Макс отнял руку от моего рта.
– Макс! – шепнула я и припала к нему. – Макс! – Слезы потекли у меня из глаз.
– Я…
– Все потом! Нам предстоит небольшое плаванье. А то сейчас сюда нагрянет полиция – облава на предмет наркотиков. Тебе только неприятностей с этой стороны не хватало.
С этими словами он толкнул меня в воду. Я даже не успела среагировать. Оказавшись в воде, я заработала руками и ногами.
– Плыви к берегу! Чем быстрее, тем лучше.
– Сумасшедший! А если бы я не умела плавать?
– А я рядом на что? Спас бы! Лучше не говори, а плыви.
До берега мы доплыли быстро. Я вылезла из воды, дрожа от холода.
– Теперь к машине. Она у меня недалеко припаркована. Беги за мной.
Мы понеслись по набережной, как два зайца, за которыми гонятся хитрые лисы.
Машина Макса стояла в переулке. Нырнув на переднее сиденье рядом с Максом, я машинально пригладила свои мокрые волосы. Меня по-прежнему била дрожь.
– Холодно? – спросил он.
– Да… нет… – У меня зуб на зуб не попадал, и я обхватила себя руками, надеясь согреться.
Я хотела спросить, как он сюда попал, но вместо этого Макс наклонился ко мне и закрыл рот поцелуем. Мое сердце глухими толчками билось о ребра, и я вцепилась в Макса обеими руками, чтобы сохранить равновесие. Он жадно, торопливо целовал меня. Его руки судорожно гладили мои волосы. И наши поцелуи, смешанные с водой, моими непросохшими слезами и торопливостью, никак не могли нас насытить. Мы не могли оторваться друг от друга. Я обхватила Макса за шею, а он меня за плечи. Потом его руки скользнули ниже… к груди… Его руки дрожали так же сильно, как и мои…
Внезапно он оторвался от меня.
– Черт! – и провел рукой по лбу.
– Макс… – тихим голосом спросила я. – Что такое?
– Я не могу воспользоваться ситуацией. Когда мы с тобой виделись в последний раз…
– Макс! Молчи! Не надо. Что было – то было. Но это в прошлом.
Я сама положила руки ему на грудь, но он перехватил их.
– Черт! Как же я хочу тебя. Я никого никогда так не хотел.
– Оставь черта в покое, – невольно улыбнулась я. – Может быть, ты займешься чем-то другим?
Наша мокрая одежда мгновенно слетела с нас. Макс перебрался ко мне, и я изогнулась под ним, принимая удобное положение. Меня возбуждал запах кожаных сидений, парфюм Макса, его руки, его жадные поцелуи, в которых ярости и страсти было больше, чем нежности. Меня накрыла такая мощная волна желания, что я закрыла глаза, не в силах совладать с нею.
– Макс, – шептала я. – Макс!
Он вошел в меня, и я выгнулась дугой. Одна моя нога уперлась в руль и скользнула по нему. Я обхватила ногами бедра Макса, и он начал яростно вспарывать меня изнутри. Мне казалось, я чувствую, как от его жара и силы плавятся мои кости и тело становится странно-невесомым, словно оно принадлежит не мне, а другой женщине, которая сейчас находится в машине и самозабвенно отвечает на мужские ласки. Его плоть пульсировала во мне, и я впивалась ногтями в его плечи, как будто они были единственным, что могло удержать меня от улета в другую реальность.
– Как ты? – хриплым голосом шепчет Макс.
– Мне… хорошо, – мои зубы стучат.
Наслаждение затопило меня. Но взрыв еще не созрел. Я почувствовала его приближение, когда сладкая судорога скрючила мне пальцы ног, а потом распорола тело вдоль. Наслаждение выплеснулось в крике, который я заглушила ладонью Макса: я вцепилась зубами в его руку.
– Только не сдерживай себя! – прорычал он. – Кричи!
Перед глазами завертелись яркие, сверкающие круги. Мое тело взлетело в последний раз и опустилось без сил. Голова запрокинулась, и я провалилась в сладкое забытье.
Очнулась я от того, что Макс гладил меня по щеке.
– Ника! – Он нажал указательным пальцем на мои губы. – Ты – чудо!
– Да уж – чудо! – Я попыталась взять шутливый тон. Но не получилось. – Макс я, наверное, сошла с ума… – Мой голос прозвучал против воли жалобно.
– Не ты одна, – усмехнулся он. – Но это ничего страшного. Так и надо.
Я взяла его за руку. Он поморщился.
– Я же сделала тебе больно, – прошептала я. – Включи свет.
– Может, не надо… Раны любви всегда приятны.
Я рассмеялась и поцеловала его ладонь.
– Мы так и будем сидеть здесь до утра?
– А что? Неплохой вариант. Мне так даже нравится.
– Мне тоже. – Я прильнула к нему.
– Согрелась?
– Ага. Даже горю.
Он рассмеялся.
– Ладно. Поехали к Элизабет.
– Я скажу тебе дорогу.
Он посмотрела на меня.
– Я знаю, как ехать.
Я подняла голову. Как же я могла забыть: Макс был любовником Элизабет. И тут меня пронзила жгучая ревность. Такая сильная, что я испугалась сама.
– Ты с ней спал, – спросила я внезапно севшим голосом.
– К чему этот допрос?
– Я задала вопрос. Так что будь добр – отвечай.
– Ну, спал. И что? Это было давно.
