В кабинет вошел Мэтт Питерс, коренастый человек лет сорока пяти, лысый, в галстуке и рубашке с короткими рукавами. Как и Марвин Хейес, он дружил с Кинкейдом. Джуди почувствовала, что ее обложили.
— Поздравляю с одержанной победой, — сказал Питерс Джуди. — Рад, что ты будешь работать в моем отделе.
— Спасибо.
Больше Джуди не нашла что сказать.
— У Мэтта для тебя новое задание, — заявил Кинкейд.
Питерс принес с собой досье, которое тут же протянул Джуди.
— Губернатор получил обращение группы террористов, которые называют себя «Молот Эдема».
Джуди открыла досье, но не смогла прочитать ни слова. Ее трясло от гнева и ощущения безнадежности. Чтобы скрыть свои чувства, она попыталась сосредоточиться на работе.
— Чего они хотят?
— Требуют заморозить строительство новых электростанций в Калифорнии.
— Речь идет об атомных станциях?
— Любых. Они дали нам четыре недели на выполнение их требований. Террористы утверждают, что являются радикальной ветвью «Зеленой Калифорнии».
Джуди попыталась сосредоточиться. «Зеленая Калифорния» — легальная организация, которая боролась за сохранение окружающей среды. Ее штаб находился в Сан-Франциско. Впрочем, подобные группы всегда привлекают сумасшедших.
— И чем они угрожают?
— Землетрясением.
Джуди оторвала взгляд от досье.
— Вы шутите?
Мэтт покачал лысой головой.
Поскольку Джуди выбили из колеи предшествующие события, она даже не попыталась смягчить свои слова.
— Полнейшая чепуха, — резко ответила она. — Никто не в состоянии устроить землетрясение. С тем же успехом они могут угрожать нам снегом высотой в три фута.
Мэтт пожал плечами:
— Нужно проверить.
Джуди знала, что высокопоставленные политики каждый день получают самые разные угрозы. ФБР берется за их расследование только в тех случаях, когда в них оказывается что-то особенное.
— Как получена угроза?
— Она появилась первого мая среди объявлений в Интернете. Вся необходимая информация в досье.
Джуди посмотрела Мэтту в глаза. Сейчас у нее совсем неподходящее настроение выслушивать всякую чушь.
— Вы что-то от меня скрываете. В угрозе нет ни малейшего смысла. — Она посмотрела на часы. — Сегодня двадцать пятое. Мы не обращали внимания на послание три с половиной недели. А теперь, когда до окончания назначенного срока осталось четыре дня, ФБР забеспокоилось?
— Объявление заметил Джон Правдолюб — полагаю, он просто шарил по Интернету. Возможно, ему требовалась новая тема. В общем, он рассказал об угрозе в своем шоу в пятницу вечером и получил множество звонков.
— Теперь понятно.
Джон Правдолюб вел на радио ток-шоу. Передача велась из Сан-Франциско, но по всей Калифорнии имелись станции для прямого эфира. Джуди рассердилась еще сильнее.
— Джон Правдолюб давит на губернатора, чтобы тот принял меры. Губернатор обратился в ФБР. И мы должны провести расследование, хотя никто не верит в серьезность угрозы.
— Пожалуй.
Джуди глубоко вздохнула. Она обращалась к Кинкейду, а не к Питерсу, поскольку понимала, кто все это затеял.
— Наш отдел пытался поймать братьев Фунг в течение двадцати лет. Сегодня я засадила их в тюрьму. — Она заговорила громче. — И теперь вы предлагаете мне заняться какой-то хренью?
Кинкейд выглядел вполне довольным собой.
— Если ты хочешь и дальше работать в Бюро, тебе нужно научиться философски относиться к поворотам судьбы.
— Я уже научилась, Брайан!
— Не кричи.
— Я научилась, — повторила Джуди немного тише. — Десять лет назад, когда я была зеленым новичком и мое начальство не знало, можно ли на меня положиться, я получала вот такие задания. И относилась к ним абсолютно серьезно, доказав, что мне можно доверять настоящую работу!
— Десять лет — это ничто, — пожал плечами Кинкейд. — Я проработал в Бюро двадцать пять лет.
Джуди попыталась его урезонить:
— Послушайте, вас только что поставили во главе отдела. И вы начинаете с того, что поручаете одному из своих лучших агентов дело, с которым справится новичок. Все поймут, что вы просто сводите со мной счеты.
— Ты права, я только что получил эту должность, а ты уже даешь мне советы. Тебе пора приниматься за работу, Мэддокс.
Джуди посмотрела на него. Неужели он полагает, что разговор закончен?
— Ты свободна, — спокойно добавил Кинкейд.
Этого Джуди стерпеть уже не смогла. Ее ярость вырвалась наружу.
— Закончена не только наша беседа, — заявила она, поднимаясь. — Катись ты в задницу, Кинкейд.
На его лице промелькнуло удивление.
— Я увольняюсь, — сказала она.
И вышла из кабинета.
— Ты прямо так и сказала? — спросил отец у Джуди.
— Да. Я знаю, ты меня не одобряешь.
— Однако ты совершенно права.
Они сидели на кухне и пили зеленый чай. Отец Джуди работал детективом в полиции Сан-Франциско и часто выступал в роли тайного агента. Он был прекрасно сложен и находился в отличной для своего возраста форме. Длинные поседевшие волосы забраны в хвост, блестящие зеленые глаза с интересом смотрят на дочь.
