Сир Осмунд Кеттлблэк был высоким, сильным и свирепым рыцарем. Пожалуй, на этом весь список его достоинств и заканчивался, если не считать того, что он безумно предан Серсее. Он служил наемником в отряде Славных Кавалеров где-то в Вольных городах и там, неизвестно за какие подвиги и непонятно кто даровал ему рыцарство. Еще у него полностью отсутствовали моральные принципы, но зато имелось два брата, которые также верно, как и он, служили его сестре. Причем, все трое были откровенно «мутными» и непроверенными типами, что совсем не устраивало Джейме.
Приветливый и учтивый рыцарь Арис Окхарт в настоящий момент находился в Дорне, где охранял принцессу Мирцеллу. Джейме знал, что этот человек не лишен достоинства и чувства справедливости. Он даже нашел мужество критиковать короля Джоффри, когда тот приказывал ему бить Сансу Старк. Но опять таки, сир Арис находился черти где, и Джейме знал про него слишком мало.
Сир Меррин Трант – вот еще один человек, назначенный королем Робертом. На взгляд Джейме он был слишком жесток, слишком хитер и слишком мелочен. Его взгляд отдавал теплотой не более, чем взгляд змеи, перед тем, как та заглатывает пойманную добычу. Ему очень нравилось по приказу Джоффри избивать Сансу Старк, и он откровенно глумился, когда сира Баристана Селми прогоняли из рядов гвардейцев. Ходили слухи, что его возбуждают лишь совсем молоденькие девочки, а драл он их так, что бедняжек потом относили к мейстерам – тайно конечно. «Чертов извращенец!» – Джейме мысленно сплюнул.
Сир Бейлон Сванн был отважен, честен и вежлив. Он очень хорошо проявил себя в битве при Черноводной, великолепно обращался с луком и булавой, очень уверенно с копьем и чуть хуже с мечом. Он происходил из славного рода, но его отец, лорд Джулиан Сванн – хитрый и беспринципный ублюдок, легко меняющий того, кому он служил. После смерти короля Роберта он отправил сыновей служить разным претендентам на Железный трон, а сам все это время просидел за стенами собственного замка, сославшись на нездоровье. Во всем этом Джейме больше всего не нравилось то, что он не был уверен в преданности сира Бейлона. Будет ли он служить королю Джоффри до самого конца, до последней капли крови или позабудет про свой долг, когда сочтет это выгодным?
Ну и последний – сир Лорас Тирелл, напоминал Джейме самого себя в юности. Этот юноша обладал такой же безграничной уверенностью в собственных силах и правоте, был таким же заносчивым, высокомерным и обидчивым. Правда, сам Джейме считал, что в таком возрасте он был куда искусней в воинском деле. Забавно, что сир Лорас придерживался диаметрально противоположного взгляда. Юный Тирелл был действительно хорош как воин, безупречен (не считая его сексуальных предпочтений), как рыцарь, хорош собой, учтив, а его гордость и принесенные клятвы могли гарантировать, что он никогда не откажется от своей службы.
Сам Джейме думал точно также, пока Безумный король не захотел поджечь столицу и всех ее жителей. Тогда он забыл слова священной клятвы и стал Цареубийцей.
Проблема в том, что и Джоффри постоянно заносило, и он мог в любой момент начудить. Поэтому, не исключено, что и сир Лорас, если появится серьезный повод, сможет повторить судьбу Цареубийцы.
Вот таким образом обстояли дела в Королевской гвардии. И вот такие люди не только охраняли молодого короля, но и по идее представляли цвет всего рыцарства Вестероса!
Впрочем, Джейме не баловал и самого себя. В глубине души он понимал, что после всех тех лордов-командующих и их великих деяний, описанных в Белой Книге, его «подвиги», вписанные четким, убористым почерком сира Барристана Селми, смотрятся весьма жалко и смешно.
Книга, трехсотлетнее, величайшее достояние Королевской Гвардии, лежала перед ним. Джейме вдруг отчетливо осознал, что он не хотел бы, чтобы следующие гвардейцы и другие люди запомнили его лишь по тем строкам, что уже написаны…
Он невесело вздохнул, допил вино в чаше, закрыл книгу и вернулся мыслями к более насущным вопросам.
Первым делом необходимо прибрать к рукам остальных рыцарей и внушить им надлежащее почтение. А еще было бы лучше, если от троих из них – Меррина, Осмунда и Бороса удалось бы избавиться.
Как жаль, что гвардейцы приносили пожизненную Клятву! Впрочем, Серсея на такие мелочи внимания не обращала, а значит, у него был шанс подчистить Королевскую Гвардию.
Кроме всего прочего, на плечи лорда-командующего ложилась очень важная и ответственная забота – обеспечение безопасности короля. О той головной боли, что она добавляла, можно и не говорить. Джейме необходимо проверять людей, досматривать комнаты и покои, которые посетит или планировал посетить король, смотреть за гостями и делать еще кучу различных вещей…
А еще ему необходимо найти партнера для тренировок. Такой человек мало того, что должен был быть искусным, так еще и не болтливым – а с этим уже сложнее. Возможно, сир Аддам неплохо подойдет к подобной роли, но он, в силу своей должности, слишком заметен и занят.
