– Хорошо, друзья, – ответил Кристофер Робин. – Только, чур, давайте займёмся этим завтра. А тем, кто выучил свой урок к сегодняшнему дню, думаю, не мешает его как следует ещё раз повторить, чтобы завтра ответить как следует. Итак, всего хорошего. Смотрите, не опаздывайте.
Все-все-все поднялись с мест и принялись вылезать из-за парт. При этом они обменивались впечатлениями относительно первого в их жизни настоящего урока. Тигра подошел к Винни-Пуху, крепко пожал ему лапу и сказал:
– Спасибо, Пух. Хорошие ты стихи про меня написал. А то в стихах этого, как его, Блейка я, честно говоря, ничего не понял. А у тебя всё как на ладони – просто и понятно: «Тигра – молодец!». Так что ещё раз огромное тебе тигриное спасибо.
– Да не за что, – почесал за плюшевым ухом Пух. – Стихотворение, которое читал Кристофер Робин, это и есть настоящее стихотворение. А я ведь ещё только учусь.
– Оно-то, может, и настоящее, – покачал головой Тигра, – но непонятное какое-то.
Тем временем всезнайки Сова и Кролик обменивались скептическими замечаниями.
– Не знаю, не знаю, – нахмурилась Сова. – Если Кристофер Робин так и будет дальше спрашивать по одному ученику в день, то, думаю, мы нескоро завершим процесс образования.
– Что «нескоро...»? – переспросил Кролик.
– Я говорю: нескоро мы школу закончим, – пояснила Сова.
– Действительно, – вздохнул Кролик. – Может быть, Кристоферу Робину стоило бы сделать два класса: один для тех, кто совсем ничего не знает, другой для тех, кто, как мы с тобой, всё-таки кое о чём имеет представление.
– Возможно, – вздохнула Сова, очень гордая тем, что и так умеет писать и даже расписываться. Правда, расписывалась она через букву «А», а не через букву «О», – САВА. Но на такие мелочи мудрая птица не привыкла обращать внимание.
Глава 9-я,в которой Все-все-все с помощью Кристофера Робина изучают географию, а Тигра считает, что расписываться и рычать – это примерно одно и то же
На следующий день Кристофер Робин по просьбе Крошки Ру вызвал к доске Тигру, которому было задано научиться писать своё имя. Без особой охоты Тигра взял в лапу мел и, высунув от усердия язык, принялся выписывать на доске огромные каракули. Он писал, потом стирал написанное тряпкой, снова писал, снова стирал... И в конце концов у него получилось вот что:
ТЫГРРРРРА!
– Ты уверен, что тебя именно так зовут? – с сомнением спросил Кристофер Робин.
– Конечно! – гордо ответил Тигра.
– А почему в твоём имени так много букв «Р»?
– Потому что мы, тигры, очень любим РРРРЫЧАТЬ!
– Как же, как же! Знаем, – хмыкнул Иа. – Почему-то наши местные ТЫГРРРРЫ больше всего любят рычать у меня над ухом.
– А почему ты поставил в конце своего имени восклицательный знак? – снова спросил Кристофер Робин.
– Я же сказал: мы, тигры, очень любим РРРРРРЫЧАТЬ!!! Да, пожалуй, ты прав, – восклицательных знаков действительно маловато.
Тигра приписал ещё несколько восклицательных знаков, и в итоге получилось вот что:
ТЫГРРРРРА!!!!!
– Понятно, – кивнул Кристофер Робин и задал ещё один вопрос: – А почему ты пишешь своё имя через «Ы», а не через «И»?
– Потому что РРРРРРЫЧАТЬ удобнее не через «И», а через «Ы», – резонно заметил Тигра.
– Что ж, – почесал затылок Кристофер Робин, – пожалуй, у меня больше нет к тебе вопросов, Тигра. Можешь садиться.
Тигра гордо проследовал на своё место. Как только он сел, Крошка Ру спросил у него громким шёпотом:
– Тигра, а какие буквы в твоём имени – «Р»?
– Те, которых много, – таким же громким шёпотом ответил Тигра.
– Кристофер Робин! А можно теперь я напишу своё имя? – вызвался Крошка Ру. Кенгурёнок понимал, что с такой замечательной шпаргалкой, в которой значилась половина его имени, пожалуй, стоит рискнуть.
– Да, пожалуйста, – кивнул Кристофер Робин. – Прошу к доске.
Крошка Ру смело вышел вперёд, взял в лапку мел и написал букву «Р», такую же большую, как в имени Тигры. Только вот первую букву он написал, а как писать вторую (то есть букву «У») – позабыл напрочь.
Крошка Ру повернулся к Тигре, и тот принялся показывать, как пишется буква «У» жестами. К сожалению, это не помогло, и Крошка Ру написал одну закорючку, потом другую, потом стёр их... И на доске, рядом с именем Тигры осталась лишь одинокая буква «Р».
И тут кенгурёнка осенило. Он поставил после буквы «Р» жирную точку, хитро посмотрел на Кристофера Робина и сказал:
– Это мой инцициал.
– Что-что? – не понял Кристофер Робин.
– Инцициал, – повторил Крошка Ру. – Это меня Сова научила: если после первой буквы имени поставить точку, то и писать остальные буквы необязательно. Это и называется «инцициал».
– Не «инцициал», а «инициал», – со вздохом поправил самоуверенного ученика Кристофер Робин. – В общем-то, ты прав, Ру, я и сам иногда так подписываюсь. Но это уместно тогда, когда имя очень длинное и написать его полностью не хватает времени. А в твоём имени всего две буквы, и времени у нас предостаточно. Может, всё-таки напишешь его полностью?