И тогда я сделала то, чего от себя никак не ожидала. Я схватила его за руку и выдавила:
– Макс! Не бросай меня. Я не хочу тебя терять.
– Ника! – Он обхватил мою голову руками и поцеловал в губы. Два раза. Сначала быстро. А второй поцелуй был таким, что мне стало трудно дышать. Его язык проник так глубоко, нежно, дразняще… Желание снова заурчало во мне.
– Тебе еще нужны доказательства? – улыбнулся Макс.
– Пока нет, – тихо сказала я.
– Нам нужно одеться. Боюсь, если нас увидят обнаженными, никто не поверит, что это снимается фильм про нудистов, все решат, что мы – злостные нарушители общественной морали. Хотя этот городишко еще тот развратник, но внешне все должно быть тип-топ.
Я натянула платье на себя. Оно уже почти высохло.
– Поехали? – спросил Макс, трогая рычаг передач.
– Поехали, – прошептала я.
Через двадцать минут мы уже притормаживали у дома Элизабет.
– Выходи первой! – сказал Макс.
Я вышла и направилась к подъезду. Макс догнал меня. Мы молчали. Почему-то не хотелось нарушать это молчание. Мы поднялись в квартиру Элизабет и прошли на кухню. Здесь мы впервые разглядели друг друга как следует. Я нашла, что Макс похудел. Обозначились скулы, и взгляд стал тревожным, как у загнанного волка. Волосы немного отросли и свисали почти до плеч.
– Ну как? Похорошел?
Я тихо рассмеялась.
– Да. Очень. – И сразу же помрачнела.
– Макс, получается, что меня хотели подставить?
Макс провел рукой по столу, cловно протирая его от пыли.
– Я не хотел говорить тебе в машине… Решил отложить этот разговор на потом. Но… похоже, так. Хотели, чтобы ты загремела во французскую каталажку.
Мне снова стало холодно, меня начала бить дрожь.
– С чего ты это решил?
– Эта яхта… не Керкозова, а другого человека. Тот, кто пригласил тебя на нее, хотел дезинформировать. А потом – подставить.
– Я… не понимаю.
– Кто тебя привел туда? – Макс посмотрел на меня в упор. От его взгляда я невольно съежилась.
– Ну, один человек.
– Сказала «а», скажи и «б», – усмехнулся он.
– Просто я познакомилась с одним олигархом в вип-зоне каннской дискотеки, – выпалила я, стараясь не встречаться глазами с Максом. – И он привел меня на эту яхту.
– Что-то подобное я и думал, – легкая усмешка скользнула по губам Макса. – Девушка попала в Канны и решила не упускать своего счастья. Я так и подумал, что ты непременно влипнешь в какую-нибудь авантюру, и поэтому мне срочно нужно подстраховать тебя. Пока ты окончательно не стала подругой каннского олигарха. А если говорить серьезно, то здесь существует целая наука развода по жиже. Настоящих миллионеров и олигархов здесь вычислить довольно трудно. Многие из них стараются не светиться. А по дискотекам чаще всего ходят капитаны яхт, помощники олигархов, менеджеры среднего звена. У кого нет навыка в подобном общении, легко может пасть жертвой разных мошенников и авантюристов. Это так просто. Достать из кармана платиновую VISA, подъехать на «Бентли», потрясти «Ролексом». И все! Очередная дурочка уже в кармане. Твой так называемый олигарх наверняка из этой породы… Я жутко испугался за тебя, Ника! Я боялся, что ты влипнешь в криминал и не выберешься оттуда. И примчался, чтобы помочь тебе. Примчался сегодня. И как оказалось – вовремя.
Я вспомнила, что сегодня не ночевала у Элизабет, и опустила голову.
– Ты следил за мной с утра?
– Нет. С обеда. Я как прилетел, рванул к дому Элизабет. Я видел, как ты вышла в начале девятого, и пошел за тобой. Я видел, как ты прошла на яхту, потом сам проник на нее под видом гостя. Это было нетрудно. Как журналист я научился проникать в закрытые места. Еще перед тем, как попасть на яхту, я сделал один звонок, и мне сообщили, что там будет облава.
– Но почему тот тип, c которым я познакомилась на дискотеке, так быстро решил меня сдать Керкозову и как он вообще нашел к нему подход? Он из наших, русских. Мне он представился Романом. По кличке Ромео.
– Это многое объясняет, – кивнул Макс. – Он не тебя сдал, а просто продал информацию. Этот мир сплошной развод по жиже. Все продается и покупается. Как только ты упомянула фамилию Керкозова, он сразу прикинул, сколько может на этом заработать. Вот и все. Следующей его задачей было найти этого Керкозова и предложить ему информацию в обмен на бабки. Тот согласился, а тебя решили вывести из игры и посадить во французскую тюрягу.
Я промолчала.
– И что ты решила? – без всякого перехода спросил меня Макс.
– Может, выпьем кофе.
– Не помешает.
Я заварила кофе в полном молчании. Потом разлила его по чашкам.
– Я уже думала об этом, – тихо проговорила я. – Но я не могу остановиться на полпути. Хотя прекрасно понимаю, насколько это опасно. – Я провела рукой по лбу. – Но я любила Олега и не могу предать его память. Ради него… – Я замолчала.
Макс своей рукой накрыл мою руку.
– Я с тобой. Что бы ты ни решила, я буду рядом. Но право выбора всегда остается за тобой. Это твое решение. Я бы и сам поступил точно так же.
Возникла пауза.