– Ты скрывала их от меня столько лет? – сиплым голосом спросил он.
Я встретила его взгляд и почувствовала, как дрогнули мои пальцы.
Удивительно, что скандал не устроил. Поумнел, что ли?
– А что мне оставалось делать? – вопросом на вопрос ответила я. – Ты бросил меня без объяснения причин, оставил одну, когда я больше всего в тебе нуждалась.
– Ты не говорила, что беременна, – возразил он. – Если бы я знал, я бы ни за что не бросил тебя.
– Я сама узнала об этом только после… аварии. – Я поморщилась, стараясь не вспоминать события того дня. – Но ты же уехал, и номер был недоступен.
Игорь непонимающе смотрел на меня.
– А написать письмо на электронную почту? А сказать в Амстердаме? Наташа, способов было предостаточно.
– Как и у тебя тогда, – огрызнулась я в ответ.
Королев понял, о чем я говорю, и замолчал.
– Все еще не простила, – полувопросительным тоном сказал он. – Но не ненавидишь. Так почему ты не сказала? Дети – это серьезно. Чувствую себя кретином и мудаком.
– Если бы ты смотрел мои социальные сети, ты бы все понял сам уже давно. Когда им было по два года, я решила все-таки сказать тебе о них и искала, как можно выйти на связь с тобой. И увидела новость, что ты женишься из-за беременности девушки. Я не могла поступить так ни с тобой, ни с ней, тем более я была замужем.
Игорь закатил глаза.
– Дети от тебя не стали бы препятствием, Наташа. Тем более с женой я вскоре развелся: она фальсифицировала беременность.
– За твоей жизнью я больше не следила, поэтому не знаю и не думаю, что готова сейчас слышать все подробности прошедших лет, – остановила его я.
Джейми, до этого молча слушавший нашу перепалку, нетерпеливо спросил:
– Вы еще долго? Мы торопимся.
– Мы заканчиваем, милый, – улыбнулась я ему. – Посади детей в машину, пожалуйста.
– Ты надолго в Москве? – резко спросил Игорь. – Когда и где мы можем встретиться, Наташа?
– Зачем нам встречаться? – уточнила я.
– Поговорить о детях, например.
Я вздохнула.
– Давай завтра ближе к вечеру в «Прайме» на Цветном бульваре. Скажем, в пять.
– Оставишь свой номер, принцесса?
Вопрос с самого первого дня нашего знакомства и позабытое прозвище… Сердце дрогнуло от воспоминаний, но тут же ровно забилось, когда я посмотрела ему в глаза.
– Нет. Ты забываешься, Королев: я больше не принцесса.
Я королева.
Эту мысль я не озвучила, чтобы не вызвать у Королева неправильных ассоциаций. И после небольшой паузы, возникшей после моего ответа, Игорь протянул мне черную с золотом визитку.
– Тогда вот мой номер. Если планы поменяются, то звони или пиши.
Я кончиками пальцев, стараясь не соприкоснуться с брюнетом ни миллиметром кожи, взяла визитку и положила ее в карман пиджака.
– До завтра, Наташа.
– Пока, – уже повернувшись к нему спиной, попрощалась я и села в машину.
– Баунти, я забыл очки в салоне, прости, – как только захлопнулась дверь, сказал Джейми, постукивая пальцами по рулю.
– Ничего. – Я устало откинулась на спинку комфортного кресла. – Кто бы мог подумать, что он окажется именно здесь в то же самое время? Судьба, не иначе.
– Зато больше нет смысла заставлять нашу малышку постоянно носить очки, это ли не плюс? – спросил мой муж, выруливая на проезжую часть. – Они ей не нравятся.
– Зато они нравятся мне и ее глазам: дело же совсем не в цвете глаз, а в заботе о ее зрении, – нахмурилась я, глядя в окно на Кутузовский проспект. – Марк же носит и не жалуется.
– Потому что он весь в тебя, такой милый и послушный, детка, – засмеялся Джейми, за что получил щипок за щеку от меня и засмеялся: – Эй, я за рулем, Наташа! Не отвлекай!
Муж прибавил громкости музыке, и до дома мы доехали под песни группы «a-ha» и его подпевание Мортену Харкету.
– У тебя очень хорошо получается регулировать дыхание на самых сложных моментах его пения, – сказала я, когда мы вышли из машины.
– Тренируюсь, чтобы улучшить свой вокал, – пожал плечами он и взял на руки Марка. – И хочу сделать кавер на одну из их песен в этом году, нужно петь идеально.
– У тебя все получится, милый.
Джейми ярко улыбнулся, отчего мое сердце забилось чаще.
– Конечно.
Глава 20
На следующий день мы встретились с Игорем в кофейне на Цветном бульваре.
– Какая ты красивая! – восхищенно произнес брюнет, оглядывая меня, когда я вышла из такси и подошла к нему, одетому в синюю куртку и черные джинсы.
Розовое пальто от Prada хорошо на мне сидит, согласна.
– Мы так и будем стоять на улице? – спросила я.
– Нет, конечно нет. Выберешь столик? А заказ сделаю я. Я помню, что твой любимый кофе – латте.
– Не угадал. Вкусы меняются с течением времени, я не исключение, – постаралась вложить двусмысленность в эту фразу, однако сомневаюсь, что он понял.
– Пойдем. – Он протянул мне руку.
Я фыркнула и, стуча каблуками, направилась в кофейню, проигнорировав его жест.
