Наверное, я слишком долго пялилась на Диму, потому как в один момент он перехватил мой заинтересованный взгляд и посмотрел мне в глаза и кротко улыбнулся. В ответ я тоже широко улыбнулась. Черт! Он ведь мне не нравится? Он же – чудик! Тогда что это со мной? Да просто весна хмелит…
Идиллия прервалась, когда нам принесли счет. Дима убрал руку с моей, достал из кармана банковскую карту и быстро вложил ее в папку с чеком. Так, значит, сам решил заплатить…
– У вас есть карта постоянного клиента? – насмешливым голосом проговорил официант, глядя на Диму. Ничего-ничего! Сейчас я ему крылышки-то пообломаю! Официанту, то есть.
– А то! – громко проговорила я, ковыряясь в сумке. – Вот! Пожалуйста!
Казалось, парень немного смутился, принимая у меня vip-карту. Для него это стало неожиданностью. Ха-ха-ха! Обломись, сноб!
Официанта какое-то время не было. Затем он вернулся и протянул Диме назад его карту.
– Извините, наш терминал отказывается ее принимать! – злорадно произнес он.
– По-моему, это проблемы вашего терминала, не мои! – неожиданно грубо произнес Дима. Похоже, этот вредный парень окончательно его допек. Вывести из себя такого скромнягу… И что за сервис-то такой? И как они обслуживают клиентов с vip-картой? Грохольская во мне негодовала! Тоже мне! Приличное и дорогое место…
Дима пожал плечами:
– У меня нет с собой налички!
Официант продолжал молча стоять над нами.
– Гм, – начала я. – Дим, давай я заплачу?
Раз уж такая ситуация… В уме прикинула, сколько на карте осталось денег. Кажется, должно хватить. Протянула свою карточку официанту, и тот сразу отчалил.
– Фигня какая-то! – сердито проговорил Дима.
– Бывает! – вздохнула я, отворачиваясь к окну, за которым бурлила вечерняя жизнь. Смеркалось. Вдоль проспекта зажглись уличные фонари.
Официант оказался у нашего столика неожиданно. Подкрался, словно привидение. Протягивая мне карточку, отрицательно покачал головой.
– Кажется, у нас проблемы! – сказал он.
Глава восьмая
– Мы, к сожалению, не можем принять и вашу карту! – Официант отдал карточку Алене и теперь смотрел мне в глаза, ехидно улыбаясь. – Приносим извинения за предоставленные неудобства!
Конечно, он прекрасно знал, кто я. И это жутко бесило. Интересно, что они затеяли? Алена растерянно переводила взгляд с меня на сотрудника «Черемухи».
– Какого… – Я покосился на Грохольскую, затем опять повернулся к официанту: – Что здесь происходит, чувак?
– Может, администратора позвать? – предложила Алена. – А вообще я могу до банкомата сгонять! Где-то ведь он есть недалеко? Раз-два, раз-два – и готово!
Алена активно задвигала локтями, изображая бег. Тут уж мы с официантом в унисон покосились на нее.
– Не надо никуда гонять! – разозлился я.
К нам подошел администратор.
– Вы вполне можете помыть за собой чашки, и инцидент исчерпан! – сказал он нам с Аленой.
Это ведь шутка? Ну, конечно, они меня разводят! Я выглянул из-за плеча администратора и бросил взгляд в сторону кухни. Из небольшого окошка на двери выглядывал ржущий Ярослав. Вот сукин сын! С таким другом и врагов не надо. Не поленился после моего сообщения притащиться в «Черемуху» и устроить весь этот цирк. А Алена, кажется, приняла все за чистую монету.
– Только за собой помыть? – деловито уточнила она.
– Можете еще вон за тем столиком, – нагло кивнул администратор куда-то в сторону. – Молодые люди как раз уходят. Заказывали две пасты и капучино…
Ярик перехватил мой горящий ненавистью взгляд и отправил воздушный поцелуй. Идиот.
– Может, вам еще унитазы помыть? – спросил я.
– Это уже будет лишнее! – встряла Грохольская. Затем поднялась из-за стола. – Ну, мальчики, показывайте, где у вас кухня?
Я молча смотрел на нее. Она серьезно собралась мыть посуду? Алена потянула меня за рукав толстовки.
– Давай-давай, Димулик! Услуга-то нам оказана! Надо заплатить… Не развалимся! Кстати, – Грохольская повернулась к администратору, – морковный тортик у вас отпад! Пальчики оближешь!
– Спасибо! – кивнул парень, передавая Алене поднос и составляя на него посуду. – А вы не пробовали наш фисташковый рулет?
– Не-ет! – удрученно покачала головой девушка, принимая грязные чашки. – Рекомендуете?
– Определенно!
Что, черт возьми, происходит? Может, Грохольская в сговоре с Яриком, и меня сейчас попросту разводят?
По дороге на кухню я поинтересовался у Алены:
– А тебе не кажется, что все это как-то ненормально?
Грохольская тут же пожала плечами.
– Почему? Так всегда делают! Я в кино видела…
– Где? В кино? – переспросил я.
