– Итак, смотри. Это – нижний барабан. С помощью педали ты можешь отбивать ритм, – серьезным голосом заявляет она.
Ага. Педаль. Единственное, о чем я сейчас думаю – это то, как Алекс ерзает на моих коленях.
– Ты меня слушаешь? – возмущенно спрашивает она.
Я киваю. Алекс продолжает объяснять устройство установки и показывает, по ее мнению, самую легкую комбинацию. Я вроде бы слушаю, но вот мое тело… В этой девушке меня заводит абсолютно все. Но сейчас она в миллион раз сексуальнее, ведь она пытается объяснить мне то, от чего сходит с ума и чем живет. Теперь я понимаю, как Алекс чувствовала себя, когда я рассказывал про серфинг.
Беру в руку палочку и по четким указаниям слегка ударяю по тарелкам и мембранам одного из барабанов. Я повторяю комбинацию и, когда нажимаю на педаль, этот звук отчетливо отзывается внутри меня. Мы проделываем это несколько раз, все больше распаляя друг друга. Откинув волосы Алекс в сторону, провожу кончиком носа по ее тонкой шее.
– Ты проиграл, – шепчет она.
– С чего бы?
Моя рука скользит выше по ее ноге. Господи, у Алекс потрясающе нежная кожа.
– Ты пропустил один удар.
– Этот? – я вновь нажимаю ногой на педаль, и Алекс изгибает спину, теснее прижимаясь ко мне.
Я покрываю ее плечо легкими короткими поцелуями. Она вздрагивает и запрокидывает голову назад. Ее волосы рассыпаются по моей груди, а до носа вновь доносится аромат карамели. Круговыми движениями пальцев поглаживаю внутреннюю сторону бедра Алекс. Ее ноги раздвигаются, она обхватывает мою шею рукой, привлекая ближе к себе, дыхание становится прерывистым. Взяв ее руку, опускаю вниз и кладу между ее ног.
– Кэмерон…
Я просто на грани. Наши пальцы двигаются одновременно, лаская Алекс. Все ее тело пробирает дрожь. Другой рукой она вцепляется в мою шею, всю быстрее двигая бедрами и ерзая на мне. Я с большим усердием сдерживаюсь, чтобы не кончить от этого, но господи боже, как же мне нравится видеть ее покрытые румянцем щеки и припухшие губы от того, что она покусывает их. Алекс дико сексуальна. Я схожу с ума от наслаждения, когда вижу ее реакцию на наши прикосновения. Наверное, я мог бы целую вечность держать ее в своих объятьях, слушать учащенное дыхание и наблюдать за тем, как ее взгляд затуманивается, когда она приближается к оргазму.
– Я выиграл, Алекс, – целую ее в шею и провожу по ней языком. – Я выиграл тебя.
– Боже…
Алекс громко стонет, ее дыхание сбивается, и я уверен, что она кончит от движений наших пальцев. Я чувствую, какая она влажная и горячая, даже через ткань тонких шорт. Но вместо того, чтобы дать оргазму вырваться наружу, я резко встаю и, взяв Алекс на руки, прижимаю к стене. Мои губы жадно и страстно целуют ее. Язык грубо врывается в ее рот и находит ее язык. Чистый голод.
Мы буквально срываем друг с друга одежду. Пуговицы с моей рубашки летят на пол. Я отпускаю Алекс лишь на мгновение, чтобы снять с нее шорты, а сам тянусь к заднему карману джинсов.
Алекс выхватывает у меня презерватив и, разорвав упаковку, надевает его на возбужденный член, не забывая перед этим подразнить меня рукой.
– Черт, Алекс…
– Терпение на пределе? – она не спеша натягивает латекс, но я чувствую, как ее руки дрожат от желания.
– С тобой не может быть иначе, – качнув бедрами, я вхожу в нее.
Только шесть часов назад у нас был секс-марафон, но, дамы и господа, ничто не сравнится с тем ощущением, когда нервы оголены и весь контроль летит к чертовой матери. Я выхожу из нее и вновь погружаюсь. Алекс обхватывает меня ногами, скрещивая их за спиной. Сильнее сжимаю ее бедра и двигаюсь глубокими быстрыми толчками. Алекс скидывает с себя топик, и я беру в рот ее возбужденный сосок. Обвожу его языком, слегка кусаю, а затем перехожу к другому. Запустив пальцы в мои волосы, Алекс притягивает меня ближе.
– Да! – кричит она.
Каждый ее стон адресован мне. Наши тела становятся мокрыми от пота. Я все сильнее погружаюсь в нее. Хочу слиться с этой девушкой и стать одним целым. К черту расстояния. Плевать я на них хотел. Она будет моей. В этой дерьмовой жизни так редко выпадает второй шанс, и если уж посчастливилось его поймать, надо держаться за него до конца.
Ногти Алекс впиваются в мои плечи, взгляд затуманивается. Она вновь на грани. В одном мгновении от того, чтобы разлететься на частички и оказаться на вершине блаженства. Ее дыхание учащается с каждым толчком, губы слегка приоткрыты – это потрясающее зрелище. А лучший звук – ее стон.
– Боже, да, не останавливайся…
Спина Алекс выгибается, и она кричит. Я накрываю ее губы своими, чтобы забрать этот стон себе. Сохранить и не отпускать. Когда Алекс сжимает меня сильнее, я больше не могу сдерживаться и срываюсь в эту пропасть вместе с ней. Оргазм настолько мощный, что я наваливаюсь на Алекс и прижимаю ее спиной к стене. Мне требуется несколько минут, чтобы прийти в себя и отдышаться.
