Винни-Пух. Большое путешествие к южному полюсу — страница 4 из 26

– А я, между прочим, сегодня ещё не обедал.

– Ой! Что же ты молчишь, Кролик? – всплеснул копытцами Пятачок. – У меня дома как раз есть очень большая морковка. Если хочешь, я могу её тебе принести.

– Только одна? – разочарованно протянул Кролик.

– Да, одна. Но очень-очень большая, – заверил его Пятачок. – Тебе на обед её вполне хватит.

– Тогда неси! – решился Кролик. – Она у тебя, я надеюсь, не последняя?

– Вообще-то, я не очень люблю морковку, – мужественно заявил Пятачок (и это было не совсем правдой). – Мне больше по вкусу жёлуди. Подождите меня, я сейчас вернусь.

– Лично я никуда уходить не собираюсь, – строго сказал Кролик и многозначительно посмотрел на небо. Действительно, солнце сейчас находилось в самом зените, так что у Кролика были все основания сердиться на опаздывающих. – Ну что за народ! Что за народ!..

И Пятачок помчался за морковкой для Кролика. А Пух воспользовался возможностью, чтобы ещё немного порассуждать:

– Что касается Тигры, то ему вообще никакие часы не нужны, потому что он никогда ничего по часам не делает. Тигры, вообще, всегда поступают так, как им вздумается.

– А-ГРРРР-ОПП-ПШШШЦ! – раздался вдруг голос Тигры, и через мгновение на Пуховой опушке появился и он сам. – Винни-Пух, ты, похоже, что-то имеешь против тигров?

– Да, а в общем, нет, – пожал плечами Пух. – Просто я имел в виду, что вы, тигры, относитесь к семейству кошачьих, и поэтому неудивительно, что гуляете сами по себе.

– Это ты правильно подметил, – вздохнул Тигра. – Кенга меня за это всё время ругает. Но я даже не знаю, что мне с собой поделать. Терпеть не могу всякие там режимы, расписания и регламенты. А у Кенги дома с этим строго.

– Понятно, – сказал Кролик. – А всё-таки, где Кенга и Крошка Ру?

– Уже идут. Они, как всегда, отстали. – вздохнул Тигра. – Мы немножко опоздали, потому что Ру сегодня очень плохо ел суп.

– А я, между прочим, сегодня совсем не обедал, – ледяным тоном произнес Кролик. – И, между прочим, никуда не опоздал при этом.

– Совсем-совсем не обедал?! – изумился Тигра.

– Совсем-совсем, – с гордостью подтвердил Кролик.

– Ну, так сбегай пообедай, – посоветовал Тигра.

– Что значит сбегай?! – переспросил Кролик. – Между прочим, собрание назначено ровно на полдень.

– Ну и что, что назначено? – удивился Тигра. – Всё равно ещё почти никого нет. Сходил бы домой, съел что-нибудь, а мы бы тебя подождали. Пока ещё все соберутся!

– Ты, Тигра, несомненно, самый недисциплинированный из Всех-всех-всех, кто живёт в нашем лесу, – с осуждением сказал Кролик.

– Вот и Кенга так же считает, – вздохнул Тигра. – Она к тому же говорит, что если бы я ещё при этом не любил рыбий жир, то у меня вообще не было бы никаких полезных качеств.

– Совершенно верно, – подтвердила Кенга, появляясь на опушке. Она пришла на собрание прямо в фартуке, как стояла у плиты, а потом уговаривала крошку Ру, чтобы тот непременно съел ещё хотя бы ложечку такого полезного супа. – Самая большая польза от тебя, Тигра, в том, что ты служишь примером для Крошки Ру: показываешь, как следует пить рыбий жир.

– Ещё я могу охранять дом, – с гордостью напомнил Тигра.

– Ну да, конечно, – вздохнула Кенга, а про себя подумала: «Хотя, от кого тут охранять дом в этом уютном, безопасном лесу?»

А затем на Пухову опушку одновременно выбежали с разных сторон Крошка Ру и Пятачок. Оба они были примерно одного роста и одной комплекции и потому походили почти что на близнецов. Пятачок нёс большую морковку, предназначенную для Кролика, а Крошка Ру ничего ни для кого не нёс, но зато был ужасно рад всех видеть.

– Привет, Пух! Привет, Пятачок! Привет, Кролик! – радостно запищал Крошка Ру. – Привет, Тигра! Привет, мама!

– Вообще-то, мы с тобой минуту назад виделись, – удивилась Кенга. – С чего это тебе вздумалось снова здороваться?

– Какая разница, сколько раз здороваться, – возразил Крошка Ру. – Просто я очень рад видеть всех вас и потому решил пожелать каждому здоровья: кому-то в первый раз, кому-то во второй, кому-то в третий. По-моему, здоровья от этого только прибавится.

Пятачок подбежал к Кролику и протянул ему большую морковку. Тот принял подарок с благодарностью и сразу же начал с хрустом уплетать его. Все-все-все (те, кто уже пришел на Пухову опушку) обступили Кролика и принялись с интересом наблюдать за тем, как он обедает. Не то что бы это было очень интересное зрелище, просто заняться больше было нечем.

Тем временем на опушке появилась Сова, которая, увидев, что здесь происходит, недовольно проворчала:

– Меня пригласили сюда, сказав, что всем нам предстоит заслушать экстраординарное сообщение. А вместо этого нам предлагают самое обыкновенное зрелище – Кролик, поедающий морковку.

Кролик попытался было что-то объяснить в своё оправдание, но у него ничего не вышло. Ведь говорить с набитым ртом очень трудно. Тогда на выручку Кролику пришел Пятачок, который сказал Сове:

– Спокойно, Сова, никто не собирался тебя обманывать. Сейчас Кролик пообедает и всё нам расскажет, как и обещал.

