Накинув рубашку Стивена, я взяла из коридора куртку – и на балкон. Смотрела на небо, потом бросила взгляд на пакетик с белым веществом. Я завяжу, честно. Кончится – и всё. Правда-правда.
Итак, мы начали с нуля. Пытаемся начать. Но склеить труднее, чем построить новое. Неужели Стивен не нашел девушку, которая полюбила бы его? Которую полюбил бы он? Хорошую, взрослую девушку. Та модель… Она красивая. И он был с ней долго. Но вернул меня. Любит меня. И поэтому готов терпеть мои выходки, пороки, истерики? Нужно ему соответствовать.
Облизав сухие губы, я убрала в карман остатки порошка и на цыпочках в кухню. Надо бы приготовить завтрак.
***
Хозяин квартиры забыл, что такое нормальная пища. Я достала из холодильника пиццу, ей явно больше недели, и выкинула в мусорное ведро. К удивлению, заметила свежий пакет молока и банку джема, а в шкафчике хлеб и кофе. Пересилив нелюбовь к этому напитку, я поставила чайник, нарезала хлеб и отправила ломтики в тостер.
Когда подрумяненные тосты сверкали на тарелке, а джем и чашки с кофе стояли рядом, на кухню пришел Стивен. Он, небритый, взъерошенный, зевнул и потянулся.
– Доброе утро, – сказала я.
Вмиг забыла обо всем, и на то была причина: Стив в одних пижамных штанах. Я уставилась на его голый торс.
– Доброе, – кивнул Стивен.
Поймав мой взгляд, он негромко засмеялся.
Я закатила глаза, показывая – ничего особенного я не увидела.
– Ну-ну, – ухмыльнулся Рэтбоун. – Завтрак?
– Мне стоило огромных усилий найти в этой помойке что-то съедобное, – язвительно заметила я.
– Творческий беспорядок творческого человека. – Стивен пересек кухню и ласково поцеловал меня в висок. – Спасибо за завтрак, – прошептал он и у меня участился пульс.
– Знаешь, я думала, ты можешь позволить себе прислугу.
– Я думал, моя любимая будет наводить порядок.
– Вообще-то, я думала…
– Хватит, – пылкий поцелуй сквозь смех. – Обещаю, уберусь. Когда-нибудь… – И тихо добавил, надеясь, что я не услышу: – Вернее, когда домработница вернется из отпуска.
Я строго посмотрела на него и, сев напротив, начала жевать тост.
– Ладно-ладно. Уберусь вечером, – сдался Стивен.
– Ага. Раскидаешь всё по углам, – рассмеялась я.
Стив хохотал вместе со мной.
***
Стивен лег на кровать, и я села на край постели. Руки дрожали, когда я убирала волосы со лба Стивена – непослушные, кудрявятся. Положила руку Стиву на шею, и он притянул меня к себе, целуя в губы, дурея, как и я, от близости, страсти, любви. Быстрым движением расстегнул пару пуговиц рубашки – ту, что на мне, – и довольно присвистнул. Его губы спустились ниже по моему телу, оставляя следы на горячей коже.
Нам помешал телефонный звонок. Я недовольно покосилась на Стива, заглядывая ему за плечо. Он виновато дернул плечами и наклонился к мобильному. Вновь Стивену хватило пары мгновений, чтобы измениться. Покрутив телефон в руке, Рэтбоун показал жестом, что скоро вернется, и вышел за дверь, напоследок прикрыв ее.
Противный червячок недоверия крался к сердцу. Ни черта не изменилось: накручиваю себя как в шаткие восемнадцать.
Стивен вернулся, сел ко мне и приобнял за плечи.
– Джерад звонил, – объяснил Стив и принялся целовать, сбивая мое дыхание губами.
Сбивая дыхание, но не сотканные из сомнений мысли.
– Хотела спросить… – Я отстранилась. – Ты давно расстался с той моделью?
Стивен поднял голову и смотрел мне в глаза долго, внимательно. Потом переспросил:
– С какой моделью?
– Ее, кажется, зовут София.
– Софи, – поправил Стивен.
Кольнуло сердце – помнит ее. Любит ее?
– Ты был с ней… Видела по телевизору, – растерявшись, сказала я и озвучила вопрос, терзавший меня: – Стив, ты любил ее? Любишь?
Стивен вскинул бровь и рассмеялся.
– Что? Нет! Я не любил и не люблю ее! – горячо воскликнул он. – Мы просто… немного пиара от менеджеров. Глупые журналисты! Знаешь же, им только повод дай.
Я скептически покачала головой. Много огня в голосе, напора, звучит, как оправдание. Рэтбоун стер с лица улыбку. Он видел, что я не поверила, и серьезно сказал:
– Бывают люди, которых хочется любить, быть с ними, боготворить их, посвящать им песни, время, жизнь. – Стивен многозначительно посмотрел на меня, притянув: я вмиг оказалась на его коленях. – А бывают люди, которых хочется затащить в постель. Без всяких там… высоких чувств.
– И к какой из этих категорий отношусь я?
– К первой, разумеется, – ответил Стивен. – Есть сомнения? – уточнил игривым шепотом, его губы находились в опасной близости от моих.
– Ты спишь со мной, – заметила я, – значит, и второе относится ко мне.
– Можно любить и желать, но не наоборот.
Я сменила тему:
– А что хотел Джерад?
– Проблемы с новым синглом. Обещал всё уладить и перезвонить. – Стив сухо добавил: – Не веришь мне?
– Что ты, – отмахнулась я. Чертовски эгоистично подозревать его, когда он пытается доказать мне свою искренность. – Состояние такое… не с той ноги встала, – вру, не краснея.
