Тут я сделал ошибку, перебрав с угрозами, полезную информацию пришлось буквально намывать, пересравшийся Хорни врал напропалую, вываливая все сплетни, которые слышал, щедро разбавляя их своей сомнительной дедукцией. Впрочем, такой словесный поток от допрашиваемого Хагена не удивил. Какое-то время он терпел, потом надоело:
– Край, дай я убью этого барана! Пользы от его рева никакой. Все, что от него было полезного, он мне еще на суку высказал.
– Ты, конечно, прав, но перебьешься, – хмыкнул я, на секунду так сказать по-братски положив ему руку на плечо, чтобы не воспринял мои слова неправильно. – Сейчас такое время, что любая смерть должна иметь воспитательное значение! – Хаген хрюкнул, оценив юмор. Удобный момент, чтобы наладить взаимоотношения. Надо нам с ним сегодня напиться и окончательно решить наши разногласия. А данный человечек в камере посидит, подождет коллег по несчастью, которых сегодня сдал. Впрочем, его судьба уже решена и откровенность ей нисколько не поможет. Плесень. Существо общего употребления. Весьма полезен, пока ты в силе, и с огромным удовольствием сдерет с тебя шкуру на сувениры новому хозяину, стоит ослабнуть.
Учитывая неминуемые проблемы с дележкой власти в нашем квартете в будущем, таких тварей в нашем окружении надо подчищать заранее, во избежание провокаций и стравливания между собой. Как бы они не попытались изобразить полезность, особенно касательно непонимающих, с кем столкнулись людей. Полковник Зубатов в свое время сразу понял, кто кем виляет в делах Охранного отделения с товарищем Евно Азефом, но, к сожалению, над ним сидели люди, считающие себя куда умнее этого профессионала. В результате агент охранки помимо слива охранке непонравившихся чем-то борцов с режимом сливал и самим борцам засвеченных ему кураторами коллег, зарабатывая реноме прозорливого борца с провокаторами, и угрохал, если не изменяет память, трех губернаторов и одного великого князя – царева дядюшку, активно участвуя в подготовке покушений.
Основной юмор ситуации в том, что он только на себя работал, имея, в грязном смысле этого слова, одновременно и социалистов-революционеров, и охранное отделение. Никакой моральной дилеммой эсеровского Штирлица в царской охранке там и не пахло. Просто человек, плавающий в липучей и вонючей субстанции, зарабатывая себе на жизнь. Достаточно хорошую жизнь, а главное жизнь, которая нравится, в которой человек чувствует себя незаменимым, чувствует свою власть над другими, над их жизнями и судьбами. Мерзость, только внешне похожая на человека.
Так как нормальный купец никогда не сунется добровольно в гущу боевых действий, самый простой и очевидный способ связи агентуры противника с руководством на данном уровне развития общества у врага явно отсутствует. На месте «Надзирающих» Серебряных Драконов, других Домов эльфов и людских государств я бы вообще приказал уцелевшей агентуре полностью заморозить свою деятельность, до стабилизации обстановки на архипелаге.
Враг со мной не согласился. Похоже, возможность подарить оркам и без того пиратский архипелаг как место базирования, по крайней мере Драконов, совершенно не устраивала. На несколько секунд даже потешила мысль, что длинноухие считают реальным и привлечение местных кадров к орочьим грабежам. Ну и идиоты. Первые несколько лет торговля будет весьма хилой, зарубежное присутствие минимальным, соответственно вербовать информированные источники взамен потерянных будет очень сложно. Если, конечно, мы не зажремся и мышей ловить не перестанем.
Без инициативников, включая, не дай бог, аналогов полковника Пеньковского из местных кадров, конечно, не обойдется, но и от них вред можно свести к минимуму благодаря грамотным режимным мероприятиям. Сейчас же использовать имеющуюся сеть для разведобеспечения местных партизан – это все равно, что забивать гвозди золотыми слитками. Забить гвоздик-то можно, только умный человек использует молоток, даже в худшем случае сменит слиток на него при первой же возможности.
Эльфы поступили даже круче, например, этот крысоватый сквайр получил, в числе прочих агентов эльфов, лично от «второго помощника консула» задачу организации партизанского движения на острове, если можно так выразиться, налаживания взаимодействия с настроенными патриотически местными жителями и остаточными группами войск герцога, организации сети Сопротивления и так далее. Бедняге сильно не повезло, ему запретили эвакуироваться.
Разумеется, ублюдок ослушался и свинтил вместе с герцогом. Кончилось тем, что тот самый Эвниссиэн поставил сквайра на колени, прижал ножик к глазику и совсем вознамерился его выковырять, но Хорни удалось своего куратора убедить в муках совести, осознании ошибки и готовности искупить вину.
Голос допрашиваемого, рассказывающий о жестокости куратора, прямо звенел негодованием и желанием показать всё отсутствие альтернативы своему сотрудничеству с разведкой Серебряных Драконов.
