А вот моя спутница времени даром не теряла. Херачила уже четвёртый коктейль и заметно повеселела. Увидев недалеко от нас Ингу, начала её пристально разглядывать.
— А вот скажи, силиконовые сиськи отличаются от настоящих? Ну, по ощущениям…
— Кто-то накидался? — спросил, приподняв одну бровь.
— Просто не понимаю, что тебе понравилось во мне, если у твоей бывшей нет ничего настоящего… Одна сплошная пластическая операция.
— Я за разнообразие, Тигра.
— Значит, следующей снова будет силиконовая долина? — спросила ревниво. Или мне показалось.
— Сейчас я трахаю учительницу, а дальше посмотрим, — ответил, схватив её за подбородок и поцеловав.
Тигра даже не сопротивлялась. Надо почаще её напаивать. Неожиданно она сильнее прижалась ко мне, запуская руку в волосы. Я как дурак повёлся на её типа нахлынувшую страсть, но через секунду понял, для кого отыгрывала.
— Барс, а помнишь, как ты меня вот так целовал, а потом тот бешеный секс в оранжерее? Неужели эта серость сможет тебе дать хоть каплю той же страсти, что и я? У неё даже подержаться не за что… Деревенщина, одним словом, — прошипел так надоевший мне голос.
30. Вера
Красное платье Инги действовало на меня как тряпка на быка. Я сильнее прижалась к Талгату, демонстративно не обращая внимания на Ингу.
— Не хочешь еще разок прокатиться на колесе обозрения? — проговорила я таким тоном, чтобы не осталось сомнений, что на колесе мы будем делать что угодно, но уж точно не кататься. — Здесь становится скучно.
«А по поводу оранжереи я тебе еще припомню», — подумала мстительно.
— Ты права, — хмыкнул Талгат, в глазах которого плясали черти. — Пойдем с батей попрощаемся. Пока, Инга, еще увидимся, — кивнул он блондинке.
— Подожди, Барс, — промурлыкала она. — Ты, кажется, кое-чего не знаешь про свою новую знакомую, — добавила ядовито.
Я чувствовала исходящие от нее волны жгучей ненависти. Еще бы! Как это ее, такую идеальную внешне, Талгат мог променять на меня, обычную учительницу, ничем не примечательную в принципе.
— Инга, мы все уже обсудили. Прощай, — отрезал Талгат, подхватывая меня под локоть, намереваясь увести, но Инга оказалась быстрее. Преградив нам путь, она махнула рукой, кого-то подзывая.
Талгат недовольно нахмурился, а я обернулась и увидела спешившую к нам Марго. Ту самую Марго, которая с позором выгнала меня с работы.
— Марго, дорогая, скорее сюда! — зло улыбалась Инга, стреляя в меня глазами. — Талгат, ты ведь знаешь Марго.
— И?
— Марго, дорогая, расскажи скорее Талгату о его новой знакомой. Кажется, он заблуждается насчет ее моральных кавеч… качеств! — произнесла она заплетающимся языком.
— Талгат Аскарович, видимо, произошло какое-то недоразумение… — замела хвостом Марго, не зная, куда девать взгляд.
Она оказалась в довольно щекотливой ситуации. С одной стороны Инга, с которой не стоило портить отношения, а с другой — Талгат, которого тоже не следовало задевать без ущерба для собственной жизни.
— Говори, Марго, и закончим уже с этим цирком, — процедил он, теряя терпение. Я чувствовала, как крепче впечатались его пальцы в мою кожу.
— Наверное, Маргарита Анатольевна хочет сказать о том, как не заплатила мне из-за тебя. На том вечере, помнишь? И выгнала с работы, — сказала я, чувствуя прилив смелости. Судя по всему, не стоило столько пить.
— Марго хочет сказать, что твоя знакомая сперла из ее ресторана серебряные приборы! Какой позор! Сын известного депутата связался с воровкой! Интересно, а в ее школе об этом знают? — язвительно спросила Инга, покачиваясь на каблуках. А я поняла, что она здорово набралась.
Талгат хмыкнул и, достав пачку денег из кармана, протянул покрасневшей Марго.
— И всего-то? Это я виноват. Мы поспорили с Верой.
— Что за чушь! — тряхнула головой Инга, едва устояв при этом на ногах.
— Я подначил ее спереть пару ложек. Не стоит из-за такой херни трахать мне мозг.
— Ну что вы, Талгат Аскарович, мне не нужны деньги! — замахала руками Марго, но Талгат впихнул ей пачку и, покрепче ухватив меня, повел через окружающую нас вакханалию.
Его отца мы так и не нашли. Мурад сказал, что тот, прихватив какую-то стриптизершу, уединился с ней. Попрощавшись с Мурадом на парковке, мы сели в машину. Точнее, Талгат почти впихнул меня внутрь. Я со стоном сняла обувь, чувствуя, как затекли в тесных туфлях пальцы.
— Ну что, воришка, поехали? — хохотнул он, заводя мотор.
— Не смешно, — буркнула я, чувствуя, как кружится голова. — И спасибо.
— Ерунда.
— Нет, не ерунда. Я действительно украла те приборы. Но я… я отработаю и этот долг, — проглотила комок в горле. — С этим долгом я готова рассчитаться сейчас.
— А он у тебя растет, я погляжу, — захохотал Талгат. — Ну что, красотка, на колесо? Уверена, что не укачает?
— А я думала, ты два раза в одном и том же месте свои романтические свидания не проводишь. Оранжерея? Серьезно? — вспомнила я вдруг, когда машина мчалась по ночному городу. Я посмотрела на четко очерченный профиль Талгата. Он расплывался перед глазами. — И скольких ты туда водил?
