Стине?
– По-норвежски, – просопела соседка и отвернулась к стене, давая понять, что разговор окончен.
– В таком случае сладких снов… Алиса.
Глава 5
– Эй, ты там вставать собираешься или как?
Я приоткрыла один глаз. Значит, не приснилось. Комната, рыжая соседка… Уф. Да никуда я не пойду. Буду лежать здесь, пока не сдохну!
– Я иду на завтрак, присоединишься?
Хотелось ответить отрицательно, но живот демонстративно заурчал. Ладно, бойкот можно пока отложить. А идти всё-таки лучше с Алисой, чем одной. Планировки академии я, естественно, не знаю. К тому же надо найти выход отсюда, попасть в министерство, да и вообще посмотреть на этот мир. Вчера была как сомнамбула: медленно соображала и была ко многому безучастной. Но сегодня я – это снова я.
– Ну и что там у вас? – Я подошла к окну. – Ого! Лето?! И мы что же, посреди леса?!
Казалось, лесной массив простирался до самого горизонта. Лучи утреннего солнца переливались в зелёной листве. Лёгкий ветерок качал макушки деревьев. Но где же город? Министерство?
– Да. И лето, и лес. Но тебе не стоит так пугаться. Видишь, внизу есть первый забор. Он обрамляет внутренний двор академии. За этим забором располагается прилегающая территория – тоже владения академии. Из нашего окна не видно, но там не только кусты да деревья. Есть и зоны для тренировок и практик, и зоны для отдыха и прогулок. Но где-то в лесной чаще находится второй забор. Вот за ним действительно начинается дикий лес.
– Имеешь в виду, что за его пределами живут волки и медведи?
– Примерно так. К тому же местная фауна имеет своих диких и кусачих представителей. Короче, за второй забор лучше не соваться. Да это и не получится, ведь ограждение защищено магически. Студентам за него не попасть. И наоборот, чужаки не проберутся к нам. Так что опасности нет. О, кстати, гулять на территории между первым и вторым заборами можно до заката. Если попадёшься позже… Эм-м… Всё же лучше не попадаться. По уставу академии ночью студентам положено быть в своих комнатах.
– Понятно. А где же город? Деревни? Или где тут вообще люди живут?
– Посмотри правее – видишь, как блестят крыши вдали? Это городская площадь. До неё примерно час езды во-о-он по той дороге.
И точно. Я разглядела тонкую ленту дороги, которая змейкой вилась среди деревьев.
– Ну хоть какие-то признаки цивилизации.
– Мы обязательно съездим в город, Стине. Там красиво, весело и можно пройтись по магазинам. Ненавижу эти пижамы в дурацкий горох! – Она окинула меня красноречивым взглядом. – Вот получишь первую стипендию, и мы сразу же пополним гардероб. На площади очень много торговых лавок. Тебе понравится, гарантирую.
– Какие лавки?! Какие шмотки?! Дурацкая пижама – это последнее, что меня сейчас волнует!
– Ладно, ладно, не злись. Скорее приводи себя в порядок и пойдём на завтрак. У меня потом пары, а вечером я тебе всё покажу.
Мы спустились в главный холл. Стоял ровный гул голосов, на диванах и креслах расположились студенты, цвет их плащей соответствовал цвету зоны. Одни о чём-то спорили, другие сидели, уткнувшись в книги, кто-то вёл светские беседы.
– Это стихийный зал, по-нашему что-то вроде лобби. По традиции академии мы проводим здесь время между лекциями. В былые времена маги каждой стихии держались обособленно. Даже случались острые конфликты, особенно у водников с огневиками. Сейчас времена меняются, но заложенная веками традиция осталась. Так что тебе в зелёный угол, а мне в красный. Цвет мантии соответствует цвету интерьера, не перепутаешь.
– Мантии? Я думала, это плащи. Мантии разве не чёрные, с огромными капюшонами и длинные до пола?
– Где-то, может, и такие, а у нас более современный вариант. В длинных ведь неудобно. Думаю, ты уже догадалась, что на пары мы ходим именно в такой одежде. Дресс-код. В остальное время щеголяй в чём хочешь. Под мантию тоже можно надевать что угодно. Кроме пижамы, конечно.
Мы миновали стихийный зал и пошли по правому длинному коридору. На стенах висели картины в тяжёлых массивных рамах с изображениями на кулинарную тему. Фрукты, торты, дымящееся мясо на вертеле… Видимо, эти пищевые натюрморты призваны пробуждать аппетит у жителей академии, ну а для новеньких вроде меня это альтернатива вывеске «Столовая».
Помещение было огромным. Голова закружилась от аппетитных запахов, голодный желудок заурчал с утроенной силой. Если б я пошла одна, точно стояла бы сейчас как дура, не зная, с чего начать. Студенты обтекали разбросанные в этой части зала острова с едой. Алиса сказала, что начинать надо с правого угла. Мы двинулись было в указанном направлении, но дорогу преградил высокий белокурый парень с крупным подбородком. Распахнутая красная мантия открывала взору мускулистый рельефный торс, явственно прорисовывающийся под чёрной футболкой. Он по-свойски хапнул Алису и впился поцелуем в её губы.
– Это Трой, – едва оторвавшись от парня, представила нас рыжая. – А это Кристина, моя новая соседка.
Новый знакомый на миг нахмурил брови, но тут же широко улыбнулся:
– Очень приятно, но позвольте украсть мою даму сердца. – Он наигранно поклонился и увлёк Алису за собой.
Прозвучало вроде вежливо, но ощущения были, что меня послали куда подальше. Они отошли на несколько шагов, но я всё же услышала недовольное:
– Получается, что я больше не смогу приходить к тебе ночью?!
Вот теперь и без того нулевое настроение стремительно сползло на несколько градусов ниже. Я смотрела вслед длинным ногам соседки. И не я одна. Высокий парень с тёмными, собранными в конский хвост волосами шёл за парочкой и откровенно пожирал взглядом филейную часть Элис, скрытую мантией. Мужики, они и в этом мире мужики.
Алиса и Трой подсели за стол к небольшой компании студентов. Как ни странно, «хвостатый» тоже присоединился к ним. Вся братия увлеклась разговорами и веселилась от души.
В правом углу я схватила поднос и в растерянности посмотрела на зал.
– Лучше начинать оттуда. – Какой-то парень в синей мантии подхватил меня под руку и повёл вглубь раздаточной зоны. – Вот тут у нас царят яйца. Я бы выбрал яичницу с бужениной, но все девочки любят омлет с овощами.