Ум Кармапы
Другие события показали, как к просветленным силовым полям притягиваются невротичные энергии, хотя Защитники в конце концов все приводят в порядок. Однажды друзья, которые обслуживали лам во время обеда, вышли из гостиной ошеломленные. Они спросили, кто сидит между ламами, закинув ноги на стол. Я быстренько вывел из-за стола высокого юнца и спросил, какого черта он тут делает. Нечеловеческим голосом он прокричал по-английски: «Я Сет, я явился из другого измерения». – «А теперь иди-ка ты обратно!» – ответил я и выпроводил этого упирающегося неопрятного персонажа за дверь. Когда мы уже стояли на крыльце, парень начал угрожать мне своими каратистскими способностями. В ту же секунду он лежал на мостовой, прикрытый сверху своим велосипедом. Не будучи суеверным, я все же чувствовал, что этот господин обладает очень плохой энергией. Так что его заявление насчет другого измерения могло оказаться правдой.
Под конец визита в Копенгаген Кармапа навестил мою маму. Отец Ханны тоже был с нами. Они от всего сердца благодарили Кармапу за то, что он провел их партнеров через процесс умирания. За год до этого очень достойно умер мой отец. Ушел из жизни мужественный и любящий человек. Прожив много лет на благо всех, отец прямиком отправился в Чистые страны. Последним, что он проглотил, была одна из «материнских» таблеток Кармапы. Когда я представляю его справа от себя в медитациях, я вижу там только столб света.
Прожив много лет на благо всех, отец прямиком отправился в Чистые страны.
В начале сентября мы упаковались в автобус, полный чирикающих птиц, и вместе с Кармапой поехали на Фионию, центральный остров Дании. Аксель пригласил всех пожить в его красивом доме. Однако они с Аконгом Тулку не сошлись характерами. Сначала прожорливая, почти кубической формы, овчарка Акселя обезумела от такого количества людей. А тут еще и Аконг Тулку заявил, что кровать Акселя слишком коротка для Кармапы. Для хозяина все это было слишком, и Аксель попросил нас покинуть дом. Так Дания оказалась среди немногих избранных: до сих пор только монголам, Мао и нашему спонсору Акселю удавалось прогонять Кармап! К счастью, друзья из группы незадолго до этого купили большой дом, так что никому не пришлось ночевать в гостинице. Тем не менее, поведение Аконга Тулку нам не понравилось: из-за его резкости мы только что потеряли своего единственного щедрого спонсора.
На полуострове Ютландия Кармапу пригласил к себе глава экуменического христианского «Центра диалога». Они создали такую связь, которая прочна и сегодня.
Голландия
По пути в Голландию из-за сильного сквозняка заболела Ханна. Во время первого события – посвящения в Карма Пакши она чуть не падала от боли. Кармапа прижал ее к себе, сильно подул вдоль спины и затем во время посвящения заставил ее максимально подробно переводить поучения о Великой печати. Лучшей помощи придумать было нельзя, и она считала это одним из величайших своих очищений.
Однажды во время прогулки один бородатый лама весьма интересно продемонстрировал настоящую равностность. Его обязанностью было держать Черную корону во время церемоний Кармапы. И тут ему, наверняка впервые в жизни, попался порножурнал с очень четкими снимками крупным планом. Я внимательно наблюдал за ним и проверял его реакцию: лама методично листал страницу за страницей, не меняя скорости. Кому-то нравятся такие журналы, кому-то нет, но обычно люди рассматривают что-нибудь более пристально или даже листают обратно. Для него же, видимо, все было таким же чистым, как Будды в любовном союзе, изображенные на живописных свитках. Он не выказал ничего личного – ни влечения, ни смущения.
Германия
Кармапа проводил церемонии Короны, и через неделю мы поехали через Виттен в Кенигштейн. Франкфуртский Союз подготовил большую встречу. Среди примерно 1000 посетителей было много знаменитостей и один журналист большой газеты в плохом настроении. Ему не понравилось, как Кхенпо в классическом ученом стиле объяснял смысл церемонии Короны – и потом в статье он потешался над тибетцем, как мог. Мы жалели, что все событие представили в таком глупом свете, но нам тоже было смешно. Над всем напыщенным и протокольным время от времени надо подшучивать, а он делал это профессионально. Кармапа тоже смеялся, когда ему перевели статью.
Кармапа дает посвящение, слева Цультрим Намгьял
Над всем напыщенным и протокольным время от времени надо подшучивать, а он делал это профессионально.
После церемонии тибетцы завели важные знакомства, чтобы помочь своим соотечественникам в изгнании. Затем Кармапа и Джамгён Конгтрул Ринпоче улетели в Берлин.
Наши друзья Фриц и Лиза взяли всю компанию жить к себе в дом в Кенигштейне, и, поскольку Фриц много практиковал дзэн, я научил его особенной медитации на Кармапу. Франкфурт показался всем неопределенным, без ясной вибрации, на которой можно было бы основываться и что-то строить. Здесь было иначе, чем в Пруссии, у швабов или баварцев. Мы учили и завязывали контакты для блага тибетских беженцев.
Ханна осталась заботиться о делах, а мы с Куртом повезли лам, которые участвовали в церемонии Короны, через так называемую «восточную зону». Монахов потрясла стена и «мертвая зона», и они облегченно вздохнули, когда мы приехали в Западный Берлин. Даже воздух там казался другим.
