Но, как это часто бывает, действительное сильно отличалось от придуманного. Нет, мощь как раз никуда не делась. С этим всё оказалось точно так, как предполагали, может быть даже круче. Вот только достигалась она за счёт невероятного количества порталов, открывающихся на относительно небольшой площади за короткий промежуток времени.
Дикая феерия, накрывшая три невысокие сопки, превосходила красочностью главный салют ко дню Победы. И с приблизительно таким же грохотом. Ночную тьму разгоняли сверкания порталов всевозможных цветов и размеров. Они возникали, лопались, возникали вновь. Налезали друг на друга, сдваивались, страивались, снова лопались. Разлетались вокруг искрящиеся брызги. Выплёскивались мутно мерцающие кляксы. Опалесцирующие хлопья медленно оседали неправильными снежинками. Радужно переливались россыпи сверкающих осколков. Ни один портал не повторялся, каждый был индивидуален в своей фантастической красоте. Пузырило так, что забродившая брага в дедовской фляге позавидовала бы самой лютой завистью.
Шума добавляли появляющиеся из портальных переходов монстры. Кошмарная какофония доносилась даже сюда, несмотря на расстояние. Слух терзали то вопли, то рычание. Пронзительные крики перебивал скрипучий скулёж. Иной раз такое слышалось, что даже представить, кто издаёт подобные звуки, удавалось с трудом и то очень приблизительно.
Дольше стоять без поступательного движения было нельзя. С каждым мигом просмотра творящегося портального безумия решимость через пятки покидала тело. По крайней мере, Эдик именно так себя чувствовал. Может быть, у других всё обстояло иначе, но сейчас меньше всего хотелось этот момент выяснять. И делиться своими ощущениями тоже не хотелось.
— Вперёд! — негромко скомандовал Эдик, чтобы не выдать дрожание голоса и тронул Штопора.
— Афрад! — бас могучего Штерка на миг перекрыл все остальные звуки.
Всадники пошли шагом, постепенно переводя аллюр скакунов в неторопливую рысь. Позади мерно забухали железными сапогами бегущие хирдманы. На месте остался только обоз. Жующие свою жвачку ленивые яки и тройка погонщиков. Но им и не нужно никуда торопиться, у них другие задачи. Не боевые.
Ритмичный постук ног и копыт успокаивал нервы, но Эдика всё равно слегка потряхивало. Но это не страх, это адреналин так на него действует. Всегда так было перед ответственными мероприятиями. Особенность организма такая. Должно пройти. Но Штерк на всякий случай незаметно переместился ближе к своему тингмару. Заприметил, засранец! Пусть. Так обоим спокойнее будет.
Чем ближе подходили, тем ярче становилось, тем более чудотворный свет ещё и отражался от снежного покрывала. Хотя снега здесь гораздо меньше, чем в Альдерри. Оно и понятно. Рора — провинция южная, а, следовательно, и погода мягче. Эдик вдруг поймал себя на мысли, что может думать о географических особенностях климата в подобной ситуации и очень этому удивился.
Перекрывая усиливающийся гвалт портальной свалки его окликнул Штерк и указал на что-то рукой. Парень проследил за направлением и смог рассмотреть, что так заинтересовало воеводу. Разноцветные отблики на доспехах королевских бойцов. Довольно странно. Несколько часов уже точно прошло с момента портального прорыва, а войска стоят, как на параде. Даже строй не сбили. Особенно яркая вспышка выхватила из темноты плотные ряды линейной пехоты и эскадроны лёгкой конницы на флангах. По всей логике где-то есть ещё и тяжёлая кавалерия, но её, должно быть, держат в резерве. И пусть держат подольше. Не дай бог, там командует какая-нибудь бестолочь, охочая до воинской славы. Если клин бронированных всадников погонят в атаку бездумно и не вовремя, они стопчут копытами и своих, и чужих без разбора. Тяжёлая конница — страшная штука в своей неостановимой смертоносности.
Но терзающий мозг вопрос так и остался без ответа. Почему подразделения до сих пор не вступили в бой с портальной нечистью? В эту секунду Эдик краем глаза высмотрел Эрику и все вопросы вылетели у него из головы. И не надо думать о парне плохо. Виной послужила вовсе не любовная горячка и не розовые слюни влажных мечтаний. Просто девушка преобразилась до неузнаваемости, и произошедшие с ней перемены её абсолютно не красили. Грозно сведённые брови, раздувающиеся в такт дыханию ноздри, рот скривился в кровожадном оскале. А в глазах расплескалось безумное желание боя. Довершал картину ужасный топор, который она уже держала на отлёте, приготовив его к предстоящей кровавой жатве. Эдика передёрнуло — он вспомнил отрубленную голову антрацитового аспида. И это, похоже, были только цветочки.
— Мне надо доложиться королю о вашем приезде, — крикнул Рэнерайо, пришпоривая коня и забирая резко вправо. — Увидимся после сражения! Удачи!
Рыцари сопровождения ускорились за ним, даже не попрощавшись. Только баронет не то крикнул что-то, не то сказал, но Эдик за стуком копыт слов не разобрал. Да не очень-то и хотелось. В любом случае они потом встретятся, тогда и спросит. Сразу за всё. А пока о другом надо думать.
— Где остановимся, наставник, — Эдик закрутил головой в поисках удобной позиции для своего отряда.
— Да прямо здесь и станем, — Аларок был занят тем же вопросом, — Если, конечно, воевода лучшего решения не предложит.
— Нормально! — согласно прогудел Штерк и подал команду. — Тут стоим!
