– Тебе нравится этот дом? – я кивнула. Дом действительно довольно миленький, – Он твой.
– Мой? – глупо повторила я, – Не помню, чтобы покупала недвижимость в этом мире.
– Я дарю его тебе, – объяснил Хранитель, – Если тебе не будет, куда пойти, то можешь жить здесь. Дом защищён от чужих глаз, вокруг него поставлен барьер, так что можешь не опасаться нападения животных. Тебя никто не потревожит.
– Почему вы так добры ко мне? – на кухне на столе стояла чашка с ароматным чаем. Не заморачиваясь вопросами, как она здесь появилась, обхватила ее обеими руками.
– Ты мне нравишься. Напоминаешь мою дочь, – я впервые посмотрела на Хранителя. Взгляд добрый, Не скрою, преследую свои цели. Единственный оборотень в мире – это ценный экземпляр.
Я поняла, что Хранителя пытается меня развеселить. Не хочется расстраивать старичка. Поэтому, улыбнувшись, стала расспрашивать о том, что со мной было.
Оказалось, у меня была течка. Боги, у меня каждый месяц вместо месячных будет течка! Это ужас! Я не выдержу такого. Но Хранитель, как добрая фея, поставил передо мной флакончик с голубоватой жидкостью внутри.
– Три капли, и ты будешь собой. Только мой тебе совет. Не переусердствуй. Эти капли могут вызвать привыкание. Будет лучше, если ты найдешь себе кого-то.
А потом нянчиться с маленькими щенятами? Нет уж. К такому я пока что не готова.
Поблагодарив Хранителя, пошла на выход. Мне ещё предстоит с Райаном встретиться. И как ему теперь в глаза смотреть?
В замке все спали.
– Ты где была? Хоть бы записку оставила! Мы ведь переживаем! – едва я вошла, запричитала Мэтра.
– Пришлось сказать Змеяновне, что у тебя бабушка в деревне заболела и тебе пришлось уехать.
Имя смотрительницы с первого раза я запомнить не смогла. Но с моей доброй руки она стала Змеяновной.
– Спасибо, Ийв. – поблагодарила девушку, падая на кровать.
– Ничего не хочешь нам рассказать? – подвинув меня, присела рядом Мэтра, – Кто он?
– В следующий раз хотя бы предупреждай, чтобы мы были готовы, – попросила более спокойная Ийв.
Они никуда не спешили. Обычно в такое время мы шли завтракать и начинали работать.
– У нас сегодня выходной? – спросила я у девушек.
– Нет. Но нам сказали не появляться в гареме до обеда, – все также спокойно пояснила Ийв.
– Представляешь, – наклонившись ко мне, громким шепотом заговорила Мэтра, – сегодня в гарем должен прийти герцог собственной персоной.
Я с непониманием смотрела на неё. О ком это она? Но вскоре до меня дошло, что о Райане. От мыслей, что он будет там, в груди что-то защемило. Хотя, с чего бы это. Он мне никто, и ничего мне не должен...
– Говорят, он ищет кого-то, – продолжила Мэт.
– Девушку. Блондинку с голубыми глазами, – поразила своей осведомленностью Ийв.
– Никого не напоминает? – испытующе посмотрела на меня Ийв.
Я переводила взгляд с одной девушки на другую.
– Он тебя ищет, дуреха! – прикрикнула Мэт, начиная трясти меня за плечи.
– Постой, – еле освободилась от захвата девушки, – С чего вы взяли? Может он...
– Аида! – поморщилась от этого имени. Понятия не имею, почему, когда меня спросили, как меня зовут, я назвалась так, – Ты совсем нас за дурочек держишь?
– Мэт, я не...
– Не хочешь говорить – не нужно, – спокойно сказала Ийв. Но взгляд прямо-таки взывал к моей совести.
Потянув Мэт за собой, девушки пошли на выход из комнаты. Кажется, сейчас я потеряю своих единственных подружек.
– Стойте! – воскликнула, поднимаясь, – Присядьте.
Пока девушки садились, я наматывала круги по комнате, собираясь с мыслями. Позже я могу пожалеть о том, что сейчас планирую сделать, но этим двоим я почему-то доверяю.
– Я хочу объяснить вам, что со мной произошло. Но для этого я должна вам сначала кое-что показать. Вы должны поклясться мне, что никому не расскажете о том, что сейчас узнаете, – остановившись, испытующе посмотрела на них.
– Да кому мы...
– Поклянитесь! – не дала я Мэт договорить.
– Перед лицом Всеотца моего, все, что увижу и услышу сейчас, не сойдёт с моих уст, не выльется на бумаге. Клянусь! – Ийв приложила правую руку к сердцу.
Мэт повторила за подругой. На секунду с их груди появилось свечение. Что это было?
– Клятва долга, – объяснила Ийв, – Даже под пытками ничего не расскажем, иначе нас ждёт наказание.
– Ух ты, – все, что смогла выдавить я.
– Ну, и?! – нетерпеливо затараторила Мэт, – Рассказывай!
Заранее проверила, закрыта ли дверь, и для гарантии ещё подперла ее стулом. Я встала посередине комнаты. Ария, твой выход. Моя девочка радостно оскалилась. Секунда, и я смотрю на вытянувшиеся лица двух девушек.
– Бабушкины панталоны! – выдала Мэт, – Ты – это Фрида?
Ийвэна повела себя более сдержано. Подойдя ко мне, стала вглядываться в морду.
– Можно погладить? – я кивнула.
Следующие двадцать минут по комнате разносилось мое довольное ворчание.
– Выглядишь как собака, а мурчишь как кошка.