В этом разделенном историческом городе Кармапа стал гуру для хиппи. Церемонию Короны проводили в турецком гетто, а в зале сидели одни длинноволосые «дети цветов». Кармапа был очень открыт всем присутствующим, принимал их похвалы. Прибежище получили несколько сотен человек. Потом публично и настойчиво Кармапа потребовал, чтобы в наших центрах не было никаких наркотиков и политики. Для Берлина это было как раз то, что нужно.
Кармапа во время благословения в Берлине
Ханна повезла группу в Австрию. Они ехали в арендованной машине, совершенно маломощном «Форде Транзите», а Кармапа постоянно просил ее всех обгонять и ехать быстрее, с чем этот мотор модели «Газонокосилка», однако, справиться не мог.
Когда мы с Куртом приехали в Вену после вечерней лекции, зазвонил телефон. У Валли из Гамбурга были новости. Принимавший Калу Ринпоче богатый хозяин дома пригласил всех буддистов Северной Германии на общую встречу. У него было письмо, в котором Калу Ринпоче предлагал организовать в этом доме центр римэ. Прежде я уже просил Ринпоче этого не делать, и, когда тот человек и его жена вообще не появились во время визита Кармапы – явный признак чувства вины, – я понял, что они что-то задумали. Я побежал к Кармапе и спросил, должны ли его ученики теперь стремиться обрести высокий общественный статус. Стоит ли нарушать связь с ним ради получения красивого нового дома для практики? «Нет, – сказал Кармапа. – Это надо остановить».
Я запрыгнул в машину. Автобан был свободен, и к утру я приехал в Гамбург – как раз в нужный момент. Наши друзья, тогда не посвященные в тонкости тибетской политики, были уже готовы сказать «да». «Ученики Кармапы в этом участия не принимают», – сказал я. Холодный ветерок пробежал по залу. Хозяин дома вспылил и начал что-то говорить, но я прервал его: «В Великом пути можно смешивать все, а в Алмазном пути – нет. Для вас, гелугпинцев, это значит немного, но в Кагью мы должны сохранять свою передачу в чистоте. Сейчас ученики Кармапы перейдут вместе со мной в соседнее помещение». Люди переходили один за другим, как только переваривали свое «несектантство». Они пришли, потому что я был их учителем; осталось всего трое или четверо. Потребуется еще некоторое время, прежде чем многие поймут, что значит популярный термин «римэ». Смысл его заключается в том, чтобы заниматься своими практиками, уважая богатство других школ.
Центр, в котором на Калу Ринпоче разозлился монах Тхеравады, не улучшил своих вибраций. Я еще чувствовал себя немного ответственным за это место, потому что несколько лет назад основал здесь группу. Им нужны были сильные, хорошие энергии. К тому же этот проект был очень дорог сердцу моего австралийского издателя. Само собой, Кармапа мгновенно поднял все на свой освобожденный уровень. В один из сияющих осенних дней он под открытым небом дал посвящение в Освободительницу, провел церемонию Короны и вымел таким образом все помехи.
Наутро Кармапа, Джамгён Конгтрул Ринпоче и несколько монахов уезжали в Мюнхен. Я повез их сам, потому что на организацию автобуса не было времени. Нас ожидал известный учитель дзэна граф фон Дюркхейм и еще много людей, интересующихся духовными вопросами. Они собрались в огромном доме на окраине города. Должно быть, в прошлой жизни я уводил у них подруг или воровал лошадей, точно не знаю, – но несколько лет ревнивые люди из этого города придавали моей жизни дополнительную остроту. Вот что больше всего удивляло: самыми недовольными всегда были те, кому я очень помог, когда они были на самом дне. Знай они, что мой ум йогина полностью отфильтровывает неловкие воспоминания, – им не пришлось бы считать меня врагом.
Вот что больше всего удивляло: самыми недовольными всегда были те, кому я очень помог, когда они были на самом дне.
Швейцария
Следующей целью были окрестности Цюриха. В некоторых долинах Швейцарии теперь жили тысячи тибетских беженцев, в том числе из Кхама. Как и Кармапа, они вышли из того знаменитого тибетского племени воинов, в котором многие относят себя к Кагью. Граница Германии оказалась закрытой, потому что несколькими часами раньше террористы из группы Баадера – Майнхоф убили одного из столпов общества. Мы спешили, и потому стоило попытать счастья на всех погранпостах в западном направлении. Так мы максимально приблизимся к Цюриху до того, как придется переехать из быстрой Германии в медленную Швейцарию.
С Кармапой в Шайбсе
Кармапа заботился о том, чтобы мы не скучали. Когда я на скорости более 160 километров в час подъезжал к неосвещенной развилке, он насыпал две маленькие горки коричневого порошка на тыльную сторону ладони и дал мне понюхать. Внезапно в мой мозг впились две ледяные руки. На визжащих покрышках я свернул не в ту сторону. Когда я остановился, чтобы проверить, на месте ли моя голова, Кармапа сотрясался от смеха. Это был индийский нюхательный табак, который употреблял и Калу Ринпоче, – похоже, его изготавливали из смеси динамита и тертых боксерских перчаток.