И в самом деле. Зачем на рожон переться, когда остальные не торопятся. Дело общее. Все чего-то ждут, и мы подождём. Такая битва Эдику очень даже нравилась. Пока всё шло на удивление спокойно. Только фланговый хирдман умудрился какую-то крылатую тварь прямо на лету пикой заколоть, да Эрика мелкую нечисть располовинила, не слезая с седла. После чего с явным удовольствием слизнула кровь с лезвия и улыбнулась парню неестественно красными губами.
Эдика снова пробрала дрожь.
Глава 3
Чтобы отвлечься от неприятного впечатления, оставленного кровожадностью валькирии, Эдик сконцентрировал внимание на портальном безумии. А там было на что посмотреть. Для несведущего человека открывалось всего лишь суматошное мельтешение теней на фоне ярких разноцветных вспышек. Всего лишь! Словосочетание то какое. Всего лишь… Усраться можно было сразу на месте, такое там иногда мелькало. Но это просто лирическое отступление, не имеющее к делу никакого касания. Тем более, парень к несведущим персонажам вовсе не относился. Он многие дни потратил на изучение разнообразных монстров, которые в настоящий момент вываливались из порталов. И теперь просто подтверждал полученную информацию. Академический интерес присутствовал сейчас в полной мере. К слову, хорошо, что это явление относится к разряду аномальных. Иначе бы учитель нашёл способ устроить лабораторную работу приблизительно в этом ключе. Пришлось бы тогда попрыгать.
Зрение Эдика выхватывало страшилищ, с которыми удалось встретиться лично и новых, известных ему только в теории. Вскоре разворачивающееся зрелище вытеснило из головы образ окровавленных губ Эрики и всецело захватило парня. Картина была настолько масштабной, что мозг оказался не в состоянии воспринимать все детали разом. Поэтому сознание выделяло лишь фрагмент действия, словно миниатюру, а затем переходило к следующему.
…Ракоскорпион, размерами не уступающий малолитражному автомобилю вывалился из портала, раздражённо щёлкая шипастыми клешнями. Но времени освоиться на новом месте у него не оказалось — гигантская сколопендра откусила ему хвост серповидными жвалами. В завязавшуюся свару влетела драконова двухвостка, а пока насекомовидные членистоногие решали кто из них круче, подоспел целый выводок свиножутей и передавил всех участников заварушки. А потом плотоядные хрюшки сожрали то, что от них осталось, вместе с хитином и ядовитыми жвалами. Этим тварям было безразлично кого лопать…
…Захрипел смутно знакомый сигнал рога. Эдика перекорёжило от не самых радостных воспоминаний. Полуорки! Только на этот раз не полурота, как было в последнюю их встречу, а минимум в четыре раза больше. Зелёные коротышки сбились в кучу и бодрой рысью направились в сторону людских построений. Но на их пути вспучился новый портал и из него выскочила угловатая фигура обсидианового осколочника. Представитель каменной псевдожизни заверещал тонким голосом, заметался и кинулся бежать. Выбранный им маршрут пересекал дорогу полуоркам. И те, заточенные на драку, восприняли этот факт, как угрозу, и всем скопом ринулись на бедолагу. Может, они поступили как-то по-другому, если бы знали, что осколочники, по своей сути совершенно безобидны и не живут долго в климате Аркенсейла. А также, что с этими созданиями происходит после гибели. Но они не знали, поэтому получилось как получилось. Низкорослые воины обступили своего противника со всех сторон. Единственное, что они успели сделать. Осколочник взорвался с оглушительным треском и разлетелся множеством острейших осколков. Обсидиановые обломки нарубили коротышек в мелкий фарш, и через секунду о полуорках напоминали лишь полторы сотни кастрюлеобразных шлемов, беспорядочно разбросанных среди кровавого месива. Без свиножутей и здесь не обошлось. Охочие до дармового угощения свиньи появились, откуда ни возьмись, и снова принялись жрать. Эдик еле сдержался, чтобы не сблевать от такого зрелища…
…Внимание парня привлекли изящные силуэты, проявившиеся на фоне вспыхнувшей молочно-белой сферы. Истинные Эльфы. Такие пропорции и грация движений могут быть только у этих существ. Иначе Толкиен попросту бессовестно врал, когда рассказывал про них широкому кругу читателей. Эльфы затравленно озирались, испуганно шарахаясь от каждого нового звука и резкого движения. Было очевидно, что эти существа провалились сюда совершенно случайно и против своей воли. Но подобных оправданий здесь не принимали. В круг света ворвались тёмные собратья эльфов — дроу. Замелькали длинные кривые клинки. Белый портал лопнул, погасив подсветку, и помешал увидеть, чем закончилось дело. Но сомневаться в исходе не приходилось, бедняги нашли свою смерть…
Эдик печально поморщился. Почему-то его расстроила судьба светлых детей магических лесов. Впрочем, с сентиментальным всплеском эмоций парню удалось достаточно быстро справиться. Ему без того есть за кого переживать. Вон они стоят позади, готовые отдать жизнь за своего предводителя. Не замёрзли бы только. Эдик оглянулся на клановых бойцов. Менникайны застыли практически без движения, словно корни пустили в землю. И плевали на мороз с высокого дерева. У них даже носы не покраснели. И, уж если на то пошло, лучше постоять и помёрзнуть, чем побегать и попотеть в смертельной рубке с непонятным исходом. Жаль, что одно другого не отменяет. Ну здесь прогнозы делать бессмысленно, никто не знает, как пойдёт дальше. Эдик встряхнулся, избавляясь от ненужных сейчас переживаний и вернулся к наблюдению за порталами.