На следующий день после занятий я заскочила домой, пообедала и на всякий случай черкнула маме пару строк о том, что мы с Ксеней устраиваем девичник в пустой квартире ее сестры. Попробовав мою стряпню, чудик надолго в гостях не задержится. А уж когда узнает правду… Хоть так, хоть эдак, до полуночи наверняка уже уйдет. Вряд ли мне захочется по темноте переться к себе, поэтому переночую у Насти.
Встретились мы с Царевой у Настиного подъезда. Подруга сказала, что к приходу Димы нам надо подготовить «берлогу Грохольской». Что она имела в виду, я понятия не имела. В руках у Ксени была небольшая картонная коробка.
– Что у тебя там? – хмуро кивнула я. Мне это уже не нравилось. – Бомба?
– Ага… – пропыхтела Царева, одной рукой придерживая коробку, а другой ища в кармане ключи от домофона. Пилик-пилик! – Заходи!
Мы миновали консьержку, которая с интересом смотрела какую-то отечественную мыльную оперу и даже не глянула на нас. Странно, сколько уже раз мы беспрепятственно проходили через нее. Она то спит, то в ящик пялится. Хотя мне это на руку, конечно… А то как бы чудик объяснил, что он пришел в гости к Грохольской, которая тут не живет?
В лифте мы с Царевой молча уставились в большое зеркало.
– Я позвала Петро… и Свету, – крепко обнимая коробку, сообщила моему отражению Ксеня.
– Им-то зачем сюда тащиться? – возмутилась я.
– Свете – понятно зачем. Подобрать тебе наряд на вечер… А Петро… просто. Ты по нему разве не соскучилась? Давно не общались, как раньше.
– Три дня? – хмыкнула я.
– Он сегодня не пришел в универ…
Лифт остановился, двери разъехались. Царева уже собралась выйти, но я перегородила ей дорогу.
– Я серьезно, Ксень, попробуй его отпустить.
– Что ты делаешь из меня какого-то монстра! – нахмурилась подруга, направляясь от лифта к двери Настиной квартиры. – Я же их двоих позвала! Совет да любовь!
В коробке, к моему изумлению, оказались рамки с фотографиями, на которых была я.
– Царева, ты психически больная!
– Но нам же нужно сделать видимость того, что это твоя квартира…
– Ты точно фильмов пересмотрела! – Бороться с ней бесполезно, но как только Ксеня уйдет, спрячу эти дурацкие рамочки. Я тут смелости набираюсь, чтобы правду рассказать, а Царева только усугубляет ситуацию с моим враньем. – Все мои фотки из «ВКонтакте» распечатала?
– А рамки какие подобрала? Можешь не благодарить!
– Сумасшедшая! – покачала я головой.
Мы положили продукты для будущего ужина в холодильник, полили многочисленные цветы, протерли пыль…
– Признавайся, ты затеяла эту ерунду с романтическим ужином, чтобы я помогла тебе квартиру к Настиному приезду отдраить? – сказала я, протирая стеклянную дверь лоджии.
Царева злорадно расхохоталась:
– Нет, так случайно вышло… Честно!
– Ну-ну…
На лоджии было светло и просторно. Практически еще одна комната. И вид на зеленый городской парк за домами был просто шикарный. Вечером здесь, наверное, такая красота… Эх, Света права. Райончик что надо… Я оглядела двор и заметила внизу знакомый силуэт.
– Смотри-ка! Вон Петька тащится… Один.
– Один? – переспросила Ксеня, выглядывая вниз.
– Ага! – Я посмотрела на Цареву. И все-таки в ее голосе звучали нотки радости.
– А Света как же? – удивилась подруга и пронзительно завизжала.
От неожиданности я подскочила на месте. Что с ней? Все-таки углядела рядом с Петькой Елизарову?
– Шмель! Шмель! Гига-а-антский! Мамочки!
– Что? Где? – завопила я в ответ, не хватало только еще добавить вопрос: «Когда?» Потому как головой я завертела словно «хрустальная сова» из одной небезызвестной передачи.
– Прямо над тобой! – заметалась по лоджии Ксеня.
Я услышала грозное жужжание над ухом и, зажмурившись, отпрыгнула. Мы, как два хомяка в стеклянном аквариуме, заметались из одного угла лоджии в другой. Наконец до нас дошло выскочить в комнату и закрыть за собой дверь.
– Слышишь жужжание? – шепотом спросила Царева.
– Не-а! Только стук своего сердца…
– Это в дверь стучат, Горошкина! – рассмеялась Ксеня и направилась в коридор. – Да уж, заставил этот шмель нас понервничать!
На пороге стоял довольный Петька.
– Я не опоздал? – весело спросил он. Чего это он такой довольный?
– Ты очень вовремя, – ответила я. – Как раз закончили все убирать!
– Точно, вовремя! – рассмеялся Петька и щелкнул по носу удивленную Ксеню. Видимо, такой раздухарившийся Петя ее тоже поразил. Обычно он заходил, уткнувшись носом в смартфон, не замечая ничего вокруг…
Спустя пару минут раздался звонок: пожаловала Света Елизарова. Мы с Ксеней переглянулись. Интересно, до двора они дошли вместе или все-таки по раздельности?
– О, Петя, ты уже здесь? – не слишком правдоподобно произнесла блондинка, и мы с Царевой снова покосились друг на друга. Ксеня хмыкнула.
Петька прошел в комнату и тут же уперся взглядом в мою фотографию. Ксеня специально поставила рамку на самое видное место.
– Хм, интересненько! – проговорил он.
В ответ я покрутила пальцем у виска и кивком указала на Цареву. Петька понимающе улыбнулся. Ксеня сделала широкий жест рукой:
– Ну как? Хороша берлога Грохольской?
