— Главное — держать вместе семью, — сказала она, обращаясь к Ольге. — Какое бы папа ни принял решение, мы не должны допустить, чтобы она распалась.
— Не читай мне лекций о семье, — со злостью произнесла Ольга. — Лучше поговори с братом.
— Отвяжитесь от меня! — сказал Кит.
Стэнли сказал:
— Я не желаю все это снова перемалывать.
— Но ведь именно он чуть не разрушил нашу семью, — не успокаивалась Ольга.
— Да пошла ты, Ольга! — прикрикнул Кит.
— Успокойтесь! — решительно произнес Стэнли. — Мы можем как угодно горячо спорить, не опускаясь до оскорблений и грубостей.
— Да ладно, папа, — сказала Ольга. Она так и кипела от того, что ее назвали корыстной, и ей не терпелось пойти в наступление. — Что может быть большей угрозой для семьи, если один из нас обкрадывает других?
Кит вспыхнул от стыда и злости.
— Я сейчас вам скажу, — заявил он.
Миранда знала, что сейчас будет. В ужасе она выставила вперед руку ладонью вверх: «Стоп!»
— Кит, пожалуйста, успокойся, — взмолилась она.
Но он не слушал ее.
— Я сейчас вам скажу, в чем главная угроза единству семьи.
Миранда рявкнула:
— Заткнись!
Стэнли понял: под этим что-то кроется, чего он не знает, и озадаченно сдвинул брови.
— О чем вы говорите?
Кит сказал:
— Я говорю кое о ком…
Миранда поднялась с места.
— Нет!
— …кое о ком, кто спит…
Миранда схватила стакан с водой и выплеснула ее в лицо Киту.
И тотчас воцарилась тишина.
Кит вытер лицо салфеткой. Все молча, ошарашенно смотрели на него, а он сказал:
— …спит с мужем своей сестры.
— Вот глупости! — в растерянности произнесла Ольга. — Я никогда не спала с Джаспером… или с Недом.
Миранда схватилась руками за голову.
— А я не про тебя, — сказал Кит.
Ольга посмотрела на Миранду. Миранда отвела взгляд.
Лори, все еще стоявшая с кофейником в руке, ахнула, вдруг все поняв.
Стэнли произнес:
— Великий Боже! Мне такое никогда в голову не пришло бы.
Миранда взглянула на Неда. Он был в шоке.
— В самом деле? — спросил он.
Она не отвечала.
Ольга повернулась к Хьюго:
— Ты спал с моей сестрой?
Он попытался криво усмехнуться. Ольга с размаху ударила его по лицу. Удар прозвучал с глухим звуком, словно был нанесен кулаком.
— Ой! — вскрикнул Хьюго и откинулся на спинку стула.
— Ах ты, грязный врун… — произнесла Ольга и умолкла, подыскивая слова. — Червь. Свинья. Чертов подлец, вконец испорченный мерзавец. — И повернулась к Миранде. — А ты!
Миранда не могла выдержать ее взгляд. Она опустила глаза. Перед ней стояла чашечка с кофе. Чашечка была белого фарфора с голубой каемочкой, из любимого маминого сервиза.
— Как ты могла? — произнесла Ольга. — Как ты могла?
Миранда попытается когда-нибудь все объяснить, но что бы она сейчас ни сказала, это будет выглядеть попыткой выгородить себя.
Ольга поднялась и вышла из комнаты.
Вид у Хьюго был сконфуженный.
— Я, пожалуй… — И вышел следом за женой.
Стэнли вдруг сообразил, что Лори стоит тут и что она слышала все до последнего слова.
— Лори, вы бы помогли Люку на кухне.
Она вздрогнула, словно пробудившись ото сна.
— Хорошо, профессор Оксенфорд.
Стэнли посмотрел на Кита.
— Это было жестоко. — От гнева у него дрожал голос.
— Правильно, вини во всем меня, — задиристо произнес Кит. — Я-то с Хьюго не спал, верно? — И, швырнув на стол свою салфетку, вышел.
Нед был глубоко уязвлен.
— М-м, извините, — сказал он и тоже вышел.
В комнате остались лишь Миранда и ее отец. Стэнли поднялся и подошел к ней. Положил руку ей на плечо.
— Они со временем успокоятся и всё забудут, — сказал он. — Скверно это, но пройдет.
Она повернулась к нему и уткнулась в мягкий твид его жилета.
— Ох, папа, извини, — сказала она и заплакала.
Погода становилась все хуже. Тони долго ехала в дом для престарелых, а на возвращение оттуда у нее ушло еще больше времени. На дороге лежал тонкий слой снега, настолько утрамбованный колесами машин и замерзший, что слякоти не было и в помине. Нервничавшие водители не ехали, а ползли, задерживая всех. Красный «порше-бокстер» Тони был идеальной машиной для объезда тех, кто не спешит, но не мог проявить прыти на скользкой дороге, и Тони мало что могла сделать, чтобы сократить время поездки.
Мама с довольным видом сидела рядом с ней в зеленом шерстяном пальто и фетровой шляпе. Она нисколько не обиделась на Беллу. Тони ожидала другого, и ей было стыдно, что реакция мамы огорчила ее. В глубине души ей хотелось, чтобы мама была в ярости из-за Беллы, как была в ярости сама Тони. Это оправдало бы то, что она чувствовала. Но ее мать, казалось, считала, что она сидела столько времени в ожидании по вине Тони. И Тони раздраженно сказала:
— Ты ведь понимаешь, что это Белла уже несколько часов назад должна была заехать за тобой.