— Я не веду списков, — отрезал он. — А ты че-то как ревнивая жена запела, — посмотрел он на меня.
— Вот еще! — фыркнула я. — Разве что в твоих мечтах!
— Упаси меня от таких фантазий! — снова расхохотался. — Ну, если ты такая оригиналка, следующее место для, как ты выразилась, нашего романтического свидания, даю право выбрать тебе.
Хитро посмотрев на Талгата, я, почти не раздумывая, назвала ему адрес.
— А что там? — поинтересовался он.
— Увидишь, — ответила загадочно.
Мотор взревел, и через пятнадцать минут мы были на месте.
— Ты меня в музей хочешь затащить? — вскинул бровь Талгат, глядя на сверкающее в ночи огнями желтое здание музейного комплекса. — Ну ты, Тигра, в своем репертуаре…
— Пошли, — я потянула его за руку. Алкоголь ударил в голову, мне вдруг стало легко и хорошо.
— Туфли хоть надень, — велел он.
— Не занудствуй! — захохотала я.
Талгат — вредный тип! — все-таки заставил меня надеть обувь.
— Купи билеты на новую экспозицию, — подтолкнула я его локтем в бок, когда мы подошли к кассе. Музей был круглосуточным, что сейчас оказалось только на руку.
— Ну надо же, — умилилась продававшая билеты немолодая женщина, — вот чтобы все в вечерних нарядах в наш музей, как на праздник, приходили!
Талгат хмыкнул, а я, сделав вид, что закашлялась, замаскировала смех. Получив билеты, мы прошли по притихшим пустынным залам к экспозиции под названием «Покои монархов XVII века».
Роскошная кровать под балдахином, пара кресел, шкаф, — вот и все убранство.
— Хочешь потрахаться в пыли семнадцатого века? — хохотнул Талгат. Его смех эхом прошелся по сонному музею. — И откуда же у тебя такие фантазии, Тигра? — спросил он, привлекая меня к себе.
— Была здесь на экскурсии, — пожала я плечами. — Кстати, здесь всего одна камера, а кнопка пожарной сигнализации прямо перед нами, — показала я взглядом.
— Не боишься, что нас накроют? — подначил Талгат.
— Нет. А ты? — спросила я, а потом, сделав шаг назад, нажала на красную кнопку.
31. Талгат
— Ты чё творишь? — спросил, хохотнув. Кажется, я свёл с ума Тигрицу, если так исполняет. Либо она надралась до такой степени, что отключила училку и показала свою истинную натуру.
Вера лишь коварно улыбалась, следя за моей реакцией. По музею забегали сотрудники, стараясь спастись от несуществующего пожара. Точнее, он был. У меня в штанах. Выходка Тигры не на шутку меня завела, и стояк рвался наружу.
Схватив её за руку, потащил в противоположную от выхода сторону, ища укромный уголок. Приходилось прятаться от сотрудников, чтобы не спалиться. Увидев, что ещё немного и одна из них, на вид божий одуванчик, заметит нас, резко затащил Тигру за угол, а она взвизгнула от неожиданности. Зажав ей рот рукой, прижал к стене.
— Ты, как всегда, очень шумная, — сказал, убирая руку и накрывая её губы. Вера целовала меня в ответ, облизывая мой язык.
Положил её руку на член, понимая, что ещё немного и поимею Тигру прямо здесь. У этой стены.
— Видишь, что делаешь со мной? — спросил, зарычав, и снова потащил её на поиски убежища.
В другом зале оно и нашлось. Там тоже была представлена спальня какого-то доисторического хера. Отличие от прошлой — она стояла в центре, где на балках болтались скреплённые занавески. Затащив туда Тигру, швырнул её на кровать, а сам быстро распустил занавески, скрывая нас от глаз.
Направился к Тигре, расстёгивая штаны. Сирена тем временем продолжала надрываться, добавляя азарта.
— Хотел спросить, успеешь ли ты кончить до прибытия пожарных, но потом вспомнил, что ты мастер по скоростному оргазму. Так что я спокоен, — сказал, смеясь и придавливая Тигру собой.
Она сгорала от желания, первой поцеловав меня. Я охерел. Так противилась и сопротивлялась в оранжерее, а сейчас готова трахаться на виду у, на секундочку, не готовых к такому зрелищу людей. Стащил с неё трусы, запуская руку к киске. Она была вся мокрая, так что пальцы вошли как по маслу. Вера застонала, извиваясь.
— Если под бухлом ты всегда такая, то утро у тебя будет теперь начинаться с пары стопок, — сказал, раздвигая её ноги шире и устраиваясь между ними.
Вера молчала, отдавшись моменту. Резко вошёл в неё со стоном. Пиздец, как сильно хочу её. Сразу задал темп, оттрахивая по полной. Тигра начала громко стонать, и пришлось закрыть ей рот рукой. Один хер было громко. А потом нашёл для её рта ещё лучшее применение. Вышел из неё, притягивая за волосы к члену. Было очень интересно понять, до какой степени у неё сорвало башню.
— Соси, детка, — приказал ей, с удивлением обнаружив, что она взяла член в рот, причмокивая.
Отрыв башки. Ни зажимов и ни тени смущения. Мне точно это не снится? Удивляет меня каждый день. И сосёт заебись. Куда же делась та скромная училка, которая огрела меня подносом? Прав был батя, когда утверждал, что самые горячие кошки с виду скромные котята.