и помереть от испуга прямо там, в Башне Десницы, где проходило расследование.
Откровенно говоря, в причастность Пицеля мне не верилось. А после того, как нашли склянку и тем паче. Все это напоминало обыкновенную подставу. Но кто-то умудрился провести все так нагло, что люди начали ей верить?
На мой взгляд, ситуация с Тирионом в каноне повторялась. Но теперь кто-то, весьма хитрый, подставил самого великого мейстера.
Начали искать виновных. Сначала взялись за моих стюардов – оба парня выглядели так, словно их вот-вот в гроб положат. Оба белые, как бумага, взволнованные и испуганные.
Я их не осуждал – будь я на их месте, и видя, какие взгляды на них кидает Серсея и Тайвин, я бы сам в штаны напрудил.
В число подозреваемых попали и братья Ормы. Герольд не всегда был на виду, а что касается Гарольда, так там всё еще хуже. Он весь день находился в городе, но о том знал лишь я один.
Серсея продолжала утверждать, что всё организовал Бес. Сейчас, к вечеру, в число его сообщников, по утверждению королевы, попала и Санса.
Никто не знал, как кувшин с водой появился в наших покоях. Бракс и Лидден клялись всеми богами, что они этого не делали. Ормы, также как и Тирион, полностью отрицали свою причастность.
При таком огромном количестве подозреваемых найти что-то существенное не представлялось возможным.
Варис обещал за ночь опросить всех своих «пташек» и постараться выяснить по минутам, что делал каждый из подозреваемых.
В тот вечер Маргери выглядела задумчивой и расстроенной. Обнявшись, мы долго лежали молча.
– Джофф, кому же мы помешали? – в голосе жены слышалось не только разочарование в людях, но и угроза.
Маргери ни на миг не была наивной дурочкой. Она понимала, что все непросто. Но одно дело – абстрактно знать, что есть те, кто тебя не любит, и совсем другое столкнуться с попыткой тебя убрать. И этот удар застал ее врасплох, так как пришелся на тот момент, когда всё начало налаживаться.
– Все позади, – прошептал я.
– Кто же это может быть?
– Много кто, – уклончиво ответил я. Подозрений у меня хватало, но называть конкретные имена была бы слишком рано. – Пообещай мне одну вещь!
– Да, конечно.
– Будь осторожна, очень осторожна.
– Я буду, – она решительно сжала губы.
– Я заведу нового чашника. Заведи и ты. Ведь ты часто сидишь со своими подругами, и тебя могут постараться там достать.
– Заведу, обязательно заведу. Но ты что, думаешь, что будут и другие попытки?
– Да. Не знаю когда, но мы должны быть готовы, – я крепко обнял ее. – Помни, это серьезные люди, и если мы их не найдем, на полдороги они не остановятся!
Через некоторое время жена уснула. Я лежал на спине и перебирал известные мне факты. Получалось, что кувшин поставили на стол в тот момент, когда в помещении никого не было. Здесь мне пришла в голову одна неожиданная мысль – а с чего это мы все решили, что кувшин с водой принесли обычным путем, через дверь? При строительстве Красного замка, Таргариены понаделали в нем кучу тайных ходов. Может ли быть так, что они есть и в моих покоях? И что кто-то проник именно через один из таких ходов?
Пораскинув головой, я пришел к кое-каким выводам и утром обратился к Джекобу Лиддену:
– Джек, вот тебе задача – найди искусных каменщиков и приведи их сюда.
– Каменщиков? – стюард недоуменно моргнул.
– Ага.
– Хорошо, ваше величество, я найду их.
Несколько человек принялись осматривать мои покои. Они простукивали стены, обследовали потолки, полы и окна. Через несколько часов их усилия принесли свои плоды. В примыкающем к стене камине, за очагом, обнаружился узкий шов, похожий на закрытую дверь.
Эту дверцу так и не удалось открыть обычным способом, и каменщики прибегли к помощи ломов, кирок и грубого инструмента.
Дверцу в камине открыли и она, словно маленький камешек, вызвала целую лавину событий.
То, что они обнаружили, буквально ошеломило всех нас. Ход из моих покоев вел в узкую галерею, которая пронизывала весь этаж. От нее во все стороны, вверх и вниз отходили ответвления и развилки – это была огромная сеть, через которую можно было попасть практически в любое место замка – к покоям десницы, лорда-командующего, Серсеи, Мейса Тирелла, Оберина и других, менее значимых людей. Во многих местах в этих коридорах имелись слуховые окна, а в некоторых, как ко мне, имелся проход.
Масла в огонь подлил тот факт, что по отсутствию пыли на полу, было ясно, что этими ходами с завидной периодичностью кто-то пользуется. Словами трудно передать, что началось!
И тут на свету волей-неволей появилась фигура мастера над шептунами, лорда Вариса.
Когда я, Тайвин и Киван сознали данный факт, и кто может за ним стоять, мы немедленно вызвали Джейме и приказали арестовать Паука.
Варис и пикнуть не успел, как оказался под стражей. Не давая опомниться, гвардейцы доставили его в Башню Десницы, и мы начали задавать ему вопросы:
– Вы знали об этих ходах, лорд Варис? – совершенно спокойно спросил его Тайвин.
Евнух замешкался. Ему совсем не хотелось говорить, но все же пришлось:
– Лишь о тех, что расположены внизу, около камер и моих покоев.
– Значит о том, что они могут вести к покоям короля, вы ничего не знаете? – спросил я.
