Высшей наградой правящих духов леса является способность сливаться с деревьями. Дриады даруют ее лишь избранным друидам, доказавшим свою преданность лесу.
Эффекты: Позволяет сливаться с собственноручно выращенным деревом или растением. Происходит только объединение параметров здоровья.
Фемида посильнее закуталась в плащ охотницы и поправила спадающий балахон на Айзеке. Мой рыжий парик с длинными косами едва прикрывал отросшие седые локоны. Пришлось распустить косы, а свои волосы, смазав грязью, спрятать под париком. Перепачканное детское платье из дерюги, босые ноги, рыжие волосы и при этом весь в грязи. От меня отворачивались все, кто проходил мимо. Шел снег, под ногами была грязь, и пахло свежей едой из дорожных лавок. Поток людей медленно двигался, входя в Кхор через восточные ворота.
Все началось с патрулей. Верховые стражи провериля дороги, соединяющие Курзу с Кхором, в поисах меня и Фемиды. Несмотря на розыск, мы направились прямиком в Кхор. После событий у дерева стало понятно, что Леон начал крупномасштабную охоту. Ловушка у дерева говорит о том, что он уже установил связь между ЭлДжеем и Саджи, а значит, в Академии Магии меня тоже ждут. Несмотря на опасность, мы направились самой обычной дорогой. Когда мы подошли к воротам, стало ясно, что стражи порядка проверяют все пары, похожие на нас по описанию, и просят назвать свои имена. Это позволяет их однозначно идентифицировать. Всех остальных пропускают без разбору. Так и родился идея сменить нашу внешность настолько, насколько это возможно.
На Айзека нацепили балахон, и он стал походить на бедуина-гиганта. Фемида смогла купить у бродячего торговца набор доспехов лучницы и старое замызганое платье для меня. Помимо платья пришлось нацепить парик, а вместо грима использовать грязь. В таком виде нам удалось слиться с толпой местных и тихо войти в город. Один из стражников принял меня за попрошайку и отвесил подзатыльник, парик едва не слетел. Вмешалась Фемида, и стражник принял ее за парня, а потом долго извинялся.
Слендер давил на нервы. Я буквально чуял все его недовольство битвой на дереве. Этот гад как-то связан с тем оборотнем и теперь думает, как бы мне напакостить. Он скользил от тени к тени, не давая мне расслабиться. Иногда удавалось услышать крики напуганных горожан, которых он намеренно пугал. Возможно, его сила завязана на страхе, испытываемом перед ним. Эта идея пришла на ум по аналогии с Айзеком, сила которого зависела от носителя. Главной проблемой является то, что я не знаю, как от него отделаться. Он быстрее меня и может прятаться в любой тени. Моя телепортация и переход в астрал нисколько его не ограничивают. У него нет нужды в воздухе, еде, тепле. Идеальный шпион и неудобный враг.
Мы сразу отправились на рыночную площадь. Валил снег, под ногами хлюпала грязь, а до зари оставалось еще около часа. Местные уже начали торговлю свежими продуктами. Именно тут, в квартале бедняков, я чувствовал себя наиболее комфортно. Мои ясли были в деревне, где поход на рынок сам по себе был приключением. О такой роскоши, как рост уровней, я даже не думал. Все, что можно назвать моим нормальным детством, умещалось в три недели жизни. И самые приятные воспоминания это завтрак с родителями или ужин, когда отец приносил рыбу, а мама его хвалила. Местный рынок, с его запахами свежей деревенской еды, навевал приятные воспоминания. Именно поэтому я пришел сюда, а не в лавку торговца.
Набрав припасов на следующие пять дней, мы отправились к кузнецу за мечом для Фемиды. Город потихоньку просыпался, стали открываться лавки, а вместе с ними в городе начали появляться игроки, желавшие продать собранные лут.
Когда мы подошли к лавке кузнеца, было уже начало рабочего дня. Звон металла, памятная бабушка с предостережением и косой, и запах каленого железа, разлетающийся по всей улице. Все было именно так, как я помнил с прошлого раза.
У самой кузницы походка Фемиды сменилась, а в чат начала литься отборная брань. Айзек перехватил контроль и теперь шел в сторону барьера над кузницей впереди меня. Как описать человека одержимого идеей? Айзек шел, не обращая внимания на людей, подзатыльники, брань в чате и любые предостережения. К моему большому удивленью барьер не причинил им вреда. Бонусы от живого доспеха перекрывали аурный урон от проклятого металла.
Когда мы вошли в лавку, кузнец, осмотрев нас, сделал то, чего я никак не мог ожидать: легко кивнул живому доспеху со всем возможным уважением.
- Приветствую великого мастера.
- ... Айзек не ответил, лишь кивнул в ответ.
Кузнец вспомнил наше соглашение и оговоренную награду. Но работать он предложил не мне, а именно Айзеку. Так, словно, меня тут и не было. Мое сопротивление ментальному урону тут больше не котировалось, как нечто недостойное интереса или уважения.