До пенсии старому детективу осталось совсем немного, и эта перспектива его не вдохновляла. Вся его жизнь была связана с полицией. Он бы с удовольствием работал полицейским до семидесяти лет. Мысль о том, что дочь подала в отставку так рано, вызывала у него ужас.
Родители Джуди встретились в Сайгоне. Ее отец служил в армии — в те времена американских солдат называли «советниками». Мать родилась во вьетнамской семье среднего класса: дедушка Джуди служил бухгалтером в министерстве финансов. Отец Джуди привез невесту в Америку, и Джуди появилась на свет в Сан-Франциско. В детстве она называла родителей Бо и Ми — по-вьетнамски «папа» и «мама». Коллеги отца узнали об этом, и с тех пор его прозвали Бо Мэддокс.
Джуди его обожала. Когда ей исполнилось тринадцать, мать погибла в автомобильной катастрофе. С тех пор Джуди была очень близка с Бо. После того как она год назад порвала с Доном Райли, Джуди переехала жить к отцу.
Она вздохнула.
— Ты должен признать, что я редко проигрываю.
— Только когда это важно для тебя.
— Но после того, как я сказала Кинкейду, что увольняюсь, ничего другого мне не остается.
— Да, после того, как ты послала его в задницу.
Джуди встала и налила им обоим чаю. В ней все еще кипела ярость.
— Он такой мерзкий болван.
— Возможно, ты права, поскольку он потерял отличного агента. — Бо сделал несколько глотков чая. — Но ты еще глупее — потому что лишилась отличной работы.
— Сегодня мне предложили кое-что получше.
— Где?
— «Брукс энд Филдинг», юридическая фирма. Я буду получать в три раза больше, чем в ФБР.
— И спасать гангстеров от тюрьмы! — с возмущением проговорил Бо.
— Каждый человек имеет право на достойного адвоката.
— Почему бы тебе не стать женой Дона Райли и не завести детей? А я выйду на пенсию и займусь внуками.
Джуди поморщилась. Она так и не рассказала Бо, почему они с Доном расстались. Правда состояла в том, что он ей изменил. Дона мучила совесть, и он во всем признался. Это был короткий роман с коллегой, и Джуди попыталась его простить, но с тех пор ее чувства к Дону изменились. Ей больше не хотелось заниматься с ним любовью. Впрочем, не тянуло ее и к другим мужчинам. Измена Дона привела к тому, что Джуди перестала испытывать потребность в сексе.
Бо ничего об этом не знал. Он считал Дона Райли превосходным мужем для дочери: красивый, умный, успешный, к тому же работает в правоохранительных органах.
— Дон пригласил меня отпраздновать победу, но я хочу отказаться.
— Наверное, мне не следует давать тебе советы, — с грустной улыбкой сказал Бо и встал. — Мне пора. Сегодня ночью у нас рейд.
Джуди не нравилось, когда отец работал ночью.
— Ты поел? — с беспокойством спросила она. — Может быть, сделать яичницу?
— Нет, спасибо, милая. Позднее я съем сандвич. — Он надел кожаную куртку и поцеловал ее в щеку. — Я люблю тебя.
— Пока.
Как только дверь за ним захлопнулась, зазвонил телефон. Это был Дон.
— Я заказал столик в «Маса», — сказал он.
Джуди вздохнула. В «Маса» великолепная кухня.
— Дон, мне не хочется тебя огорчать, но я вынуждена отказаться.
— Ты серьезно? Я уже был готов предложить метрдотелю свою сестру, чтобы получить столик.
— Мне не хочется праздновать. У меня серьезные неприятности в офисе. — И она рассказала о болезни Лестрейнджа и поведении Кинкейда. — Я решила уйти из Бюро.
Дон был потрясен.
— Я не верю своим ушам! Ты же так любишь эту работу!
— Все это уже в прошлом.
— Ужасно!
— Вовсе нет. Пришло время подумать о деньгах. Я была среди первых учеников в юридической школе — ты же знаешь. И оценки получала выше, чем те, кто сейчас зарабатывает целые состояния.
— Да, конечно, помочь убийце избежать срока, написать книгу, получить миллион долларов… Неужели это ты? Я действительно разговариваю с Джуди Мэддокс?
— Не знаю, Дон, но сейчас мне никуда не хочется идти.
Наступила пауза. Джуди понимала, что Дон готов смириться с неизбежным.
— Ладно, — вздохнул он. — Но ты должна мне свидание. Как насчет завтрашнего дня?
У Джуди не осталось сил спорить.
— Конечно, — ответила она.
— Договорились.
Она повесила трубку.
Джуди включила телевизор и заглянула в холодильник, размышляя об обеде. Есть ей не хотелось, тогда она вытащила банку пива и открыла ее. Она смотрела в телевизор три или четыре минуты, пока не сообразила, что идет передача на испанском языке. Немного подумав, Джуди пришла к выводу, что не хочет пива. Она выключила телевизор и вылила пиво в раковину.
Может быть, пойти в «Эвертон», любимый бар агентов ФБР? Джуди нравилось проводить там время, пить пиво, есть гамбургеры, обмениваться новостями с коллегами. Но она сомневалась, что ей будут рады, в особенности если в бар зайдет Кинкейд. Она уже начала чувствовать себя посторонней.