— Ваши высочества, — я почтительно склонил голову, — позвольте засвидетельствовать вам свое почтение. Извините, если помешал.
— Отнюдь не помешали, тирр Мердгрес! — срывающимся от волнения голосом отозвалась Элеонора. — Ланфер, вы не могли бы принести мне пунша? Что-то в горле так пересохло, — обратилась она к темному эльфу, явно желая его спровадить.
Тот чуть поджал губы, но кивнул.
— Разумеется, Элеонора.
Ланфер отошел, а между нами воцарилось неловкое молчание. Нарушать его пришлось мне, как инициатору разговора, хотя чувствовал себя не слишком комфортно.
— Я бы хотел извиниться за то, что сразу не сказал, кем являюсь. Но на то были причины.
— Какие же, Аллин? — тихо спросила девушка, не заморачиваясь официальным обращением.
Хороший признак. Значит, не сердится на меня.
— На тот момент я и правда думал, что больше не являюсь Мердгресом. Мы с отцом серьезно поссорились, — решил сказать ей правду, подсказывая, что это самая выигрышная тактика при общении с такой прямой и искренней девушкой. — Я был готов вести жизнь обычного торговца-артефактора и сам себя обеспечивать. Сами понимаете, в моей ситуации даже мысли не стоило допускать про общение с принцессой. Его могли неправильно истолковать.
— Но теперь ведь все иначе, не так ли?
Элеонора жадно вглядывалась в мое лицо, а ее поверхностные эмоции выдавали затаенную надежду. Похоже, подумала, что все это время я тоже был к ней неравнодушен. М-да, прямо неудобно обманывать… Впрочем, можно обойтись и без этого.
— Скажем так, я буду рад узнать вас получше, ваше высочество. Вы мне очень импонируете своим отношением к жизни и внутренними качествами. Мы могли бы теперь общаться с вами более свободно, чем раньше. Если, конечно, у вас все еще есть такое желание.
— В этом не сомневайтесь! — внутренне она чуть сникла, но все же была довольна тем, что я сам предложил общение. — Буду рада видеть вас в своей свите! Пойдемте, познакомлю со всеми уже в другом качестве.
Я церемонно кивнул.
Дальше принцесса меня уже практически не выпускала из своих цепких лапок. А на попытки девушек из ее окружения перетянуть мое внимание на себя реагировала достаточно красноречивыми взглядами. Думаю, только слепой не заметил, какие чувства испытывает ко мне Элеонора. Ланфер отчаянно пытался вернуть утраченные позиции, но куда там! Даже жалко было бедолагу. Впрочем, сомневаюсь, что у него к принцессе искренние чувства. Так что мы с ним в одном положении.
В конце концов, я настолько устал от всех этих светских игр, что решил дать себе передышку. Сказал, что хочу пойти и взять себе чего-нибудь перекусить. Отпустила меня Элеонора с трудом. М-да, представляю, если стану ее мужем! Это ж и вздохнуть нормально не даст! Или это она наверстывает упущенное, так сказать? Когда привыкнет к моему присутствию в своей жизни, уже не будет так назойливо себя вести? Надеюсь на это. Круглосуточно находиться при ее персоне, как любимый домашний питомец, я точно не намерен.
Глава 46
Закуски, выставленные на столах в соседнем зале, оказались очень даже недурственными. А во мне проснулся зверский аппетит. Так что отключил все посторонние мысли и стал дегустировать предложенное.
Разворачиваясь в сторону очередного стола, нос к носу столкнулся с женщиной, которую видеть не хотелось совершенно.
Мерла Ижена Квейлад, не к ночи будь помянута!
Женщина застыла, глядя на меня как кролик на удава. Она тоже явно не горела желанием со мной пересекаться, что четко читалось и во взгляде и в эмоциях.
— Какая встреча! — хмыкнул я. — Давно не виделись, мерла Квейлад!
Мысленно же добавил: век бы тебя не видеть и дальше.
— Тирр Мердгрес, — натянуто улыбнулась она. — Честно скажу, я вас ожидала здесь увидеть еще меньше. Тем более в таком качестве.
Похоже, она и раньше была среди гостей. Наверняка пережила немалое потрясение, когда меня представили в качестве сына Велдона Мердгреса. И предусмотрительно решила не показываться мне на глаза, надеясь, что обойдется. Потому я ее и не заметил в том зале. Но на ее беду, если что-то должно случиться, то этого не минуешь.
— Как поживаете, мерла? — завел я светскую беседу откровенно насмешливым тоном. — Два мерлства не жмут?
— Ничуть, — она фальшиво рассмеялась. — Я смогла правильно распорядиться своим имуществом.
— Маленькое уточнение: не совсем уж вашим, — я мстительно прищурился. — Помнится, замок Ордлин должен был быть разделен на нас двоих.
Вот, похоже, чего она так боялась! В эмоциях вспыхнула просто дикая смесь гнева и протеста. Опасается, что попытаюсь отжать у нее замок. Признаюсь, раньше мне это в голову не приходило. Но теперь возникло желание хоть как-то наказать эту паршивку за те неприятности, которые мне доставила. А особенно за то, что превратила Мелиссу в моего врага.
— Вы ведь отказались от своей доли, — хмуро произнесла Ижена, отбросив мнимую любезность. — А значит, я получила свое по праву.
— Положим, официально я ни от чего не отказывался, — возразил спокойно. — Можем оспорить это дело в суде, если так уж настроены.
