— Махнулись не глядя. — Почти что огрызнулся капитан. — На кое-что получше. Отчёт напишу — узнаешь, если не засекретят.
— Ладно, извини. — Дежурный примирительно хлопнул его по плечу. — Вы ж устали, небось, как черти, а я вас мариную на пороге… Проходите уже. О прибытии сам доложишься?
— Коменданту — да. Но пошлите вестового к сыскному агенту, к Агафьевой. Она же в городе?
— Да куда б она делась. — Фыркнул офицер караула. — Эти сыскари как репей, прицепятся куда — не избавишься, а уж чтоб сами пропадали…
— Вот и хорошо. Передай ей, что… ну, в общем, что мы здесь. И у нас всё в порядке. Она поймёт.
Дальнейшие свои действия Дронов представлял крайне смутно. До сих пор финальной точкой в этой истории для него был Пишпек — добраться туда с «трофеем», и всё завершится. Конец, финиш, победа. Но вот, он в Пишпеке. И? Не распускать же всех по домам прямо здесь… Поколебавшись немного, он скомандовал товарищам двигаться вперёд, по главной улице — сейчас такой же пустынной, как тракт. Миновав торговый ряд, где купцы как раз открывали лавки и начинали раскладывать товар, обменявшись приветствиями с одним из торговцев, они вышли к стоящей на холме цитадели. И там Николай, наконец, увидел знакомую стройную фигурку, быстрым шагом спускающуюся от ворот внутренней фортеции прямо им навстречу. Встав как вкопанный, он широко, глупо улыбнулся, не в силах отвести взгляда от приближающейся Насти.
Госпожа сыскной агент, конечно же, ни капли не изменилась, пока он отсутствовал — чего ещё можно было ожидать? Облачена в чёрные брюки, белую рубашку с отложным воротником и извечную коричневую курточку, волосы вновь стянуты в два длинных прямых хвоста, тонкие овальные очки поблескивают на солнце — именно по ним Дронов заметил её издалека, уловив отблески линзы краем глаза… Разве что в правой руке сыщица теперь сжимала чёрную трость с серебристым набалдашником — куда более тонкую и изящную, чем прежняя, вполне под стать хозяйке. И опиралась она на тросточку при ходьбе довольно тяжело, как заметил капитан. Значит, простреленное бедро ещё даёт о себе знать…
— Ну…, — Остановившись перед группой, замершей вместе с командиром, Настя упёрла трость в землю, сложила ладони на набалдашнике. Медленно обвела членов экспедиции взглядом, жутковато ухмыляясь. У человека, не знающего, что это нормальная её улыбка, наверняка возникли бы ассоциации с вождём кровожадных варваров, который озирает пленных врагов, думая, кого бы из них казнить первым. — Вас вроде больше было, когда уходили.
— Все живы-здоровы. — Всё ещё улыбаясь до ушей, сообщил Николай. — Потерь нет ни убитыми, ни увечными. Часть отряда за городом, сторожит кое-что ценное.
— Эт-то хорошо…, — Медленно проговорила девушка, переводя взгляд на носилки, которые казаки опустили на землю. Пальцем поправила очки, прищурилась, внимательно рассматривая раненого. — Он?
В отличие от Дронова, сыщица своими глазами видела пришельца до похищения, и должна бы была его узнать, однако раз уж она спросила, капитан ответил:
— Думаем, что он.
— Правильно думаете…, — Настя выдохнула, стукнула тросточкой по земле, и только тогда капитан понял, что всё это время она незаметно переводила дух после быстрой ходьбы, потому и говорила так странно. — Он самый…
Девушка вдруг шагнула вперёд, наклонилась, и легонько приобняла пискнувшую от неожиданности Александру за плечи, чмокнула её в макушку. Отступив, просто сказала:
— Молодец.
— Ты ещё не знаешь — насколько она молодец. — Николай оглянулся на спутников. Джантай и Черневой, не сговариваясь, закивали. — Но я тебе обязательно расскажу. Во всех подробностях.
— Только не сейчас. — Мотнула головой сыщица. — Сейчас вы все хорошенько помоетесь в бане и переоденетесь во всё свежее. А вот после этого — жду тебя и Сашу в своём кабинете. Кстати, ты не против, если я попрошу поселить нашего долгожданного гостя, — она указала глазами на пришельца, — у вас на первое время? Во избежание повторения, так сказать…
— У нас — в казармах, что ли? — Уточнил капитан.
— Ага. Ведь найдётся там какая-нибудь подсобка без окон и с одним входом?
— Найдётся, не изволь сомневаться.
— Вот и славно. Поместите его туда, приставите охрану, а медиков я пришлю. Ладно, буду ждать у себя. И чем скорее — тем лучше. — Настя сдвинула очки к кончику носа и подмигнула Николаю. — Не задерживайтесь.
— Всё слышали? — Спросил у отряда Дронов, глядя вслед удаляющейся девушке. С трудом верилось, что они расстались меньше месяца назад. Сейчас он был рад просто слышать её голос, смотреть, как она двигается, улыбается. Словно с их последней встречи миновали годы. Хотя приём мог бы быть и потеплее — определённо, Настя скучала по нему не так сильно, как он по ней. Впрочем, с его стороны глупо было ожидать…, — Следуем указаниями госпожи сыскного агента. Саша, ты можешь идти домой, проверить, как там твоя комната без тебя поживает. А мы — доставим гостя в казармы, устроим получше, организуем караул и отправимся смывать грязь дорог… Встретимся у Насти, хорошо?