Джейме встал, поправил перевязь с мечом, одернул великолепный, белоснежный плащ и отправился выполнять свои обязанности. Он прошелся по Красному замку инспектируя караулы и охрану, навестил Серсею и Тириона, проверил своих братьев по оружию, еще раз уточнил, как завтра будет проходить свадебная церемония, и постарался вникнуть в огромное количество столь важных мелочей.
В тот день, ближе к вечеру, Квиберн наконец-то доделал и принес ему то, что он так долго ждал – протез на руку.
– Как он сидит, не жмет? – спрашивал его Квиберн, бывший мейстер, пожилой и седой человек с отеческими манерами, доставая из сумки на поясе новую руку. Сначала он надел на культю чехол из мягкой, тщательно выделанной кожи, а уже потом «посадил» сам протез и зафиксировал его ремнями.
– Вроде неплохо, – Джейме взмахнул искусно сделанной из золота рукой. Если не приглядываться, то она могла сойти и за настоящую. Правда, ни меч, ни чашу держать не могла. – Она полностью золотая?
– Нет, сир, – Квиберн по своему обыкновению говорил тихо и вежливо. – Золото металл слишком мягкий для человека с вашим родом занятий и вашими привычками. Это позолоченная сталь.
– Так даже лучше, – Джейме поднес руку ближе к глазам. Да, сделана она весьма искусно, напоминая живую часть тела с пальцами, ногтями, фалангами и костяшками. Но рука имеет собственный вес, а к этому надо привыкать. Да и что с помощью нее можно делать? Лишь врезать, как кулаком, вот и все. – Мы говорили о возможности зафиксировать в ней меч или хотя бы держать поводья. Что с этим?
– Поводья держать вы сможете. Обратите внимания, как изогнуты пальцы. Правда, их легко выронить. Но думаю, что со временем некоторые навыки вы сможете приобрести.
– А что с мечом, щитом или кинжалом?
– Меч или кинжал вставить можно, надо будет лишь привязать их перед боем, – Квиберн достал из сумки дополнительные ремни и крепления. – Вот, сир, я приказал все сделать специально под вашу новую руку.
Увиденное Джейме понравилось. Не то что бы он пришел в восторг, но в его положении надо брать от жизни и то, что дают. Если вторая рука сможет хоть что-то держать, это будет просто замечательно. Хотя металлическая и негнущаяся кисть не шла ни в какое сравнение с живой и подвижной рукой, с сильными и ловкими пальцами.
Джейме еще раз взмахнул новой рукой, на миг нахмурился и все же решил, что эта вещь его устраивает.
Глава III. День
Немного придя в себя, я начал осматривать зал. Здесь стояли три больших стола. Первый – для короля, великих лордов и их родственников. За вторым столом расположились люди не такие знатные, а за третьим простые рыцари, представители менее значимых домов. Впрочем, такими они казались лишь в сравнению с высшей знатью. Так-то, у многих из них имелись собственные замки, отряды воинов разной численности и стабильный доход.
Все эти люди громко смеялись, славили королевский брак, не забывая при этом «налегать» на завтрак и периодически посматривая в сторону главных лиц.
За одним из столов, в окружении явно хорошо знакомых людей, уже сидел и выпивал сир Таллад. Я нахмурился – разве он не должен охранять своего короля?
По правую руку, через семь человек, находился Тирион Ланнистер и его жена, Санса. Тириона я узнал сразу – маленький человек с сильными руками, золотисто-светлыми волосами, шрамом на носу и глазами разного цвета – один зеленый, другой черный. Он смотрел цепко, очень внимательно, слегка иронично. В его глазах плясали черти, а на губах играла одновременно скучающая и язвительная улыбка.
Тирион на пустяки не разменивался, опустошая одну чашу с вином за другой. Впрочем, на его поведении это никоим образом не сказывалось – чувствовался многолетний опыт. Он почти сразу перехватил мой взгляд, и когда я ему кивнул, он с некоторой задержкой криво ухмыльнулся и отсалютовал мне чашей с вином. На пальцах сверкнули два массивных перстня.
За Тирионом расположилась Санса – очень изящная, утонченная леди с волосами цвета осенних листьев. Её кожа казалась тонкой, как фарфор, чистой и нежной. Тонкие брови безупречной формы подчеркивали блеск голубых глаз. Вся ее хорошо развитая, девичья фигура так и привлекала взгляды окружающих мужчин. Наверное, она многим казалась красивой. Но лично мне она не очень-то понравилась.
Санса держалась так ровно, словно ей в задницу вставили древко от алебарды. И даже сидя было видно, что она весьма рослая. Если она еще продолжит расти, то не один Тирион будет смотреть на неё снизу вверх. Девушка выглядела вежливой, умной… и никакой.
Понятное дело, последние события изрядно её подкосили. А придурок Джоффри оставил в душе и на теле глубокие раны. Тело-то заживет, а вот шрамы внутренние, наверное, не так легко вылечить. Вот поэтому она чем-то и напоминала красивую и неживую механическую куклу.
Санса смотрела на меня с холодным безразличием. Мне показалось, что в глубине ее красивых глаз застыло отвращение вперемешку со страхом.
Еще один человек, которого Джофф сделал врагом. Я вздохнул и вернулся к завтраку.