Подозрения зашевелились с новой силой. А что, если все это действительно розыгрыш? Инициатором которого выступил Ярослав. С Аленой они знакомы, и в одном лифте мы оказались не случайно, а по инициативе Яра. Алена так странно себя ведет, потому что играет свою роль. Но в чем выгода для Ярика? Ведь он, таким образом, окончательно проигрывает спор. Я ничего не понимал. Так и застыл посреди ярко освещенного помещения, куда нас провел администратор. Несколько раковин и большая посудомоечная машина. Музыка играла так же громко, как и в основном зале. Больше тут никого не было. По соседству находилась кухня. Из приоткрытой двери доносились веселые голоса, какое-то шипение, стук ножей… Кажется, я расслышал смех Елизарова. Ничего-ничего, дружище. Я тебе сейчас такую посуду намою…
– Ваше рабочее место! – усмехнулся администратор, покосившись на меня. «С тобой-то мы еще встретимся… Клоун», – подумал я.
Парень вышел, закрыв за собой дверь и оставив нас вдвоем. Алена вытянула вперед руки, разглядывая красивые кольца на пальцах.
– Как думаешь, это бижутерия? – озабоченно произнесла она.
– Ты у меня спрашиваешь? – удивился я.
Что за фигня? Это все больше похоже на какой-то развод… Еще этот ковбой в шляпе, что клеился к Алене…
– И долго вы встречались с Густавом? – спросил я у девушки, беря в руки грязную чашку. Лучше не смотреть ей в глаза, а то опять заржу. Вдруг она обидится?
– С Густавом? – переспросила Грохольская и нахмурила брови. Затем, не ответив, загремела посудой. – Как думаешь, это моющее средство можно брать?
– Да не заморачивайся ты! – поморщился я и поставил чашку на стол. Если Ярик думает, что я буду тарелки тут за кем-то намывать, он просто смешон.
Алена задумчиво вертела в руках флакон со средством для мытья посуды. Кажется, для нее это неприятная тема разговора.
– Больные отношения? – спросил я.
– Что? Ах да… Не совсем здоровые. Как и сам Густав!
– Он похож на Шерифа Вуди из «Истории игрушек»! – сказал я.
Алена звонко рассмеялась. Я тоже улыбнулся. Что ж, если все это не глупый розыгрыш, и Грохольская – такая, как есть, то… у нее очень странный вкус на парней. Учитывая, с каким напором она впарила мне свой номер телефона. И этот ее бывший парень… Который выглядит очень эпатажно.
– Все-таки странно, что нас заставили мыть посуду! – звонким голосом проговорила Алена. – Ощущение, что мы чем-то насолили им… Будто нам мстят! Как думаешь, в чем дело?
Тут уж настала моя очередь притворяться шлангом.
– Музыка здесь громкая, да? – спросил я.
– Что? – не расслышала Алена. – Да, возможно! Чтоб с драйвом посуду намывать…
Она схватила тарелку и начала активно намыливать ее яркой оранжевой губкой. Я уселся на длинный кухонный стол и, болтая ногами, стал наблюдать за Грохольской. Та, подпевая группе, чья песня неслась из динамиков, продолжала тереть тарелку.
– Ты серьезно собралась все это мыть? – спросил я.
– А что еще делать с грязной посудой? – пожала плечами Алена, смывая белую пену.
Будто невзначай, я столкнул одну из чашек на пол; она со звоном разлетелась на несколько осколков. Алена вскрикнула и отскочила в сторону. Из-за музыки, закрытой двери и шума на кухне вряд ли кто-то услышал звон и Аленин вскрик.
– Тебя не зацепило? – быстро спросил я. Конечно, я задним умом крепок.
– Не зацепило! – проворчала Алена. – Но ты и правда чудик! У тебя случайно справки нет?
– Чего нет, того нет… – отозвался я.
Из кухни послышался хохот Ярика. Вообще он часто зависал с персоналом. Сотрудники «Черемухи» – молодые парни и девушки, с которыми всегда есть, что обсудить.
– Администратор всего лишь попросил помыть за собой чашки… – сердито продолжила Алена.
Какая же она наивная! И не скажешь ей, что это розыгрыш моего друга-придурка. В том, что Алена сама в это втянута, я уже сомневался.
– А если б он попросил нас натурой расплатиться? – спросил я.
Девушка заметно смутилась.
– Ну, скажешь тоже, Димчик! Ты уж из крайности в крайность…
В эту минуту дверь открылась, и в комнате появился администратор. Он скептически посмотрел на нас и уставился на разбитую чашку.
– Что это? – кивнул он на белые осколки.
– Это раскололось мое сердце, – серьезно произнес я. – Так верил в честность людей… В дружбу. Вы когда-нибудь разочаровывались в своих товарищах… – Я сделал вид, будто читаю его имя на бейджике, хотя прекрасно знал, как парня зовут. – Анатолий?
– Ну, бывало, конечно! А сейчас я просто исполняю приказы руководства!
– Понятно, – усмехнулся я. – Ваш шеф – чудовище! Так ему и передайте… Анатолий.
Алена, замерев с тарелкой в руках, во все глаза смотрела на нас.
– Передам! – улыбнулся Толик.
– А еще он дятел, – продолжил я. – Это, надеюсь, тоже передадите?
– Над этим еще подумаю, – сдержанно кивнул парень.
Мне хотелось сказать что покрепче, но я решил не разочаровывать Грохольскую. Она и без этого выглядела растерянной.
Толик кивнул на большие настенные часы:
– Начальство дало вам пять минут домыть все и… хм… Прибраться за собой. Время пошло!
Администратор вновь вышел из комнатки, хлопнув дверью.
– Дим, ты зачем нарываешься? – спросила Алена.