Не помню, когда я в последний раз так проводила время. Нет камер, пафосных заведений, никто не делает исподтишка компрометирующие кадры, и не надо ни с кем заводить нужные знакомства, мило улыбаясь.
Я даже не помню, когда просто так сидела на берегу океана и наслаждалась прибоем.
Иногда мне кажется, что я стала заложницей собственной мечты.
– Как рука? – спрашивает Кэмерон, аккуратно взяв мою ладонь в свою.
– Хорошо. Почти не болит.
После очередной попытки взять волну я упала и, неправильно сгруппировавшись, ударилась рукой о край доски. Кэмерон сразу приложил лед, чтобы избежать отека. Сейчас об ушибе напоминает только легкая боль, но не более. Хотя мне очень нравится, как внимательно Кэмерон осматривает мой небольшой синяк.
Этот парень открыт, но в то же время полон загадок. И кое-что я у него так и не спросила.
– Вы надолго в Лос-Анджелесе?
Он пожимает плечами.
– Пару недель точно. На днях стартует чемпионат по серфингу, и мы с Крисом заявлены в качестве участников. Но обычно я не планирую все наперед.
– Живешь моментом.
– Вроде того.
Понятия не имела, что в моем городе проводятся чемпионаты по серфингу. Я думала, единственное, что здесь всех интересует, – это актерская карьера.
– А когда ты отправляешься в турне?
– Через полтора месяца. В моей жизни нет экспромта.
– Звучит не слишком весело.
Я слегка улыбаюсь и, взяв горсть песка, пропускаю его сквозь пальцы.
– Возможно. Я действительно устала от вечной беготни. То, как мы проводим сегодня время, – что-то новое для меня. А может, давно забытое старое. После того как мы стали известны, у меня нет ни одной свободной минуты. Постоянные фотосессии, выступления, съемки – и так по кругу.
– Я знаю не так много известных людей, но мне казалось, что есть и перерывы.
– Есть. Но с каждым разом их все меньше. Последний раз я видела родителей месяц назад. Поэтому отчасти рада, что сейчас сестра живет у меня. Каждый раз, когда я собираюсь съездить к ним хоть на пару часов, Алан объявляет об очередном выступлении.
– Может, тогда дело в менеджере? – в голосе Кэмерона сквозит странное напряжение.
– Алан делает все для группы. Может показаться, что он переступает границы, но мы бы действительно продолжили играть на улице, если бы он нас не заметил. А я не могу позволить своей семье вернуться к той жизни, из которой ее вытащила.
Кэмерон загадочно смотрит на меня, протягивает руку и, переплетя наши пальцы, притягивает к себе.
Я кладу голову ему на грудь и просто отдаюсь вечеру. Да, я знаю его всего лишь пару дней, но с ним мне комфортно. Для него я в первую очередь человек.
– А когда ты последний раз был дома? Ты же постоянно в разъездах.
Кэмерон молчит. Подняв голову, я замечаю, как он смотрит на костер. Огонь играет в его серых глазах. Волосы точно так же, как и у меня, слегка завиваются от морской соли, а черты лица становятся напряженными.
По-моему, этим вопросом я перешла какую-то неизвестную границу.
– Со смерти Трэва я ни разу не был дома, – отвечает он тихо. – Я не могу смотреть родителям в глаза. Они потеряли его так же, как и я. Но порой я думаю, что если бы я не ушел тогда с пляжа, то мог бы спасти его.
– Ты говорил, что ничего нельзя было сделать.
– Но я мог попробовать.
Мы друг другу никто. Он скоро уедет, и я больше никогда его не увижу. Но сейчас, на каком-то неизвестном мне уровне, Кэмерон кажется очень близким.
Я крепче сжимаю его руку и, подняв голову, смотрю на него.
– Ты не должен себя винить. Ты сам говорил, что если бы видел сейчас брата, то он бы улыбался. Не думаю, что он бы хотел, чтобы ты винил себя.
Кэмерон проводит кончиком пальца по моей ладони, и по мне пробегают мурашки.
Мне отчаянно хочется, чтобы он поцеловал меня. Плевать, как это будет выглядеть, но я хочу, чтобы его губы коснулись моих. Я хочу вновь ощутить их вкус: океан и цитрус. Такой разный, но всегда сладкий.
– Кэм, ты не мог бы помочь? – кричит какой-то парень.
Кэмерон нехотя отводит взгляд в сторону. Одна из машин застряла в песке.
– Я сейчас, – он встает, берет плед и накидывает его мне на плечи.
Я еще сильнее кутаюсь в свитер, подтягиваю колени к подбородку и обхватываю себя руками. Без Кэмерона заметно холоднее. Наверное, температура опустилась еще на пару градусов.
– Я решил испытать второй шанс, – почти тут же после ухода Кэмерона подходит Крис и плюхается на песок рядом со мной.
От него заметно разит выпивкой, а взгляд уже окосел. Сомневаюсь, что он видит меня перед собой.
– Как тебе вечеринка?
– Непривычно, но мне нравится.
– Я в этом спец. Можешь обращаться, – Крис пытается подмигнуть, но это выглядит слишком комично: половину его лица перекашивает.
Я громко смеюсь.
– Вы давно с Кэмероном дружите?
– Сколько себя помню. Ранчо его родителей находилось по соседству с домом моих родителей. Мы втроем часто сбегали.
– С Трэвисом?
