— Нет.
— Подумай об этом, — настаивала она. — Ты можешь заслужить прощение — со временем.
— Никогда.
— Наоборот. Хотя многое было задумано, ущерб-то нанесен минимальный. Ведь вирус возвращен.
Он оглядел членов семьи, переводя взгляд с одного на другого.
Словно прочтя его мысли, Тони сказала:
— Ты сильно обидел их, но, по-моему, они еще не отказались от тебя. Они все тут, вокруг тебя.
Он закрыл глаза.
Тони пригнулась ниже.
— Ты мог бы прямо сейчас сделать шаг, который вернул бы тебе доброе имя.
Стэнли открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но Миранда остановила его, подняв руку. И заговорила сама.
— Кит, пожалуйста, — сказала она. — Сделай доброе дело после всей этой погани. Сделай это ради себя, докажи себе, что ты не совсем плохой человек. Скажи ей то, что она должна знать.
Кит крепко зажмурился, и из глаз его потекли слезы. Наконец он произнес:
— Инвербернская летная школа.
— Спасибо, — еле слышно произнесла Тони.
Тони сидела в диспетчерской вышке летной школы. Вместе с ней в маленькой комнатке находились: Фрэнк Хэккетт, Кит Оксенфорд и местный полицейский детектив. В ангаре, вдали от любопытных глаз, стоял военный вертолет, который привез их сюда.
Кит крепко держал бордовый чемоданчик. Он сидел бледный, с застывшим лицом. И выполнял указания как автомат.
Все наблюдали за происходящим сквозь большие окна. Небо уже не было сплошь затянуто тучами, и над покрытой снегом взлетно-посадочной полосой сияло солнце. В небе не видно было никакого вертолета.
Тони держала телефон Найджела Бьюкенена и ждала, когда он зазвонит. Вечером в какой-то момент его батарейки сдали, но телефон был такой же, как и у Хьюго, так что Тони взяла зарядное устройство и теперь включила его в розетку.
— Пилот уже должен был бы позвонить, — в волнении произнесла она.
Фрэнк сказал:
— Возможно, он на несколько минут запаздывает.
Тони нажала на кнопки и обнаружила номер последнего телефона, куда звонил Найджел. Похоже, это был мобильный телефон, и звонил он вчера в 11.45 вечера.
— Кит, — спросила она, — Найджел звонил клиенту перед полуночью?
— Его пилоту.
Тони повернулась к Фрэнку:
— Должно быть, это тот номер. По-моему, нам надо по нему позвонить.
— О’кей.
Она нажала на кнопку «Вызов» и передала мобильник полицейскому детективу. Он поднес его к уху. Немного погодя сказал:
— Угу, это я. Где же вы? — Он говорил с лондонским акцентом, почему Фрэнк и взял его с собой. — Так близко? — сказал он, глядя в окно на небо. — Мы вас не видим…
В этот момент вертолет прорвался сквозь облака.
Тони замерла.
Полицейский отключился. Тони достала свой мобильник и позвонила Одетте, которая сидела в оперативной комнате Скотланд-Ярда.
— Клиент появился.
— Дай мне его хвостовой номер. — Одетта не сумела подавить волнение в голосе.
— Одну минутку… — Тони впилась глазами в вертолет, пока не рассмотрела его регистрационный номер, затем сообщила номер и буквы Одетте. Одетта повторила их и отключилась.
Вертолет стал спускаться. Его винты устроили на земле снежную бурю. Он сел в сотне ярдов от диспетчерской вышки.
Фрэнк посмотрел на Кита и кивнул:
— Двигай.
А Кит медлил.
Тони сказала:
— Просто следуй плану — только и всего. Скажешь: «У нас были проблемы с погодой, но в конце концов все сложилось о’кей». И все у тебя будет в порядке.
Кит пошел с чемоданчиком вниз по лестнице.
Тони понятия не имела, сделает ли он все так, как его учили. Он больше суток не спал, попал в аварию и был на пределе душевных сил. Он может выкинуть что угодно.
В вертолете впереди сидели двое. Один из них, — по всей вероятности, второй пилот — открыл дверь и вышел, неся большой чемодан. Это был плотный мужчина среднего роста в солнечных очках. Он нагнул голову и пошел прочь от машины.
Через минуту из вышки появился Кит и направился по снегу к вертолету.
— Держись спокойно, Кит, — прошептала Тони.
Фрэнк крякнул.
Мужчины встретились на полпути друг к другу. Заговорили. Второй пилот спросил, где Найджел. Кит указал на диспетчерскую вышку. Что он говорит? Возможно, «Найджел послал меня вручить это вам». Но ведь он мог и так сказать: «Там наверху, в диспетчерской, полиция». Новые вопросы, и Кит пожимает плечами.
У Тони зазвонил мобильник. Говорила Одетта.
— Вертолет зарегистрирован на имя Адама Хэллана, лондонского банкира, — сказала она. — Но его на борту нет.
— Жаль.
— Я и не ожидала, что он там будет. Пилот и второй пилот работают у него. Они представили план полета на вертодром Бэттерси — это как раз напротив дома Хэллана в Чейн-Уок, на другой стороне реки.
— Значит, он большая шишка?
— Можешь не сомневаться. Мы давно интересуемся им.
Второй пилот указал на бордовый чемоданчик. Кит открыл его и показал флакончик «Дьявольщины», лежащий в гнездышке из полистироловых упаковочных брусочков. Второй пилот поставил свой чемодан на землю и открыл его — там лежали плотно упакованные и перевязанные пачки пятидесятифунтовых банкнотов, по крайней мере миллион фунтов, решила Тони, а может быть, и два миллиона. В соответствии с полученным указанием Кит взял одну из пачек и быстро пролистал банкноты.
Тони сказала Одетте:
— Они совершили обмен. Кит проверяет деньги.
А двое мужчин на взлетном поле посмотрели друг на друга, кивнули и обменялись рукопожатием. Кит передал бордовый чемоданчик и взял чемодан второго пилота. Впечатление было такое, что чемодан тяжелый. Второй пилот направился к вертолету, а Кит вернулся в диспетчерскую.
Как только второй пилот сел в машину, вертолет взлетел.
— Ты принимаешь сигнал из флакона? — спросила Тони, не прерывавшая связи с Одеттой.
— Четкий и громкий, — сказала Одетта. — Мерзавцы у нас в руках.
День подарков
В Лондоне стояла холодная погода. Снега здесь не было, но ледяной ветер хлестал древние здания и извилистые улочки; люди, съежившись и плотнее закутавшись в шарфы, спешили побыстрее очутиться в тепле пабов и ресторанов, отелей и кинотеатров.
Тони Галло сидела в глубине серой «ауди» рядом с Одеттой Кресси. Одетта — блондинка одних с Тони лет — была в темном деловом костюме с малиновой блузкой. Впереди сидели два детектива — один вел машину, второй слушал радио, передававшее указания о дороге, и говорил водителю, куда ехать.
Полиция уже тридцать три часа следила за перемещениями флакончика из-под духов. Вертолет, как и ожидалось, приземлился в юго-западном Лондоне. Пилот сел в ожидавшую его машину и поехал по мосту Бэттерси к стоящему у реки дому Адама Хэллана. Всю ночь радиопередатчик находился на одном и том же месте, подавая сигнал откуда-то изнутри элегантного дома восемнадцатого века. Одетта не хотела пока что арестовывать Хэллана. Ей хотелось захватить максимум террористов в свою сеть.
А Тони большую часть этого времени проспала. Когда в день Рождества она легла перед полуднем у себя дома, она была слишком напряжена и не могла заснуть. Все ее мысли были в вертолете, летевшем над Великобританией, и она волновалась, опасаясь, что радиомаяк может подвести. Тем не менее, несмотря на свои тревоги, она заснула через несколько секунд.
Вечером она поехала в Стипфолл повидать Стэнли. Они просидели целый час в его кабинете, беседуя и держась за руки, затем она полетела в Лондон. И всю ночь проспала глубоким сном на квартире Одетты в Кэмден-Тауне.
Полиция метрополии не только слушала радиосигнал, но и взяла под наблюдение Адама Хэллана, его пилота и второго пилота. Утром Тони и Одетта присоединились к группе, наблюдавшей за домом Адама Хэллана.
Тони добилась того, что стоявшая перед ней главная цель была выполнена. Образцы смертельного вируса вернулись в «Кремль», в ЛБЗ-4. Но кроме того, она надеялась схватить людей, повинных в пережитом ею кошмаре. Она жаждала справедливости.
Сегодня Хэллан устроил у себя ленч, и в доме побывали пятьдесят дорого одетых персон всех возрастов и национальностей. Один из гостей отбыл с флакончиком из-под духов. Тони с Одеттой и ее командой проследили за радиосигналом до района Бэйсуотер, а потом весь день держали под наблюдением меблированные комнаты для студентов.
В семь часов вечера сигнал снова стал перемещаться.
Из дома вышла молодая женщина. При свете уличных фонарей Тони увидела, что у нее красивые черные волосы, густые и блестящие. У нее была сумка на ремне через плечо. Она подняла воротник пальто и пошла по тротуару. Детектив в джинсах и анораке вылез из бежевого «ровера» и последовал за ней.
— Я думаю, сейчас это произойдет, — сказала Тони. — Она заработает спреем.
— Я хочу это увидеть, — сказала Одетта. — Для передачи дела в суд мне необходимы свидетели попытки совершить убийство.
Тони и Одетта потеряли из виду молодую женщину, когда она свернула в метро. Радиосигнал звучал слабее по мере того, как женщина спускалась под землю. Какое-то время он поступал с одного места, а потом начал перемещаться, — по всей вероятности, женщина села в поезд. Они следили за слабым сигналом, опасаясь, как бы он совсем не исчез, и тогда детектив в анораке не сможет идти по следу женщины. Однако она вышла на площади Пиккадилли — детектив по-прежнему шел за ней. Они на минуту потеряли возможность ее видеть, так как она свернула на улицу с односторонним движением; затем детектив позвонил Одетте по мобильнику и сообщил, что женщина вошла в театр.
Тони сказала:
— Вот где она пустит в ход спрей.
Полицейские машины без опознавательных знаков подъехали к театру. Одетта и Тони вошли внутрь вместе с двумя мужчинами из второй машины. Шоу — рассказ о привидениях в сопровождении музыки и песен — пользовалось популярностью у приезжих американцев. Девушка с красивыми волосами стояла в очереди за заказанными билетами.
Дожидаясь, когда подойдет ее очередь, она достала из сумки флакончик из-под духов. И вполне естественным движением быстро опрыскала себе голову и плечи. Окружавшие ее театралы не обратили на это никакого внимания. Наверняка хочет, чтобы от нее хорошо пахло, когда она встретится со своим мужчиной, подумали они, если вообще что-либо подумали. Такие красивые волосы должны хорошо пахнуть. То, что духи не пахли, никто не заметил.