– Хороша! – закивала Света. – Мне так нравится участвовать в этом вашем эксперименте! Только, кажется, книг маловато…
– Правильно! Грохольская должна любить читать! – кивнула Царева. – Молодец, Света!
– А жонглировать Грохольская не должна уметь? – спросил Петя.
Вот точно! Спасибо за поддержку, друг! Все это уже на какой-то сумасшедший дом походит… А не на «холостяцкую берлогу». Но Света и Ксеня его будто не услышали.
– Лучше, если это будут книги по психологии и саморазвитию! – проговорила блондинка.
– Верно-верно! – кивнула Царева. – Надо положить книжечку на самое видное место… Парни любят серьезных девушек.
Ха-ха! Разве?
– Посмотрим, вдруг есть что подходящее у Насти… – задумчиво произнесла Ксеня. – Может, есть у нее что-нибудь наподобие «Как делать большие деньги в малом бизнесе» Джефри Фокса или «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей» Карнеги?
– Ох, классика! – с благоговением пролепетала Елизарова.
Петька подошел к этажерке и достал оттуда яркую брошюру.
– «Как приучить к туалету…» – начал читать он. – Такое вам, девчонки, не подойдет?
Света Елизарова выглядела озадаченной, я громко расхохоталась. А Царева, словно фурия, бросилась за брошюрой:
– Это, наверное, для Настиного глупого чихуахуа! Отдай!
– Успокойтесь вы с этими книгами, – отсмеявшись, сказала я. – Поздно уже, скоро чудик придет! Вот будет хохма, если он всех тут застанет! А мне еще готовить…
– И переодеться! – будто самой себе напомнила Света и отправилась в Настину спальню.
– Что, Горошкина, будешь сегодня со своим ботаником любовь строить? – спросил Петька.
Ой, какой же дурачина!
– Угу, – сказала я, листая мамину книгу с рецептами. – Не все ж тебе одному романы крутить…
Петя сделал вид, будто не понял, о чем я.
– Вы хотя бы уже целовались? – не унимался он.
– Отвали!
– С языком?
Я захлопнула книгу.
– Слушай, ты чего-то больно болтливый стал! Птица-говорун!
Ксеня, как обычно, не принимала в нашей перепалке никакого участия. Тут в комнате появилась Света.
– Как насчет брюк? – продемонстрировала она светлый брючный костюм.
– Это такое сейчас модно? – удивилась я, рассматривая предложенный вариант. – Брюки такие широченные…
– От бедра! – пожала плечами Елизарова.
Петька подошел ко мне, по-свойски обнял и вдруг выдал:
– Скажи, Аленка, ведь недаром сейчас напялишь шаровары…
Я тут же оттолкнула его.
– Хлеб у нас с Царевой отбираешь? – Возмущению моему не было предела, ведь Петька наши стишки терпеть не мог. Но они нравились Свете… Неужели перед ней старается? Мы с Царевой вновь переглянулись. – Прям не узнаю тебя!
– Да, были Петьки в наше время! Не то что нынешнее племя! – рассмеялась Ксеня.
– Сейчас запомнит вся Россия Петра-говоруна! – проворчала я. – Серьезно, уматывайте уже отсюда! Сама со всем справлюсь…
– А макияж? – пискнула Света.
– Ты столько раз меня красила… уж что-то я запомнила! – запротестовала я.
Меня все это пугало. Чем дальше, тем запутаннее… Хотелось уже скорее покончить со всем. Решусь… Обязательно решусь рассказать сегодня Диме всю правду.
– Ладно, – вздохнула Елизарова. – Я там на кровати еще пару комплектов оставила… И аксессуары к ним!
– Разберусь! – нахмурившись, кивнула я.
Ксеня первой вышла за дверь. Петька, сидя на корточках, долго возился со шнурками на кедах. Краем глаза я увидела, как Света осторожно, чтобы никто не заметил, провела рукой по Петькиным светлым взъерошенным волосам. Он, опустив голову ниже, улыбнулся. А я отвернулась. Все ясно, вот какую игру они затеяли…
Интересно, и как сейчас эта компания разойдется? Ведь Петя и Ксеня живут в одном доме, то есть по идее они должны пойти вместе, а парню наверняка захочется проводить Елизарову.
Дождавшись, когда вся троица загрузится в лифт, я закрыла дверь и ринулась на лоджию, совсем позабыв про шмеля. Хотя он наверняка уже вылетел на улицу…
С высоты шестнадцатого этажа друзья казались совсем крошечными. Мне пришлось осторожно высунуть голову, чтоб разглядеть их лучше. Вот они остановились у того самого куста сирени, где я решилась поцеловать Диму… О чем-то недолго поговорили. А затем… разошлись в разные стороны. Каждый – в свою. Вот так новости! Если сверху провести между ними воображаемые линии, получится равнобедренный треугольник… Дела!
Вдалеке пронзительно заверещала сигнализация. Я прикрыла окно лоджии и посмотрела на теплый закат. Солнце, словно спелый персик, пряталось за дома. Хорошо тут летом: можно распахнуть все форточки, пить чай, читать, слушать музыку и любоваться городом.
Ой, совсем скоро придет Дима, а у меня еще ничего не готово…
Я вернулась в кухню, забралась на высокий стул и в сотый раз раскрыла поваренную книгу, лежавшую на барной стойке. Страница сто сорок три. Мясо по-французски. «В качестве соуса используют бешамель…» Бешамель. Бешамель. Бешамель. Слово какое-то смешное. Я произнесла его вслух и хихикнула себе под нос. А как его готовить-то, эй? Об этом ни слова… Вновь зашелестела страницами. Да, чувствую, мое коронное блюдо Дима на всю жизнь запомнит…