— Смотрю, вы так лихо делите замок моих предков! — послышался рядом холодный голос.
Мы оба обернулись. Мелисса, внешне спокойная, но с горящими ненавистью глазами, переводила взгляд с меня на Ижену. А я мысленно выругался. Представать перед Мелиссой в таком вот качестве не хотелось совершенно. Наверняка ведь решит, что убил я ее брата, желая получить часть земельных владений, но Ижена меня тогда переиграла.
— Скорее, мне хочется получить хотя бы моральную компенсацию за то, во что втянула меня мерла Квейлад, — сухо отозвался я. — Сам по себе замок Ордлин мне не нужен. Или, полагаете, у Мердгресов своих недостаточно?
— Таким, как вы, всегда мало! Хочется большего, — презрительно возразила Мелисса. — Не зря ведь вас уже иначе как тирр-торгаш не называют!
Вот же удружил Эдмер! Похоже, это прозвище теперь от меня не отлипнет. Вон даже Мелисса, которая не присутствовала лично при моем разговоре с королем, уже знает об этом.
— Ну, как по мне, это лучше, чем бездумно вляпываться в неприятности из-за надуманных обид, — парировал я, не желая спокойно спускать оскорбления.
— Надуманных, значит?! — прошипела Мелисса.
А вокруг, между тем, уже начала собираться толпа, привлеченная намечающимся скандалом. Клоуном я быть не собирался, потому решил продолжить этот разговор где-нибудь подальше от чужих ушей. И прихватить с собой и Мелиссу, и Ижену, чтобы наконец-то выяснить все раз и навсегда. Вот только, когда огляделся, увидел, что смышленая Ижена успела слинять, воспользовавшись тем, что мое внимание переключилось на Мелиссу. Мысленно выругавшись, я ухватил девушку под локоток и повел в сторону выхода.
— Куда ты меня тащишь?! Немедленно отпусти! — процедила Мелисса, пытаясь вырваться.
— Не устраивай сцен на глазах у всех, — сквозь зубы отозвался, изображая невозмутимую улыбку. — И веди себя прилично.
— Мне вести себя прилично?! Да это ты ведешь себя недопустимо! — едва не задохнулась от возмущения девушка, но все же вырываться перестала. Тоже стала делать вид, что все в порядке, и мы просто прогуливаемся по залу.
Наконец, мы вышли из зала в какой-то коридор. Я затолкал Мелиссу в первую попавшуюся по дороге комнату и запер дверь. Только потом развернулся.
— А теперь поговорим, — холодно сказал. — Давай, наконец, раз и навсегда выясним, в чем твоя проблема.
— Это у тебя проблема, а не у меня! — зло бросила Мелисса. — Знай, что я найду способ тебе отомстить! Не знаю, пока, как именно, но точно найду!
— За что отомстить? Ты можешь внятно высказать мне свои претензии? — не ведясь на ее агрессию, продолжил холодно расспрашивать.
— Уже говорила тебе! Ты убил моего брата и оскорбил его память! Из-за тебя я лишилась всего! — выпалила она.
— Начнем по порядку. Приходилось ли твоему брату убивать кого-нибудь в честном поединке?
— Какое это имеет значение?
— Отвечай на вопрос. Если, конечно, хочешь поскорее уйти отсюда. Или тебе нравится находиться в моем обществе? — насмешливо добавил, рассчитывая, что это наверняка вызовет нужную реакцию.
И не прогадал! Заскрежетав зубами, Мелисса смерила меня ненавидящим взглядом и ответила:
— Да, моему брату случалось убивать кого-то в поединках.
— И что было дальше? Родственники убитых посчитали вас своими кровными врагами?
— Нет, но…
— Без «но». Я просто просил ответить на вопрос. Когда поединок проведен честно, ни у кого никаких претензий обычно не возникает. Иначе все дворяне Гренудии бы давно друг друга перебили. Понимаю, что так или иначе теплых чувств после убийства брата ты ко мне не испытываешь. Но записывать в кровники и преследовать, желая отомстить — это уже перебор, не находишь?
Щеки Мелиссы окрасились румянцем, и она поспешно отвернулась. Странная реакция. Еще и возникла она после моей фразы про теплые чувства. Кхм… Коснулся ее эмоций, но девушка уже опять стала себя накручивать и понять, что это только что было, не представлялось возможным.
— Теперь о так называемом оскорблении его памяти. О чем ты вообще толкуешь? — продолжил я разговор.
— Мерла Квейлад рассказала мне, как ты глумился над ним. Мол, ты разочарован его слабостью. Ожидал от поединка с оборотнем большего. Еще и вместо того, чтобы вернуть оружие и доспехи вместе с телом, как сделал бы благородный человек, забрал все себе. На войне такое поведение еще допускается. Но не в поединке чести. В таких случаях не принято обворовывать поверженного противника. Нужно вернуть тело семье так, как и подобает.
— Мерла Квейлад, значит? — иронично отозвался я. — Женщина, чьему слову можно верить безоговорочно? Ну, конечно, тогда ладно.
Мелисса заметно смутилась.
— Я понимаю, что она могла приврать что-то. Но меч моего брата был при тебе! Это как объяснишь?
— Все та же глубоко уважаемая тобой мерла Квейлад заявила, что если не возьму доспехи и оружие себе, она их сама заберет для продажи. По-твоему, нужно было оставить их ей? Тебе бы это понравилось больше?