Действительно, каков мерзавец этот Эвниссиэн, да как он такое мог… негодяй! Надеюсь, когда-нибудь мы с ним свидимся, на моих условиях, разумеется. Вероятности чего я оценил весьма приемлемыми. Я бы на его месте сквайра прирезал, а не отправил назад с разведывательно-диверсионной группой. Непростительная ошибка. Очень похоже на то, что мой длинноухий недруг больше военный, а не разведчик. В разведку попал со сложившимися привычками. От выходки запугать нарушителя приказа до усрачки и отправить назад его выполнять прямо несло запахами казармы и портянок. Хорошая иллюстрация предубеждения сотрудников подразделений уголовного розыска против бывших армейских офицеров в звании капитана и выше на должности оперативного уполномоченного. Разные миры… и ничего со времен Средневековья не поменялось, я смотрю.
Кстати, маскировать от герцога свою агентуру эльфы перестали. Похоже, это потому, что Хорни сдать жестокого босса герцогской «контрразведке» испугался, но его желание вернуться на остров поднимать пожар народной войны на рыбацком баркасе не встретило у сюзерена ни только никаких возражений, но и даже вопросов.
И зря что не вызвала возражений. Что герцог, что мой длинноухий друг рискуют сильно пожалеть, что поставили на такого ненадежного человечка в числе прочих. Его баркас оказался не единственным. Впрочем, последнее не удивительно даже из соображения установления простой связи с агентурой, а тут везли разведчиков-диверсантов. В большинстве уроженцев Гатланда.
Не зря в нормальных разведках давным-давно разграничены добывание информации и силовые действия. В наше время Джеймсы Бонды остались только в фильмах и группе «Вымпел» советского времени, правда, опера из последних, как подозреваю, были весьма средненькие. Конечно, найти варианты использования этих наследников Николая Кузнецова не составляло труда, вот только боюсь, что в обычных условиях они редко смогли бы оправдать вложенные в себя средства, прежде чем повторили судьбу этого уникального человека. Впрочем, доставка одного-единственного ядерного фугаса с его подрывом в нужном месте и в нужное время оправдала бы все, это совершенно другой вопрос о самой вероятности войны, в которой не будет победителей.
Но я отвлекся, применительно к этой ситуации огромная ошибка само по себе использование довольно ненадежного человека в делах, требующих недюжинной храбрости и воли. Еще большая – использование его в регионе, где он до того работал. Что его тут знают, как раз неважно, важно то, кого он знает. Даже будь он абсолютно надежным человеком или прочим разумным, пытки не ломают всех только вследствие квалификации палачей. Только единицы реально замотивированы настолько, что молчат несмотря ни на что, так что у пытающего терпение кончается раньше, чем у пытаемого. Чаще к ним просто приходит смерть. Этот не желал такой судьбы и близко, желал жить, причем жить любой ценой.
Перечень контактов Эвниссиэна уточнился, обозначились люди, с которыми у эльфа связи были наиболее плотные, и те, кто имел несчастье участвовать в совместных делах с нашим разговорчивым сквайром, выполняя поставленные куратором задачи. Конечно, Хорни не знал и не мог знать всех контактов начальника, но и того что знал, было за глаза, слишком долго он на него работал. Пересечение информации Брана и Хорни уже давало в этом уверенность.
Жизнь – далеко не глубокомысленные интриги Агаты Кристи, в большинстве случаев особо долго думать не надо, тем более что законом я не связан. Вычислил резидента – определил круг общения – провел оперативные мероприятия касательно круга общения и их окружения (в последнем случае в первую очередь слуг) – выбил агентурную сеть процентов на восемьдесят – девяносто. Ничего сверхъестественного и даже сложного. Остров по сути-то маленький, все люди на виду. Общение нычками «почтовых ящиков», может, и изобрели, но реального контакта избежать практически невозможно. Хотя бы потому, что бумага тут дорогая и грамотность не шибко велика. Самый распространенный способ передачи письменных донесений – делегирование слуг с письмом за пазухой. Все остальное слишком сложно и явно имеет больше минусов, уже убедился в этом. Правда, не надо забывать, что Хорни недостаточно информирован касательно наиболее значимых контактов Эвниссиэна в Харлахе, что бы там ни думал и ни рассказывал. В низах общества, впрочем, тоже. Контакты в среде портовой сволочи эльфы никак не могли не навести, а в общении с ними такие, как сквайр, тоже явно лишние.
Мне тоже не стоит сильно умничать в данной ситуации, самый момент для работы в стиле 1937 года. Арестовываем всех лиц, что всплыли, и начинаем разбираться с каждым по отдельности. С умниками, пытающимися скрыться и оказать сопротивление, жестко начинаем работать сразу. Каждый из них неминуемо выдаст информацию, проясняющую общую картину, останется только обработать. Минус – это то, что заниматься всем придется мне, тут человек может напортачить даже из получивших спецобразование, если мозгов у него меньше, чем самооценки.
Касательно же моих бандюков, выходки и результаты революционной ЧК можно ожидать как здорово живешь. А на кой мне создавать себе проблемы с соблюдением законности и фабрикацией дутых дел, отвлекающих между прочим ресурсы от реальных врагов и их многократно множащие? Особенно в далеком будущем, когда мои опера заматереют? Подобрал я нормальных мужиков, тут надо их не испортить властью и лютой вседозволенностью, а главное показать, как надо работать.