Варис отрицательно кивнул головой, хорошо понимая, что таким ответом он еще глубже роет себе яму.
– Что же вы за мастер над шептунами, если ничего не знаете про замок и эти ходы? – задал я логичный вопрос. – Вам известно, кто ими пользуется?
Мастер над шептунами вновь отрицательно качнул головой.
– Ваше преступление пока не доказано, – Тайвин присоединился ко мне. – Но уже доказана ваша некомпетентность.
Дальнейшие вопросы ни к чему не привели. Варис держался уверенно и твердо, но ни в чем не сознавался и твердил одно и то же – ничего не знаю, в попытке убийства короля участия не принимал.
Паука увели в камеру.
Я был рад, что все так повернулось. Из канона я помнил про эти ходы, но в сутолоке событий и калейдоскопе мелькающих лиц, как-то про них забыл. И очень удачно получилось, что теперь не только эти ходы вскрылись, но и Паук здесь засветился.
Варис, как и Оберин, всегда внушал мне огромные опасения. Но Оберина покалечили. Он отказался от королевской помощи, пользуется услугами собственного мейстера, и по слухам, его жизни ничего не угрожает. Но вот сможет ли он стать тем воином, каким был до поединка с Горой? Здесь ничего не ясно, а сам Мартелл и его мейстер не спешили открывать карт.
Оберин, я надеялся, на некоторое время успокоится. А вот Варис никуда не делся. И его фигуру я оценивал как исключительно зловредную. Но мои опасения – это лишь мои опасения. Для всех остальных мастер над шептунами неприятная, но весьма полезная фигура. И если я без повода отстранил бы его от должности, или заключил в тюрьму, то такое действие весьма худо отразится на авторитете короля. Что я скажу деснице и членам совета? Чем бы аргументировал свои действия? Простыми подозрениями?
Возможно, я все усложняю и веду себя очень глупо, но в моем понимании король так и должен действовать. Если, конечно он не хочет прослыть самодуром и безумцем – как кое-кто из Таргариенов.
И вот повод для смещения Вариса нашелся.
Правда, для этого потребовалось, чтобы смерть прошла очень близко от меня и Маргери.
Меня волновало спокойствие Вариса, когда он отвечал на все вопросы. И меня нервировало, что такую крупную рыбу тяжело удержать в руках. Но для того, чтобы отрубить Варису голову, а это, безусловно, самый желательный итог, следовало хотя бы показать видимость расследования. А это один или два дня.
Единственное, что я мог сделать в открытую – это положиться на Джейме и Золотых плащей – они должны были охранять Вариса до завтрашнего утра. Но у меня есть идеи, как можно подстраховаться…
Утро не принесло радости – Варис сумел убежать из камеры. Охраняющий его сир Борос, а также два Золотых плаща оказались убиты.
Вот так вот просто – побег из камеры и убийство гвардейца и стражников. Для многих это стало настоящим шоком, но в глубине души я понимал, что Варис слишком серьезен, чтобы быть пойманным.
Его поиски ничего не дали. Да и кто бы сомневался, что он сумеет уйти от расплаты? Впрочем, всё это лишь легенда для остальных людей. Правду знаю лишь я, Гарольд и еще один человек… Орм пришел ко мне и доложил, что на самом деле случилось с Пауком и чем закончилась эта история. Но люди ее не узнают. Так и должно быть, ведь и для таких целей создана служба Охраны Короны! И в то утро была проведена первая важнейшая операция…
Как бы там ни было, теперь перед нами всеми неожиданно встал вопрос не только как найти Вариса (а я продолжал делать вид, что его необходимо искать), но и кем его заменить? И вопрос этот поднял новую волну взаимных игр, намеков и попыток склонить в ту или иную сторону.
Мейс Тирелл хотел получить благодарность от короля за прощенный долг и назначить на место Вариса свою мать – леди Оленну. И он, и Маргери имели со мной беседу и просили обдумать данную кандидатуру. Данный вариант выглядел откровенно пугающим – давать власть такой опасной старушке явно не лучшая идея.
Серсея безапелляционно заявила, что на эту должность у нее есть подходящий человек – Ортон Мерревизер, муж леди Тейны. И его связи в Вестеросе и Эссосе послужат на пользу всему королевству. Про этого человека я вообще ничего не знал.
Тайвин и Киван однозначной кандидатуры не видели.
У меня в запасе имелось два варианта – и оба, по различным причинам, не подходили.
Первый – Тирион. Дядя бы быстро разобрался, что к чему и был бы прекрасным мастером над шептунами. С его-то умом и смекалкой эта должность словно под него создана. Но сейчас он мастер над монетой, и его расследование о махинациях Мизинца все еще не закончено. Тем более, он и на должности мастера над монетой очень хорош. Да и кем его заменить?
Вторая кандидатура – Квиберн. Собственно говоря, я знал, что у него что-то получится лишь из канона. Да, наверное, он бы был неплохим мастером над шептунами. Сейчас Квиберн не сблизился с Серсеей, и не стал ее человеком. И его кандидатуру королева не предложила. Для меня это выглядело весьма перспективно. И все же, несмотря на наши вроде бы хорошие отношения, я до конца еще ему не доверял. Да и как отдавать одну из ключевых ролей в государстве малознакомому человеку? Тем более, сейчас он занят – после поединка с Оберином я удовлетворил его просьбу и отдал тело Клигана для экспериментов.