– Да нет, – беззаботно отозвался Крошка Ру, – хватит и инц... инициала.
– Ну хватит, так хватит, – ещё раз вздохнул Кристофер Робин. – Можешь садиться, Ру.
Честно говоря, мальчику и самому уже надоело быть учителем. Но он решил сдержать обещание и довести сегодняшний урок до конца.
– А теперь займёмся арифметикой, – сказал Кристофер Робин. – Пятачок, тебе было задано на дом решить задачу. Ты решил её?
– Да, – ответил поросёнок.
– Прошу к доске, – сказал мальчик.
Пятачок вышел вперёд и прочитал условие задачи, которое ему накануне продиктовал Кристофер Робин.
– У меня было двадцать пять желудей. Пять желудей я отдал Кролику, шесть желудей – Пуху, семь желудей – Иа. Сколько желудей у меня осталось?
– И сколько же их у тебя осталось? – спросил Кристофер Робин.
– Двадцать пять, – не задумываясь ответил Пятачок.
– Так-так-так, – покачал головой мальчик. – Ты, Пятачок, наверное, ничего не понял. Как у тебя может остаться двадцать пять желудей, если большую часть их ты отдал своим друзьям? Тебе что, жалко поделиться с ними?
– Нет, для друзей мне желудей не жалко, – ответил Пятачок. – Да вот только они (то есть друзья) их (то есть жёлуди) у меня не возьмут. Зачем им жёлуди? Пух ест мёд, Иа – чертополох, а Кролик... – тут Пятачок задумался, – нет, задача про Кролика и жёлуди – это неправильная задача. Лучше пусть это будет задача про меня, про Кролика и, скажем, про морковку. Морковку мы оба с ним едим. Правильно я говорю?
– Пятачок совершенно прав, – подтвердил Кролик. – Будет лучше, если ты, Кристофер Робин, сочинишь задачу про морковку или, скажем, про капусту.
– Да-да! – поддержал поросёнка Пух. – Нам с Пятачком делить нечего. Я кроме мёда (или, в крайнем случае, сгущённого молока) ничего не ем. При чём тут жёлуди?
– Действительно, странная задача, – сказал Иа. – Ослики-то желудей тоже не едят.
– Всё понятно, – вздохнул Кристофер Робин. – Садись, Пятачок. Будем считать, что уроки по письму и арифметике закончены. Но у нас ещё остался очень важный для всех нас урок – по географии. Ведь географию необходимо знать каждому путешественнику.
С этими словами Кристофер Робин поставил на стол большой глобус. Все-все-все с интересом уставились на эту необычную штуковину. Ничего подобного им прежде видеть не приходилось.
– Какой интересный мяч! – воскликнул Пятачок. – Мы что, теперь будем играть в футбол, как просил Тигра?
– Да нет, Пятачок, – ответил Кристофер Робин. – Это вовсе не мяч, а глобус. То есть уменьшенная модель земного шара.
– Это очень интересно! – оживился Пятачок. – По-моему, я что-то слышал о глобусах. На нём что, нарисован весь мир?
– В общем, да, – кивнул Кристофер Робин. – Посмотрите сюда, друзья. На глобусе обозначены все Части Света, все океаны и моря. Вот здесь, наверху глобуса, расположен Северный Полюс.
– Его мы уже открыли, – напомнил Винни-Пух.
– Да-да, – кивнул Кристофер Робин, – его мы уже открыли в прошлом году. А вот здесь, внизу глобуса, расположен Южный Полюс. Его нам ещё предстоит открыть.
– А где сейчас находимся мы? – спросил Кролик.
– Мы находимся в Англии, а Англия находится вот здесь, – и Кристофер Робин показал это самое место на глобусе.
– Ой-ой-ой! – покачал головой Пятачок. – До Северного Полюса куда ближе! А Южный, по-моему, очень далеко. Даже не знаю, как мы до него доберёмся.
– Ничего! – успокоил поросёнка Винни-Пух, который всё ещё чувствовал себя бесстрашным первооткрывателем Северного Полюса и был готов к открытию любых других Полюсов. – Как-нибудь доберёмся. У нас ведь целое лето впереди. Правда, Кристофер Робин?
– Правда, Пух.
– Тогда мы вполне успеем, – уверенно заявил Пух, помня, что на открытие Северного Полюса у них ушёл почти целый день.
Сова, которая считала себя самой умной из всех собравшихся и любила вникать во всякие детали, сказала:
– Помимо полюсов на глобусе, как я вижу, присутствуют и другие географические объекты. По-видимому, это и есть Части Света?
– Да, Сова, – кивнул Кристофер Робин. – Вот Азия; вот Африка; вот Северная, а вот и Южная Америка; вот Европа, где мы с вами сейчас находимся; вот Антарктида, куда мы скоро отправимся; а вот Австралия, откуда, кстати, родом все кенгуру.
– Вот это да! – оживился Крошка Ру. – Тогда, может быть, лучше отправимся в Австралию, чем в Антарктиду?
– Ну уж нет! – воспротивился Кролик. – Мало ли у кого и мало ли где родственники живут! Раз договорились открывать Южный Полюс, значит, нечего менять решение! А то Крошке Ру захочется в Австралию, Тигре – к родным в Африку, Иа – ещё куда-нибудь... И в результате от нашей экспедиции ничего не останется.
– Тигры в Африке не водятся, – поправил Кролика Кристофер Робин.
– Ну, значит, ко львам! – как ни в чём не бывало продолжал Кролик. – Ведь тигры и львы – родственники, правда?