— Да, дорогая, но твоей сестре приходится заниматься семьей.
— А у меня ответственная работа.
— Я знаю, ты этим восполняешь отсутствие детей.
— Значит, Белла может тебя подводить, а я — нет.
— Совершенно верно, дорогая.
Тони пыталась, следуя примеру матери, проявить великодушие. Но перед мысленным взором вставали ее друзья, которые сидят в санатории в джакузи, или играют в шарады, или пьют кофе у камина, где пылает огонь. Чарлз и Дэмиен станут веселее и раскованнее. Майкл начнет рассказывать про свою ирландку мать, про легендарный самолет, созданный в ее родном Ливерпуле. Бонни будет вспоминать время учения в колледже, как они с Тони, единственные две девушки среди трехсот студентов инженерного факультета, попадали в переделки. И вот сейчас Тони едет по снегу с мамой, а они все там развлекаются.
Она сказала себе: прекрати хныкать. «Я же взрослая женщина, — подумала она, — а у взрослых есть свои обязанности. К тому же мама неизвестно сколько еще проживет, так что я должна радоваться ее обществу, пока могу быть с ней».
Ей оказалось труднее радоваться, думая о Стэнли. Сегодня утром она чувствовала такую близость с ним, а теперь их разделяла пропасть, более глубокая, чем Большой каньон. Она без конца изводила себя вопросами, не слишком ли нажала на него. Не заставила ли его встать перед выбором между семьей и ею? Быть может, если бы она отступила, он не был бы вынужден принимать какое-то решение. Но она же не вешалась ему на шею, а женщина должна слегка поощрить мужчину, иначе он и говорить с ней больше не станет.
Хватит сожалеть, сказала она себе. Она потеряла его, и тут уж ничего не поделаешь.
Впереди она увидела огни бензоколонки.
— Мама, тебе не нужно в туалет? — спросила она.
— Да, пожалуйста.
Тони сбавила скорость и свернула на площадку перед колонкой. Наполнила бак бензином и повела мать внутрь. Пока Тони расплачивалась, мать отправилась в женскую комнату. Когда Тони вернулась к машине, она услышала, что звонит мобильник. Подумав, что это, возможно, звонят из «Кремля», она быстро схватила телефон.
— Тони Галло.
— Это Стэнли Оксенфорд.
— Ой! — Она растерялась. Никак не ожидала его звонка.
— Возможно, я звоню в неудобное время, — вежливо сказал он.
— Нет, нет, нет, — быстро произнесла она, садясь за руль. — Я подумала, что это звонят из «Кремля», и забеспокоилась, не случилось ли там чего. — Она захлопнула дверцу машины.
— Там все отлично, насколько мне известно. Как ваш санаторий?
— Никак. — И Тони рассказала ему, что произошло.
— Ужасно жаль, — искренне произнес он.
Сердце у нее забилось быстрее — безо всяких оснований.
— А как у вас дела — все в порядке? — Она недоумевала, почему он позвонил. В то же время она наблюдала за ярко освещенной конторой бензоколонки. Мама еще не скоро оттуда выйдет.
— Семейный ужин кончился скандалом. Это не что-то необычное — у нас порой бывают ссоры.
— По поводу чего?
— Наверное, мне не следует говорить вам это.
«В таком случае почему же вы мне звоните?» — подумала она. Стэнли никогда не звонил просто так. Обычно он был настолько дотошен, что ей казалось, перед ним находится список тем, которых он должен коснуться.
— Коротко говоря: Кит проболтался, что Миранда спала с Хьюго, мужем ее сестры.
— О Господи! — Тони так и увидела их всех: красивый, но вредный Кит; хорошенькая толстушка Миранда; Хьюго — похожий на пивную кружку обольститель и монументальная Ольга. Ну и история! Но удивительно, что Стэнли сказал об этом ей, Тони… Он снова вел себя так, словно они — близкие друзья. Но она отогнала от себя эту мысль. Если она даст надежде расцвести, Стэнли снова ее уничтожит. Однако заканчивать с ним разговор не хотелось. — А как вы к этому относитесь? — спросила она.
— Ну, Хьюго всегда был слабоват по этой части. Прожив с ним почти двадцать лет, Ольга его теперь уже узнала. Она чувствует себя униженной и зла как черт, — собственно, я даже сейчас слышу, как она кричит, — но думаю, она простит его. Миранда все мне объяснила. У нее не было романа с Хьюго — она просто переспала с ним однажды, когда была в депрессии после того, как распался ее брак, и с тех пор сгорает от стыда. Я думаю, со временем Ольга простит ее тоже. А вот Кит тревожит меня. — Голос его зазвучал печально. — Я всегда хотел, чтобы мой сын был мужественным и принципиальным и чтобы он стал порядочным мужчиной, которого все уважали бы, а он хитрый и слабый.
Тони внезапно поняла, что Стэнли говорит с ней, как говорил бы с Мартой. После подобной ссоры они легли бы в постель и стали бы обсуждать своих детей. Стэнли тоскует по жене и превращает Тони в ее подобие. Но эта мысль больше не будоражила ее. Как раз наоборот: она обиделась. Он не имеет права так ее использовать. Она решила, что он эксплуатирует ее. А ей надо убедиться, что с ее матерью в этом туалете на бензоколонке все в порядке.
Она только собралась сказать ему об этом, когда он произнес: