Если бы Брана волновали такие вещи, то он бы невольно усмехнулся. Старк Винтерфельский и Риды, наследники лорда Перешейка, одеты и выглядят хуже самых последних разбойников.
Снаружи их охранял упырь по имени Холодные Руки. Он не пил, не ел, и даже не дышал и неизвестно чем занимался все это время. Именно он встретил их около Стены и проводил далеко на Север, до самого жилища Трехглазого Ворона.
Еще в дороге они поняли, что Холодные Руки не желает им зла, но кто он и что ему, в конечном счете, надо, они так и не узнали.
Дети Леса успокоили их, сказав, что он не причинит им вреда, а другие ожившие мертвецы ничего ему не сделают.
По ночам, когда друзья засыпали, а Ворон погружался в дрему, Бран любил выходить наружу и стоять на холме под сенью чардрева. Иногда он проделывал это в теле Лето, иногда в виде духа. Он поднимал голову к небесам и часами зачарованно смотрел, как по небу ходят звезды. Здесь, в студеном и прозрачном воздухе, они выглядели такими яркими и такими близкими, что казалось, протяни руку, и ты сможешь их взять. А невероятные северные сияния напоминали огромные полотнища, сотканные из зеленых и синих цветов, раскинувшихся на весь мир.
В последние дни Трехглазый Ворон стал все чаще ворчать и упоминать о еще каком-то древовидце, способном ходить сквозь «зелень». Самого Ворона это заставило задуматься и искать ответы на новые вопросы.
Бран встретился с неизвестным колдуном около пещеры, в которой они все проживали. К тому времени их холм с чардревом со всех сторон окружили ожившие мертвецы. Они просто стояли и чего-то ждали.
Его это заинтересовало. Поначалу мертвецы сильно пугали. Очень быстро Бран понял, что они не могут ему навредить и даже не видят, как он ходит среди них. Он попытался понять, кто же они такие и что им нужно.
Их здесь собралось больше тысячи. Они просто стояли – умершие мужчины и женщины, вялые и сонные. Он шел сквозь их ряды и не чувствовал опасности.
А потом он почувствовал, что его схватили за руку, успел оглянуться и увидеть ярость Иного и уже в следующий момент таинственный незнакомец вместе с ним очутился около Красного Замка – Бран хорошо изучил это место в «зелени».
Он сразу узнал этого человека – перед ним находился король Джоффри, тот, что когда-то приезжал в Винтерфелл.
Та беседа прошла очень необычно. Он кое-что узнал, и у него появились вопросы.
Джоффри сумел его озадачить. А его упоминание о том, что он не прежний Джоффри заставили искать ответы у Трехглазого Ворона.
– Это многое объясняет, – тихо ответил его учитель, когда он приказал Ходору принести себя поближе к древовидцу. – Я так и не нашел ответа, почему он так поменялся, но твои слова разогнали туман.
– Значит, это не Джоффри? – спросила Мира, которая присела на большой камень недалеко от них и принялась перевязывать свою латаную-перелатанную сеть. Бран не видел смысла что-то от них скрывать и Риды могли спокойно слушать все то, о чем они беседовали с Вороном после возвращений из «зелени».
– Торопиться с выводами не будем, но, объяснение, что это кто-то другой, весьма интересно, – задумчиво произнес Ворон. – Мне надо кое-что проверить, – он оглядел их всех и закрыл глаза, погружаясь в «зелень».
– Что ему нужно, Бран? – Мира повернулась к Старку.
– Не знаю, ничего особого. Он предостерег меня, чтобы я не позволял Иным касаться себя в «зелени». Также мы немного поговорили про моих сестер. Вот и всё.
– Я видел его в своих снах, – негромко произнес молчавший все это время Жойен.
– И что ты видел? – заинтересовался Бран.
– Странного человека, который не был ни львом, ни драконом, но походил на них обоих. Он может быть добрым, как лучший друг, а может быть холодным и жестким, как вековой лед. И он не враг нам. Во всяком случае, пока.
Бран кивнул, но не очень уверенно – слова Жойена ничего не прояснили. Но зато ему никто не мешал проверить слова самого Джоффри.
И Бран вновь нырнул в «зелень». Он посмотрел на своих сестер, Сансу и Арью и проверил, как с ними обращаются в Красном замке. Здесь Джоффри не врал.
Он посмотрел на его молодого дракона, но тот словно почувствовал чужое внимание, безошибочно повернул голову в то место, где стоял Бран, и, казалось, готов плюнуть огнем. Бран посчитал мудрым не рисковать лишний раз и покинул столицу.
Ночное нападение трех драконов на Красный замок заставило его почувствовать давно задремавшее чувство мести. Это было прекрасно, но спустя некоторое время он почувствовал, что происходящее – неправильно. Драконы не должны так бессмысленно гибнуть, когда на Севере пробудилось Зло.
Бран проследил, как ранее его сестра Арья убежала из Красного замка. Он видел, как она добралась до Чаячего города, как колеблется, выбирая и решая, что же ей делать дальше.
Что-то внутри Брана знало, что ей ни в коем случае не стоит плыть в Браавос. Он не мог это четко сформулировать – то твердое понимание, что присутствовало у него внутри, но он твердо знал – ничем хорошим такое путешествие для Арьи не закончится.
Он видел, как сестра три раза подбрасывала монету, и наблюдал, как она села на корабль и отправилась в Браавос. Все это время он стоял рядом, на расстоянии руки и пытался «докричаться» до нее, делая одну попытку за одной в желании остановить. Он попробовал проникнуть в тело капитана судна или кого-то из моряков, но и в этом не преуспел. Живые и здоровые люди не поддавались его магии и воле. В такие моменты, ощущая собственное бессилие, он ненавидел эту «зелень». Она позволяла увидеть столь многое, но не давала ни одного шанса как-то повлиять на события. И это было хуже всего.
Временами ему казалось, что Арья все же слышит его – она странным взглядом смотрела на облака, волны и поймавшие ветер паруса. «Одумайся, остановись, вернись», кричал ей брат, но она ничего не слышала. Временами ему казалось, что сестра почти готова услышать, она словно что-то чувствовала, но очень слабо и не могла ничего понять…
Где-то в море его выбросило из «зелени». Бран уже сталкивался с таким явлением. Трехглазый Ворон объяснил, в чем тут дело – у древовидцев нет силы в Эссосе, и они не могут наблюдать, что там происходит.
Бран потерял Арью из вида и через десять дней вдруг понял, что она умерла и что ее больше нет в этом мире. Знание пришло как вспышка света – яркое, не оставляющее никаких сомнений. Он сразу поверил в его истинность. Да и Лето неожиданно поднял голову и завыл.
Так он потерял сестру и тихая грусть заполнила его сердце… Оказывается, не все чувства он прожил. Что-то оставалось и продолжало жить в глубине души.
С Джоффри он встречался еще два раза, но их самая значимая беседа состоялась буквально на днях, в присутствии Трехглазаго Ворона.
Бран и его наставник стояли на продуваемом ветрами северном холме. Позади, очень далеко, над землей поднимался полый холм с чардревом – их место жительства. Даже отсюда можно было разглядеть темную толпу оживших мертвецов.
Напротив, на расстоянии трех шагов стоял король Джоффри. Он выглядел спокойным и слегка заинтересованным.
– Бран рассказал мне о тебе, – тихо проговорил Трехглазый Ворон. – Теперь я многое знаю, и многое сумел понять. Что же тебе нужно?
– И я знаю про тебя все необходимое, Бринден Риверс, незаконнорожденный сын короля Эйгона, чернокнижник, оборотень и десница двух королей, бывший лорд-командующий Ночного Дозора.
Бран перевел взгляд на своего наставника. Ворон практически ничего не говорил про свое прошлое, но из его намеков парень почему-то думал, что старику очень много лет и что он чуть ли не ровесник Стены. Ворон казался таким древним, таким старым и настолько вросшим в корни, что Бран считал, что так было всегда. Он даже не пытался отыскать его в прошлом.
– Это все уже не важно, – усмехнулся Трехглазый Ворон. Он выглядел совершенно бесстрастно, словно так, что сказанное его никак не задело, но Бран чувствовал, что это далеко от правды. – Но ты не ответил на вопрос о своих целях.
– Бывший десница должен иметь представления о королевских целях, – их собеседник качнул головой. – Но я не хочу играть в загадки. Мое предназначение – победить Иного. Думаю, вы оба видели, как из столицы выступили многочисленные отряды и уже достигли Стены. Мы хотим покончить с этим.
– Неужели? – удивился Ворон. – И зачем это вам нужно?
– Иной представляет угрозу всем живым. Я хотел спросить – ты и Бран, может вы поможете нам всем?
– И зачем нам это делать? – поинтересовался Ворон.
– Забавный вопрос… Ты насылал людям видения, в которых пытался предупредить, что настоящая угроза находится за Стеной. И что именно с ней надо бороться. Разве это не твоя цель – покончить с Иным?
– Возможно.
– Странно, что именно сейчас ты стал темнить, – Джоффри повернулся в его сторону. – Бран, ты знаешь, что Бринден Риверс хочет сделать тебя своим преемником? Что он хочет оставить тебя в корнях чардрева на долгие-долгие века? Ты готов принять такую судьбу?
Молчавший все это время Бран перевел взгляд с короля на наставника. В его глазах появился вопрос.
– Наши дела с Браном – лишь наши дела. Посторонних они не касаются, – резко отрезал Ворон. В скрипучем голосе слышалось раздражение. – Говори, что конкретно ты хочешь от нас получить?
– Помогите нам победить Иного. Взамен ты сможешь спокойно дожить свой век – каким бы длинным или коротким он ни оказался. А Бран и его друзья получат возможность вернуться в Винтефелл. И я расскажу Джону Сноу о Бране и том, где он находится. Согласись, Бринден, это весьма эгоистично, заставлять столь молодых людей скрашивать твою старость и скуку. Тем более, Старк никуда не денется, ты и в Винтерфелле сможешь продолжать его обучение.
– Допустим, ты меня заинтересовал, – кивнул Бринден. – Но как именно мы можем всем нам помочь?
– Это я не знаю, – Джоффри пожал плечами. – Но что-то мне подсказывает, что вы найдете способ как-то нейтрализовать Иного, сумеете сделать так, что он частично потеряет силы, что-то не увидит или сделаете что-то похожее.