— Хорошо. — Кивнула маленькая стажёрка, приглаживая разлохмаченные наставницей волосы. — Я… больше всего на свете сейчас хочу переодеться, и хотя бы десять минут полежать на свой кровати. Просто полежать…
— Отлично тебя понимаю. Ты это заслужила. — Согласился капитан, с улыбкой кладя руку ей на плечо. — И главное — теперь можешь себе позволить…
Когда Николай — отмытый до белизны и одетый в новенький, со склада, мундир без знаков различия — поднялся на третий этаж цивильной канцелярии и вошёл в знакомую дверь Настиного кабинета, Александра уже была там, и что-то сбивчиво рассказывала наставнице, часто при этом запинаясь. Шагнув через порог, мужчина сразу подметил, что кабинет за время его отсутствия изменился куда сильнее хозяйки. Дивана, который грозилась заказать себе раненая сыщица во время их последней беседы, не оказалось, зато стульев для гостей теперь было три — помимо того, на котором сидела Саша, ещё два стояли возле входа. У некогда запечатанной трубы появился приёмный терминал пневмопочты — массивный, в облупившейся позолоте. Стены украшали выцветший портрет прошлого, почившего уже императора Михаила III и пара незамысловатых городских пейзажей в стиле Шекльгрубера — кажется, они изображали Вену зимой и осенью. Наконец, возле вешалки появился высокий застеклённый шкафчик, на полках которого лежали странные мелкие предметы совершенно неясного назначения. В одном из них капитан с удивлением опознал серый кирпичик «мобильного телефона» — небольшой, умещающийся на ладони артефакт из иного мира, находка которого полтора года назад и привело офицера к знакомству с Анастасией Агафьевой. Дронов случайно подобрал во взятой русскими войсками хокандской крепости серую штуковину из непонятного материала, а потом помогал сыщице искать её владельца. Выходит, остальные диковинки в шкафу — тоже созданы под другим солнцем?…
Ещё один артефакт обнаружился на столе Агафьевой — слушая стажёрку, такое впечатление, вполуха, Настя с интересом разглядывала лежащую перед ней блестящую чёрную пластину «ноутбука». Николай уж и сам позабыл про эту вещицу, причинившую столько неприятностей отряду, а Саша, оказывается, умудрилась протащить её через все приключения и доставить наставнице.
— Настя, а это нормально, что у тебя тут музей культуры Зазеркалья в публичном доступе? — Прикрыв за собой створку, Дронов кивнул на шкафчик. — Ну, то есть, это вашим уставом разрешено?
— Нет, конечно. — Усмехнулась сыщица, облокотившись о столешницу и уткнувшись подбородком в сложенные ладони. — Однако мой кабинет, смею надеяться, в местах публичного доступа не числится, а улики эти из самых пустяковых… Люблю иногда вспоминать, какие невероятные истории с ними связаны. Ты же меня не сдашь начальству? — Она сделала приглашающий жест. — Можешь присесть, но это не обязательно.
— Почему вдруг? — Удивился Николай, опускаясь на ближний стул.
— Немного послушав Сашу, я убедилась, что дел вы наворотили — на новые похождения Геракла. — Настя откинулась назад с весьма довольным видом. — Посему намерена применить тактику раздельного допроса. Сейчас она мне всё как надо по протоколу доложит, с глазу на глаз, без твоих подсказок, потом я поработаю с бумагами, улажу формальности, и после шести вечера буду уже дома. Туда-то и приходи, выслушаю твой вариант истории. С меня яичница, понятное дело.
— Замётано. — Дронов со вздохом поднялся, одёргивая китель. — Но позволь тебе сразу сказать — за время операции Александра проявила себя наилучшим образом. И как сыскной агент, и… просто как хороший человек. Считай это моей официальной положительной рекомендаций, могу даже на бумагу записать, и подписью заверить.
— Николай Пе…, — Саша подскочила было, но тут же плюхнулась обратно на сиденье, не договорив. На щеках её выступил румянец.
— Ой, успокойся. Можешь не нахваливать. — Настя наклонила голову к плечу, блеснув очками. Улыбалась сыщица не разжимая губ, однако всё равно вышло зловеще. — Она вернулась без потерь и с добычей, да ещё сверх порученного принесла…, — Сыщица постучала по «ноутбуку» кончиками пальцев. — Этого достаточно. Я вполне верю, что львёнок вырос.
— Анастасия Егоровна! — Покраснев пуще прежнего, маленькая стажёрка развернулась к наставнице.
— Если меня до вечера не хватит апоплексический удар, или мне на голову не упадёт метеорит, то рекомендации на присвоение статуса сыскного агента у тебя в кармане. — Продолжила та. — Но подробности ваших похождений мне всё равно крайне интересны. По меньшей мере, мне бы хотелось узнать, чья это была идея — угнать военный дирижабль?
— Моя! — Хором ответили Саша и Николай, и тут же переглянулись — как испуганные первоклашки перед учителем. Дронов почувствовал себя глупее некуда.
— Ясно. — Настя прыснула в кулачок, тут же перестав смахивать на опереточного злодея. — Сообщники, значит. Ладно, притащили вы мне проблему, теперь она уже не ваша, расслабьтесь. После того, как Александру выслушаю — пойду к господину коменданту, озадачу его новостью, что мои подручные пиратством занялись, и сие скрыть надо. Вместе придумаем что-нибудь. Лишних людей пока посвящать не стоит, так что пусть солдаты, которые вместе с тобой прибыли, отдохнут немного, возьмут коней и едут обратно, сменять своих товарищей. Наладьте дежурства с участием только тех, кто уже в курсе.