Ничего подобного! Чистой воды клевета. Отойдя немного от девушек, снова превратилась.
– Вот, как-то так... – сказала неуверенно.
–Это многое объясняет. Но не то, почему тебя ищет господин.
– Это длинная история.
– Стоп! – прервала разговор Мэт, – Я сейчас вернусь.
Буквально через пять минут мы сидели на моей кровати и распивали вишневую наливку. Я рассказала им, как докатилась до жизни такой. И про другой мир, и про Хранителя. В общем, из комнаты мы так и не вышли и никуда не пошли. Хотя нет, отправляли Мэт за добавкой и закусками. То, что нужно было после вчерашнего дня.
Ночью того же дня стою я одиноко под дверью и набираюсь смелости постучать в неё. Соберись, Фрида! Не будь ты тряпкой!
Я подняла руку и постучала. Тишина. Не поняла? Меня решили продинамить? Повернувшись, собралась колотить в дверь, но вдруг пришла мысль в голову. Я надавила на ручку и дверь открылась. Эврика!
Прошла в комнату. Кровать пустая. Наверное, до сих пор проводит ревизию в гареме. Проскользнула гаденькая мыслишка. Значит, я тут с ним поговорить пришла, а он развлекается. Появилось желание напакостить, но что-либо сделать я не успела.
Послышался шум открываемой двери. Я обернулась, и нос к носу столкнулась с Райаном. Удивление на его лице сменилось предвкушением. Я – на полголовы ниже него. Прошлась взглядом по его ногам, торсу, расстегнутой на две пуговицы рубашке, по шее, дернувшемся кадыку, квадратном подбородке, и задержала взгляд на тонких губах изогнутых в полуулыбке.
– Сама пришла, – мурлыкающим голосом произнес он.
– Пришла! – дыхнула на него букетом перегара. А чего я, собственно, сюда пришла? Ах, да, – Не ищи меня! – сказала, посмотрев ему в глаза.
– Не буду, – что-то быстро согласился. Мне даже обидно стало, – Теперь в этом нет необходимости.
Ну и хорошо! Подняв подбородок, попыталась его обойти. Как я и предполагала, он уже забыл обо мне. И чего, спрашивается, приперлась?
– Куда это ты собралась? – Райан легко удержал меня за локоть. Он прижал меня к себе и попытался поцеловать. Я увернулась, подставив щеку.
– Я не такая! – сказала, вырываясь.
– Вчера ты была более сговорчивой, – прошептал Райан мне на ухо, от чего по телу пробежали мурашки.
– Вчера я была не в себе, – отчего-то голос стал хриплым.
Райан с минуту всматривался мне в глаза. В этот момент я не хотела, чтобы он меня отпускал. Наоборот, хотелось прижаться к нему и...
– Выпьем? – спросил он, отстраняясь. Разочарованный вздох вырвался непроизвольно, – Но тебе, наверное, хватит.
Я продолжала стоять на месте. Тем временем Райан подошёл к столу, на котором стоял графин с алой жидкостью внутри, и, наполнив два стакана, протянул один мне. Хочет меня напоить?
– Я не хочу тебя напоить, – опроверг он мои мысли, садясь в кресло. – Хотя, ты права, с тебя достаточно.
Кидаешь вызов? Принимаю! Подошла к нему и, забрав стакан, села во второе кресло. Откуда они здесь? Не помню, чтобы в этой комнате были кресла.
– Как тебя зовут? – начал разговор Райан.
– А ты всегда сначала целуешь девушку, а потом спрашиваешь ее имя? – спросила у него.
– Нет. Но когда эта девушка оказывается голой в моей кровати, а потом набрасывается на меня в коридоре, думаю формальности можно опустить, – уверена, мои щеки покраснели.
– Аида.
– У тебя есть родные? – продолжал он допрос.
– Нет.
– Любимый человек?
– Нет.
– Что-то разговор не клеится, – расстроено заключил Райан.
– Расскажи о себе, – выдала я. Сама не понимаю, как решилась что-то спросить. Видимо, влияние алкоголя.
– Нечего рассказывать. Родился, живу.
– У тебя есть племянница. Катарина, кажется, – закинула удочку я. Никогда не любила рыбалку, ну а вдруг!
– Да, – клюет!
– Она хорошая девочка. Такая милая и добрая.
– Да, наверное, – тихо ответил он.
– Почему она не живёт с тобой?
– Она живёт с бабушкой.
– Может быть, с родным дядей ей было бы лучше? – подсекаем!
– Возможно. Я думал над этим, – сказал он, рассматривая жидкость в стакане, – Через несколько лет ее ждёт выход в свет. Станет совсем взрослая.
– Да, – от воспоминаний о Рине на губах сама собой появилась улыбка. Но неуёмное любопытство победило здравый смысл, – Как умерли ее родители?
– Не хочу об этом говорить, – сказал Райан, опустошая стакан.
– Чем ты любишь заниматься? – решила перевести тему беседы. Видно, что мысли о родителях Рины приносят ему боль.
– Люблю охоту, – поморщилась, вспомнив олениху. Но ведь гнался за ней не Райан. Значит, можно надеяться, что охотится он на волков, – И собак, – добавил он, – Совсем недавно у меня появился очень хороший экземпляр.
Я чуть не задохнулась от негодования. Я всего лишь экземпляр?!
– Да что ты? – переспросила у него.
– Зовут Фрида, она очень забавная и... – он замолчал, подбирая слова, – Необычная. Есть в ней что-то такое, что пугает и одновременно притягивает к себе. Понимаешь? – он посмотрел на меня. Я лишь сдержано кивнула. – Хочу тебя с ней познакомить! – Проговорил он.