– Кэмерон, – шепчет Алекс.
Подняв голову, мы встречаемся глазами. Ее взгляд все еще затуманен, но я понимаю, что она хочет сказать что-то важное.
– Я хочу попробовать, – она целует меня в уголок губ. – Ты и я. Плевать на расстояние.
– Я не предам тебя, – касаюсь пальцами ее щеки и нежно поглаживаю.
– Знаю. Но пообещай, если вдруг ты почувствуешь, что больше не можешь, то скажешь мне об этом.
– Хорошо, – отвечаю я, хотя понимаю, что ничего не может быть важнее, чем эта девушка в моих объятьях.
Глава 28
Могу с уверенностью заявить, что эта неделя стала одной из лучших за последнее время. Мы с Кэмероном вместе. Хоть я и зареклась заводить отношения, чтобы сконцентрироваться на карьере, я не смогла отказать ему. Это кажется мне правильным и тем, от чего невозможно отказаться. Хотя страх расстояния все еще присутствует. До турне осталось не так много времени, а у Кэмерона через пару дней финальный прокат. А потом… Потом мы будем отталкиваться от ситуации и стараться быть вместе, даже когда это будет непросто.
Сейчас же мы наслаждаемся жизнью. Когда Кэмерон выступает, я стараюсь присутствовать на соревнованиях и поддерживать его. Он же появляется со мной на всех мероприятиях, которые у нас запланированы. Поток вопросов насчет наших отношений не заканчивается. Теперь журналисты постоянно торчат около моего дома, студии и даже на пляже. В Сети появляется все больше наших совместных фото, даже в те моменты, когда мы думали, что нам удалось сбежать. Единственным местом, куда они не успели добраться, остался трейлер Кэмерона, поэтому я все чаще ночую у него. Но меня не покидает ощущение, что кто-то сливает информацию прессе: они появляются там, где их не должно быть, с подозрительной частотой. У меня есть одна мысль, но я очень надеюсь, что ошибаюсь и мир не сошел окончательно с ума.
Мы с ребятами сидим в конференц-зале и ждем, пока зайдут продюсеры.
Рик постукивает пальцами по деревянному столу, Тайлер, натянув на нос очки, прячется от яркого солнца, а Марк, уткнувшись в телефон, с улыбкой до ушей что-то печатает. Я же не могу отвести взгляд от двух пустующих стульев во главе стола: никогда не любила встречи с продюсерами. Они либо говорят, что все плохо и контракт не будет продлен, либо выдвигают новые условия. До окончания нашего договора осталось несколько лет, и можно не переживать на этот счет, но меня не покидает тревога.
Группа – это единственное, что помогает моей семье жить, ни в чем себе не отказывая.
– Ал, расслабься, – Рик с улыбкой смотрит на меня.
– Ага. Я смотрю, ты очень расслабился, – киваю на его пальцы, нервно стучащие по столу.
– Привычка, – он беззаботно пожимает плечами.
Дверь распахивается, и в кабинет заходят продюсеры: Томас Питерсон и Адам Ричардс. Обоим мужчинам под пятьдесят, на них стильные деловые костюмы и дорогие часы. Всем своим видом продюсеры показывают, что именно они хозяева положения. Именно они дали нам шанс показать себя, и если бы я встретила их на улице, то никогда бы не подумала, что они являются влиятельными людьми. Это тот тип людей, которые не хвастаются деньгами, но доказывают свою власть репутацией. Уверенной и расслабленной походкой они приближаются к своим креслам и усаживаются в них.
Я помню, как мы с ребятами волновались, впервые увидев их. Мне тогда казалось, что я потеряю сознание. Все настолько быстро закрутилось: только нам сказали, что с нами хотят заключить контракт, и вот мы уже сидим в их кабинете и дрожащими от волнения руками ставим свои подписи.
Кто бы мог подумать, что даже у мечты так же, как и у контракта, есть маленький подпункт, в котором указано, что твоя жизнь больше может тебе не принадлежать.
Следом за ними заходит Алан, и мое настроение падает на миллион процентов. Почему-то каждый раз, когда я вижу нашего менеджера, мне хочется захлопнуть перед его лицом дверь и сделать это так, чтобы его любопытный нос придавило.
– Здравствуйте, ребята! – бодро приветствует нас Томас.
– Здравствуйте, – почти хором отвечаем мы, чем вызываем у них улыбку.
Бросив быстрый взгляд на ребят, замечаю, что они напряжены так же, как и я. За эти годы можно пересчитать по пальцам одной руки случаи, когда мы виделись с акулами шоу-бизнеса. Всеми вопросами всегда занимался Алан, и наверное, дав ему в этом столько власти, мы сделали ошибку.
– Поздравляем с победой, – говорит Адам, расстегнув пиджак. – Хотя я не сомневался, что именно вы заберете статуэтку.
– Поэтому вы и подписали с нами контракт, – Рик подмигивает ему.
– Нюх на таланты не подводит меня уже почти двадцать пять лет.
Несмотря на шутки, Адам никогда не приемлет возражений по поводу своих решений.
Открыв кожаный портфель, Томас достает несколько папок.
– Давайте быстро пробежимся по насущным вопросам и приступим к работе, – Питерсон берет несколько журналов и подталкивает их к нам. Конечно же, они выбрали именно ту прессу, где есть статьи про меня и Кэмерона, и я не особо понимаю смысл этого собрания. – Первое- мы довольны рейтингами группы. Активность на сайте, в социальных сетях. Очень хорошая работа, Алекс.