– Любопытно, любопытно, – с сомнением в голосе произнесла Сова. – Кстати, кто-нибудь из вас имеет представление, о чём пойдет речь?

Разумеется, ни Пятачок, ни Пух, ни Кенга, ни Крошка Ру, ни тем более Тигра понятия не имели о том, что им предстоит услышать от Кролика. Но так как Кролик пользовался репутацией очень-очень серьёзного кролика, то все терпеливо ждали, пока он закончит обед.

Тем временем Пятачок вспомнил, какой вопрос занимал его сегодня с утра, и решил, что сейчас самое время задать его Кенге.

– Послушай, Кенга, – сказал Пятачок, – скажи мне честно: тебе бы хотелось, чтобы около твоего дома вдруг вырос могучий дуб?

– Дуб? – удивилась Кенга. – А почему он должен вырасти вдруг, ни с того ни с сего? К тому же, разве дубы сразу становятся большими и могучими?

– То есть я хотел сказать, – поправился Пятачок, – что сначала у твоего дома вырастет маленький дубок, который затем станет большим и могучим.

– Вот это другое дело, – кивнула Кенга. – А почему ты считаешь, что возле моего дома обязательно должен вырасти дуб? Дуб, конечно, не яблоня и не вишня, но тоже не так часто вырастает сам по себе.

– Потому что я собираюсь сам его посадить, – сказал Пятачок и смущенно опустил глаза. – Я надеюсь, ты не будешь против?

– Конечно, Кенга не будет против, – обрадовано воскликнул Тигра, вмешиваясь в разговор. – Она обязательно будет «за»! Представляете, как это будет здорово? Сам я уже почти научился лазить по деревьям. А потом я научу этому Крошку Ру, и мы с ним вместе будем залезать на самый высокий в нашем лесу дуб, который посадишь ты, Пятачок, и перепрыгивать на соседние деревья, а с них на другие деревья. То есть я хочу сказать, что нам с Крошкой Ру было бы совсем неплохо научиться передвигаться по лесу не по земле – пешком, как все, – а по воздуху, с ветки на ветку. Правда будет здорово, ты как считаешь, Кенга?

– Ну-у-у... не знаю, – с сомнением покачала головой Кенга, которая была совсем не в восторге от того, что её сын, самый настоящий кенгуру, будет, как птичка, перепархивать с ветки на ветку. К тому же кенгуру так здорово умеют прыгать, что им вроде бы и летать ни к чему.

Но Кенга также знала, что относиться ко всему, что говорит Тигра, нужно с некоторой поправкой на особую горячность его натуры. Тигра мог вспыхнуть как порох, загореться новым, чрезвычайно интересным (как он сам считал) делом, а потом, буквально через минуту, его вдруг могла отвлечь какая-нибудь самая незначительная мелочь. И от огромного энтузиазма Тигры не оставалось и следа – он сам напрочь забывал о своих грандиозных планах.

Поэтому Кенга решила перевести разговор на другую тему и строго сказала:

– По-моему, тебе, Пятачок, и твоему другу Винни-Пуху пора бы засыпать огромную яму, которую вы давным-давно выкопали, а лишь потом начинать копать новые ямы, чтобы сажать деревья и всё такое прочее.

– Какую ещё яму? – с удивлением переспросил Винни-Пух, опередив Пятачка.

– Ту самую, – сказала Кенга и, сделав многозначительную паузу, добавила: – ловушку для Слонопотама.

– А-а-а... ты об этом... – почесал свой плюшевый затылок Пух. – Действительно, Пятачок, мы совсем забыли о ловушке. А вдруг в неё за это время кто-нибудь провалился?

– Никто в неё не провалился, – заверила друзей Кенга. – А вот Крошке Ру стало тесно в его любимой Песчаной Ямке, и теперь он бегает упражняться в прыжках именно к ловушке для Слонопотама. Честно говоря, я очень беспокоюсь, ведь эта ваша ловушка – очень глубокая. В ней вполне можно шею свернуть. Поэтому, Пятачок, пока вы с Пухом её не засыпете, никаких разговоров о желудях и дубах. А там будет видно.

– Понятно, – сокрушённо вздохнул поросёнок. – Так что, Винни, готовься. Перед тем, как мы пойдем собирать жёлуди, придётся нам с тобой засыпать ловушку для Слонопотама.

– Ой, не надо засыпать ловушку! – всполошился Крошка Ру. – Ведь мне же надо где-то тренироваться в прыжках. Иначе я потеряю спортивную форму.

– Ру, малыш, – строго сказала Кенга, – в твоём распоряжении великолепная Песчаная Ямка. Не понимаю, чего это ты так расстроился.

– Но, мама, – чуть не расплакался Ру, – неужели ты не понимаешь, что Песчаная Ямка для меня уже очень мала. А настоящий спортсмен должен тренироваться, всё время повышая нагрузки. В конце концов, я ведь тоже расту, значит, должна расти и яма для прыжков.

– Перестань, Ру, малыш, – нахмурилась Кенга. – Тебя послушать, так можно подумать, что тебе завтра придётся выступать на ответственных соревнованиях по прыжкам.

– Кто знает, может быть и придётся, – сказал Ру.

– Обещаю, – сказала Кенга, – что как только тебя пригласят на соревнования по прыжкам, я позабочусь о том, чтобы у тебя была самая-самая лучшая ямка для тренировок. Думаю, Пятачок и Пух в этом нам помогут. Правда?

– Правда, – хором подтвердили Пух и Пятачок.

– Вот и славно, – улыбнулась Кенга. – А пока до соревнований ещё далеко, пожалуйста, засыпьте яму, да поскорее. Хорошо?