– Это легко исправить! – воскликнул Стивен. – Собирайся.
– Зачем? – Я удивленно наблюдала, как он застегивает пуговицы на своей рубашке. – Куда?
– Не знаю, по магазинам. Или как вы, девушки, настроение поднимаете? Шопинг, все дела.
– Шопинг? – переспросила я. – У меня полно одежды.
Что за новости? Он меня подарками задаривать собирается?
– Видел я твою одежду. – Стив хмыкнул. – Такой одеждой надо полы мыть.
Я насупилась. Недостаточно хороша для тебя, Стивен Рэтбоун?
– Модели научили разбираться в одежде?
Стивен поник.
– Не так уж много у меня было моделей…
– Ты не поедешь в студию? – перевела я тему.
– Справятся. Хочу провести день с тобой. – Его ладонь легла в мою, и Стивен рывком поднял меня с постели. – У тебя три минуты.
***
И зачем он притащил меня сюда… Стивен усмехался, пока мы, держась за руки, гуляли вдоль торгового центра, а я изучала глазами витрины магазинов. Я отвыкла одеваться нормально, и вовсе я не о дорогих брендах. Новая одежда всегда лучше, чем одежда из секонд-хенда, верно?
Колени подкашивались от любимых названий. Я словно вернулась в старый мир, когда могла взять отцовскую кредитку и скупить всё, что вздумается – одежду, обувь, аксессуары. И вот я смотрела на девушек, порхающих по этажам с огромными пакетами. Спустя еще одну витрину, которую мы миновали, Стивен не выдержал:
– Давай купим что-нибудь наконец!
– Что? – переспросила я, оглядываясь: нет, мне не нужно возвращаться домой, в московскую квартиру, я в солнечном Лос-Анджелесе; бедная, но свободная. – Стив, я могу сама купить. Накоплю денег и…
В ответ смех. Издевается! Перед поездкой мы заехали в мою новую квартиру, и сейчас я стыдливо оглядела застиранную джинсовку, великоватые брюки и стоптанные босоножки. Точно издевается.
– Не смешно! – От смущения загорелись щеки. – Ценю заботу, но…
– Я хочу тебя порадовать, дурочка! Не обижай отказом.
– Стив, – я отрицательно замотала головой, – не стоит.
– Перестань, – уже серьезнее отозвался Стивен, подталкивая меня в бутик. – Я, конечно, не Ричард Гир, а ты не Джулия Робертс21, но мы пришли не витрины разглядывать.
Я смерила Рэтбоуна возмущенным взглядом.
– Ну ладно, – словно сделала одолжение. – Ты пожалеешь, красавчик.
– Хорошо. – Стивен достал из бумажника кредитку, на его губах сияла счастливая улыбка.
Я делаю его счастливым? Я делаю его счастливым!
***
Мы обходили магазин за магазином. В каждом я зависала минимум на полчаса. Стивен оценивал, советовал, но вскоре его активность упала: не привыкший тратить столько времени на покупки, он выглядел измотанным.
Когда мы вышли из мужского бутика, где я выбрала Стивену пару рубашек, то в полной мере увидела его усталость: с множеством пакетов в руках, Стив измученно улыбался.
– Я, пожалуй, загляну в обувной…
Стивен выругался.
– Одна, – добавила я и засмеялась, заметив его облегчение. – Жди в кафе.
Стивен
– Жди в кафе.
Я ощутил легкое прикосновение губ к щеке, и Ари исчезла в толпе. Счастливая девушка, я мечтал увидеть тебя такой снова.
Улыбаясь, я зашел в кафе. Тело изнывало, особенно болели ноги. Думал, купим ей несколько платьев, а она устроила забег вселенского масштаба, будто завтра магазины навсегда закроются! Или, может, решила проучить меня за дерзость?
Несмотря на усталость, я в великолепном расположении духа. Пил холодную колу, листал новостную ленту. Влюбленный идиот. Никто не способен испортить мне настроение…
– Кроме Софи.
Я вытащил из пиджака мобильный.
– Да! – рявкнул в трубку, пытаясь заткнуть стыд.
– Милый, – пропела в ответ Софи Штерн. – Прости, если отвлекаю.
– Ничего, – пробормотал я. Соф ни в чем не виновата. Я не сводил глаз с толпы: не хватало еще, чтобы Ари услышала этот разговор. – Что случилось?
– Скучаю по тебе. Может, приедешь в Нью-Йорк на пару дней? Обещаю встретить в лучшем виде…
Ниже пояса предательски ожило. Я судорожно втянул воздух, пытаясь сохранить самообладание. Перед глазами возникло идеальное тело моей… девушки? Бывшей девушки? Я не знал, как теперь называть Соф.
Но я знал, пора заканчивать глупую двойную игру.
– Не могу, – пот дорожками катился по моей шее. – Никак не вырваться. Ты-то когда приедешь?
Потому что мне нужно расстаться с тобой.
– Очень жаль, – вздохнула Софи и бросила трубку, оставив без внимания мой вопрос.
Я принялся тереть переносицу. Софи достойна правды, Ари достойна правды. Боюсь остаться ни с чем? В Софи я всегда был уверен, она любит меня, у нас взаимовыгодный союз… был. Когда Соф вернется, я расстанусь с ней. Я люблю Ари. Только Ари. И я скажу Софи правду, глядя в глаза.
Что же, Ари обещает завязать с наркотиками, а я нахожу на балконе песчинки Neon Cloud. Я говорю Ари: «Та модель в прошлом». У всех есть скелеты в шкафу, интересно, как скоро они оттуда вывалятся.