Многие люди слышали о том, что бывает, когда встречаются два мастера своего дела. Но мало кто видел собственными глазами, что они могут сотворить. Они начали ковать один заказ за другим, один ведущий, другой ведомый. Вместо слов удары молота и жар от раскалённого металла. Бедняга Фемида была вынуждена терпеть этот рабский труд ради своего нового меча.
Первый перерыв сделали через восемнадцать часов ковки, когда Фемида сказала: "Вы все чокнутые, а я пошла спать". Матерый кузнец решил перекусить, а Айзек тихо сидел у барьера, ожидая, когда кузнец будет готов продолжить работу. Только тогда я понял, что он не устает ни морально, ни физически от процесса ковки метала. Такое встречается у людей, любящих свою работу.
Пока было время, сбегал на аукцион и отправил Аккароне бутылку лучшего вина, какое смог найти на аукционе. Создал котракт на его имя с пометкой
"Поздравляю с красивым дебютом в роли богоубийцы.
Кровавый Саджи "
Когда вернулся в кузницу, надел живой доспех и начал работать с проклятым металлом. Я помню это чувство одержимости работой. Именно его я испытывал в пустыне и Аду, когда ковал залог своего успеха. Каждый созданный предмет был омыт кровью сотен жертв и делал меня безумнее с каждым созданным предметом. Интересно, как далеко зашел Айзек? Как сильно он отдавался любимому делу? Доспех говорил о многом, но не обо всем.
Через трое суток кузнец упал прямо в кузнице. Когда начал его лечить, заметил у него с десяток дебафов от истощения. По мере лечения лицо приобретало привычный розовый оттенок, а бледность отступала. Фемида, сидевшая у барьера, ворчала, говоря: "Смотрите, до чего дедушку довели. Тебе что трупов мало?"
Когда дебафы снялись, мы с Айзеком отнесли его в дом при лавке и положили на кровать. Выходя из комнаты, я понял, что ноги у меня подкашиваются, и я вот-вот упаду от усталости. Я и сам не спал уже трое суток.
Сил хватило только на то, чтобы дойти до Фемиды и упасть рядом. Живой доспех сел рядом на корточки, словно смотрел на свою жертву. Он радовался, как ребенок, видящий свою новую игрушку. Радость, превосходство, удовольствие, счастье и веселье целая гамма эмоций счастья. ЭлДжей скользнул на край сознания, когда я начал проваливаться в дрему.
Айзек сидел на корточках и вертел в руках нож, внимательно смотря на то, как я погружаюсь в сон. Нож в руках замер, а чате появилось сообщение.
"Я тебе говорил, что такое... БЕЗУМИЕ..."
В город Курза прибыло несколько строительных бригад клана Золотая Рука. Император признал Леона и его подчиненных виновными в понесенном ущербе. Конечно, молодой бог мог надавить на императора, но тогда он рисковал потерять своих прихожан, поэтому решил склониться пред милостью императора и пойти у него на поводу. Так думали многие, но не сам Леон.
После разрушения Алтаря Безымянного Бога вся локация, что должна была перейти под власть дерева, была переименована в Лес Духов Тарга, в честь горной цепи, к которой прилегал город. Место потеряло статус алтаря, но его свойства сохранились. Животные по-прежнему приходили под крону полумертвого дерева и возносили свои дары. Игроки могли воскресить питомцев, но в сам ритуал воскрешения были внесены изменения. Больше не было окна интерфейса с подсказкой равноценности дара. Игрок вслепую закапывал дары и просил безымянного бога возродить питомца. Если этого не происходило, то значит, принесенной жертвы было недостаточно.
Полгорода попало в пределы действия Леса Духов, и теперь сутками куклы духов поднимались из под земли и возносились к небу. Воздух все время светился призрачным серебристым цветом. Место силы утратило свою могущество, став уникальной областью духов природы.
Дерево, служившее Алтарем Безымянному Богу, не погибло, несмотря на полученный урон. Неизвестный маг смог одной атакой разрезать его ствол от верхушки и до самой земли. Одна половина дерева погибла в момент убийства лича Саджи. После боя эта часть дерева окаменела и полностью лишилась своей листвы. Сейчас из нее торчали десять тел из окаменелой древесины. А вторая половина дерева смогла выжить и теперь укрывала своей кроной лишь половину поля. Между половинками была метровая щель, а древесина с обеих сторон была обугленной.
Клан Золотая Рука предложил продать всем желающим свои дома и переехать в более удобное для проживания место. За разрушенные здания была предложена двойная цена, и их владельцы быстро расставались со своим имуществом. Все были рады предложению, которое сделал клан Золотая Рука. И только Леон смотрел намного дальше.
Легендарный лес духов, место последней битвы Кровавого Саджи, Безымянный Алтарь. Уже на второй день в инфосети гуляли тысячи статей об этом месте. А это значит, что в скором времени можно будет выкачать баснословную прибыль. Даже Мерлен, услышав план, расплылся в улыбке. Леон мастерски создавал денежные потоки в любой ситуации. Даже проиграв битву, он старался выиграть войну.
"Теперь Сажди будет некуда вернуться".
Это была война, и Леон использовал любые доступные методы для победы. Даже Фемиде он предложил баснословное вознаграждение за помощь в поимке Саджи. Но девица лишь посмеялась над ним.