– Будьте добры, самый большой карамельный маккиато с кокосовым сиропом, средней обжарки, – сказала я на кассе.
– Из десертов что-нибудь желаете? – спросил кассир. – Круассан, печенье?
– Нет, спасибо, – отказалась я.
– С вас триста девяносто рублей. Картой или наличными?
– Картой.
Я потянулась к сумочке, однако Игорь сказал:
– Иди выбирай столик, я заплачу за обоих. Фруктовый чай, пожалуйста. Тоже большой.
Пока он расплачивался и ждал заказ, я окинула взглядом помещение и выбрала самый дальний столик у окна.
Наташа:
Окс, я на месте. Он зачем-то решил за меня заплатить.
Оксана:
Пусть лучше заплатит за твои потраченные тогда нервы, козел.
Подруга все еще не понимала, зачем я согласилась на эту встречу: она терпеть не могла Игоря с того момента, когда он выхватил у нее телефон в вузе и увидел мое сообщение.
– Одно хорошо, – заявила она вчера мне по телефону. – Без него ты бы, скорее всего, не начала встречаться с Джейми. Иногда надо выстрадать свое счастье.
С этим я была согласна.
– Твой кофе, – указал брюнет на нежно-голубой стакан. – Ты и правда сильно изменилась.
– Серьезно? Я и не заметила, – снова фыркнула я, отпивая из стаканчика.
– Ни к чему быть такой… ершистой, Наташа.
– Просто не хочу тратить время на ерунду, переходи к делу.
– Я хочу участвовать в жизни детей. Да, я не знал о них, но…
Я пожала плечами: после вчерашнего обстоятельного разговора с Джейми мне стало понятно, что я вела себя как маленький ребенок, не желая говорить Игорю о детях.
– Да, хорошо.
Королев выглядел сбитым с толку.
– Также я буду высылать тебе деньги на все, что им необходимо, и оплачивать им отдых.
– У нас с Джейми достаточно денег, – начала спорить я, но затем, увидев его выражение лица, просто кивнула.
– И я хочу с ними видеться хотя бы раз в месяц. И с тобой, конечно же.
– А со мной-то зачем? – удивилась я. – Сейчас я чаще буду в разъездах: у нас вышел новый альбом и будет большой мировой тур.
– А ты будешь оставлять их на меня просто так? Доверяешь мне? – спросил Игорь, улыбаясь.
– Они уже довольно взрослые, к тому же у нас есть няня, которая тебя встретит и все покажет и объяснит, – довольно резко ответила я.
– Пусть так. Но тебя я тоже не отказался бы видеть лишний раз.
– Я замужем, Королев. Еще одно слово с таким намеком – и я передумаю быть доброй.
Он засмеялся.
– Наташа, успокойся. Я к тебе не подкатываю. Просто приятно было бы изредка видеться с тобой, как-никак, ты – мать моих детей. Когда можно будет с ними познакомиться?
– Не в этот раз, – покачала я головой. – Мы улетаем через несколько дней, а еще много дел.
– Я могу приехать в Лондон. Или в Америку. Куда угодно.
Я поразилась такому рвению Королева встретиться с детьми, но промолчала.
– Давай обсудим потом, – решила я. – Напиши мне в Телеграм.
Я достала из сумочки маркер и разборчиво написала на салфетке свой никнейм в Телеграме.
– Спасибо. Буду ждать.
Я вызвала такси до дома, и мы с Королевым вышли из кофейни – он, конечно, предлагал подвезти меня, но я отказалась.
На улице я, решив показать, что не держу на него зла, зачем-то дружески поцеловала его в щеку на прощание. Увидев в этом какой-то знак, Игорь взял меня за локоть и притянул к себе, грубо поцеловав в губы. И почему все должно было получиться именно так…
Я не ответила на поцелуй и вырвалась, яростно буравя его взглядом.
– Если ты разучился различать дружеское отношение и флирт, Королев… – грозно начала я, но брюнет просто сказал:
– Прости. На мгновение подумал, что между нами снова может вспыхнуть страсть и все такое.
– Не может, – процедила я, вытирая рот рукавом.
Через двадцать минут вернувшись в квартиру, я нахмурилась: пахло алкоголем.
Что-то случилось? Джейми редко пьет.
Я, скинув пальто и не снимая туфли, прошла вглубь квартиры. На моем любимом кресле, спиной к окну, сидел муж, сжимая в пальцах стакан. Его белая рубашка была полурасстегнута, рукава закатаны до локтей.
– Где дети? – спросила я первым делом.
– Спят, я уложил их, – ответил он, неотрывно следя за мной.
– Что случилось, Джейми?
– Если тебе нужен развод, я его предоставлю, – спокойно сказал Джейми, наклонив голову набок и глядя на меня.
Я подошла и опустилась на колени перед ним, глядя на него снизу вверх: я хотела, чтобы ни одна эмоция не ускользнула от меня.
– С чего ты взял, что мне нужен развод, милый? – мягко спросила его я, взяв за руку.
– Фотографии вашего поцелуя… Господи! – Он прикрыл глаза и откинул голову назад. – Если ты его до сих пор любишь, то просто скажи мне, Ника.
Такое поведение очень не вязалось с его обычным. Может, у него депрессия или действительно что-то случилось, раз он отреагировал так на фотографию?
«Тупые папарацци», – мысленно отругала я всех фотографов мира.