Парень кивает, и на его губах появляется грустная улыбка.
– Он был безбашенным. Наверняка то, что сейчас многие из нас грустят, ему бы не понравилось. Этот парень был душой компании, – в его голосе столько теплоты, что на моих губах появляется легкая улыбка.
Я не знала Трэвиса, но мне очень легко представить, как эта троица попадала в разные переделки.
– Кэмерон скучает по нему.
– Да. И порой слишком хочет оказаться рядом, – взгляд Криса становится намного серьезнее.
– В каком смысле?
Он проводит рукой по волосам и бросает взгляд на океан.
– Трэв кидался смерти в объятья в прямом смысле слова. Кэм же более осторожный. Точнее, был таким. После смерти брата он слетел с катушек. Доводит ситуацию до предела. Сегодня утром мы прыгали с парашютом, и он просто ждал самого последнего момента, чтобы его раскрыть.
Крис берет бутылку пива и допивает ее за пару глотков.
– Раньше Трэвис всегда его выручал, но сейчас его нет. Иногда я боюсь, что не успею.
– Кэмерон любит эту жизнь. Просто ему тяжело справиться с потерей.
Крис пожимает плечами.
Представить не могу, чтобы Кэмерон сам пошел на такое. Может он и рискует, но он не стал бы так поступать.
Просто у каждого из нас свой способ справляться с болью.
Я провожу ладонями по плечам и оглядываю пляж в поисках Кэмерона.
Машина, застрявшая в песке, уже отъехала. Все веселятся, пьют пиво и танцуют.
Я встаю, чтобы немного пройтись, и тут мой взгляд падает на Кэмерона. Он стоит рядом с девушкой. Они обмениваются улыбками, а потом ее руки скользят по его груди, она встает на носочки и целует его в уголок губ.
Я застываю на месте, и плед падает с моих плеч.
Это шутка такая? Какого черта он творит? Притащил меня на вечеринку, чтобы позлить бывшую, проверить чувства? У меня в голове это не укладывается.
Я уже проходила через измену и не хочу быть той девушкой, которая рушит чью-то жизнь.
Это слишком гадкое чувство.
Видимо, я очень долго смотрю на них, потому что Кэмерон поворачивается и, заметив мой ошеломленный взгляд, что-то говорит девушке. А затем, поцеловав ее на прощание в щеку, направляется ко мне.
Она с интересом рассматривает меня, улыбается и машет рукой.
Я совершенно ничего не понимаю.
– Скажи мне, что это не твоя девушка, – прошу я, когда он оказывается в паре шагов от меня.
Кэмерон, изогнув бровь, окидывает меня удивленным взглядом.
– Ты считаешь, я бы мог так поступить?
– Я тебя не знаю, – отвечаю, пожав плечами. – Но хотелось бы верить, что нет.
Кэмерон оглядывается назад. Я слежу за его взглядом и замечаю ту девушку в объятьях другого парня. Он подхватывает ее за бедра и усаживает на капот машины.
– Пойдем пройдемся, – Кэмерон кивает в сторону океана и не спеша идет по самому краю: там, куда почти достает вода.
Впервые за время нашего знакомства он держится отстраненно.
Я следую за ним. Мы некоторое время идем молча. Вечеринка становится все дальше, и музыка звучит приглушенно.
– Эми была моей девушкой. Мы встречались несколько лет.
– Понятно, – это единственное, что я могу сказать.
Видимо, я погорячилась.
– Алекс, я бы не стал приводить тебя на вечеринку или целый день плавать с тобой в океане, если бы у меня была девушка, – его голос звучит напряженно.
– Я поспешила с выводами. Но и ты меня пойми. Я прошла через предательство и не особо верю противоположному полу.
– То есть теперь для тебя все как «мистер рок-звезда»?
То, как он называет Брайса, заставляет меня улыбнуться.
– Не все. Прости. Правда, не знаю, что на меня нашло.
Кэмерон ничего не отвечает. Он засовывает руки в карманы шорт и подходит к кромке воды. Волна омывает его босые ноги. Он задумчиво смотрит на звездное небо, и я в который раз поражаюсь красоте, окружающей нас.
Прохладный морской воздух играет с моими волосами. Я вздрагиваю. А вот Кэмерон стоит не шелохнувшись – и это при том, что его ноги в воде, а она сейчас далеко не теплая.
– Алекс, мне нравится проводить с тобой время. И я не надеюсь на что-то большее. Может, мы завтра расстанемся и больше никогда не увидимся. Но мне бы очень хотелось, чтобы, если у тебя появятся вопросы, ты спросила у меня, а не строила догадки.
Он оборачивается ко мне, и его взгляд становится немного теплее.
– Я любил Эми, и это может показаться странным, но в первую очередь я бы не мог так поступить с ней. Я уважаю то, что было между нами.
Когда я думаю, что этот парень уже не может меня удивить, он снова делает это.
Кто так разговаривает в современном мире?
Да Брайс бы никогда в жизни не подумал об этом! Но Кэмерон – не Брайс. И пора бы понять, что не все вокруг – алчные мерзавцы.
Он протягивает мне руку, и я принимаю ее.
– Почему вы расстались?
– После смерти Трэвиса я слетел с катушек. Мне казалось, что больнее всего мне. Я не задумывался о том, что родители потеряли сына, а остальные – друга. Я отдалился ото всех. Эми боролась с этим. Но всякому терпению есть предел. Даже когда любишь человека.