Мелкие, аккуратные черты лица мисс Сильвер выражали упрямство и крайнюю степень недоверия. Она тихо кашлянула и спросила:
— Вам не приходило в голову, что ее могли убить?
Лэмб удивленно уставился на нее.
— Нет, не приходило, — твердо заявил он.
— А если как следует подумать, инспектор? Я настоятельно вас прошу, подумайте хорошенько.
Он хмуро встретил взгляд ее ясных глаз.
— На каком основании?
Она заговорила ровным, тихим голосом человека, твердо уверенного в своей правоте.
— Я далеко не уверена, инспектор, что суть этого дела можно объяснить только что выдвинутой вами теорией. У меня есть все основания полагать, что главное в этом деле не ограбление, а шантаж. И в вашей версии этот вопрос никак не затронут. Миссис Андервуд шантажировали.
Лэмб кивнул:
— Да. Карола Роланд.
Мисс Сильвер смотрела ему прямо в глаза.
— Совершенно в этом не уверена.
— Но почему? Ведь письмо миссис Андервуд мы нашли именно у нее. В ее сумочке.
— Причем она сама позволила миссис Андервуд увидеть его там в понедельник вечером, когда они играли в бридж в квартире Уиллардов. На мой взгляд, это исключает факт, что именно мисс Роланд была шантажисткой. Тут надо смотреть глубже. Если бы она шантажировала миссис Андервуд, то приложила бы все усилия, чтоб сохранить это в тайне. И тем не менее она беззаботно носила уличающее ее письмо в сумочке и даже позволила увидеть его. Да, возможно, это служит лишь доказательством ее мстительной и вздорной натуры, когда она, к примеру, взялась сводить старые счеты с майором Армитейджем, притворяясь, что доводится ему женой. Она прекрасно понимала, что ничего не добьется, ну разве что приведет его в бешенство, но ей казалось, что дело того стоит. Возможно, ту же тактику она решила применить и к миссис Андервуд, насладиться тем, как расстроится эта дама, увидев письмо, пусть даже этих женщин ничто не связывало, кроме соседства, и делить им было некого и нечего.
На губах Лэмба играла добродушная улыбка.
— Вам бы детективные романы писать, мисс Сильвер. Я простой полицейский, и для меня главное факты. Миссис Андервуд написала письмо в ответ на очередное требование денег, и это письмо нашли в сумочке мисс Роланд. Лично для меня этого достаточно, и думаю, что для суда присяжных — тоже. А знаете, какой главный недостаток всех детективов-любителей? Никак не могут поверить в простые факты в простом деле — они для них, видите ли, недостаточно хороши. Вам непременно надо все запутать, приукрасить, драматизировать до полного абсурда.
Мисс Сильвер вежливо улыбнулась:
— Возможно, вы правы, инспектор. Лично я так не думаю, но не хочу показаться неблагодарной в ответ на внимание и помощь, которые вы мне оказали. Я и сама не слишком довольна своей работой в этом деле. Но если вы согласитесь выслушать меня еще хотя бы минуту, это облегчит мою совесть и позволит рассказать о своих подозрениях. Улик и фактов у меня нет. И я лишь могу просить вас убедиться, что мисс Гарсайд убрали с дороги потому, что под угрозой оказались чья-то жизнь и свобода, что она, побывав в квартире мисс Роланд, стала нежеланным свидетелем и так приблизилась к убийце, что подставила себя под удар. — Тут без всякой паузы, без перехода и не меняя выражения, она вдруг спросила: — Помните дело миссис Симпсон?
Лэмб, который уже собрался уходить, резко развернулся к ней лицом, недовольно хмыкнул и проворчал:
— Еще бы не помнить!
— Кажется, она была ученицей «Стервятников». Эта организация занималась шантажом на политическом уровне, верно?
— Да, верно. И расследованием занималось тогда министерство иностранных дел, Скотленд-Ярд не принимал почти никакого участия. Там было еще и дело Денни, она выставляла себя медиумом, называла себя…
— Асфодель [13], — подсказала мисс Сильвер. — Все время выдавала себя за кого-то другого, была настоящим мастером перевоплощения. В конце концов ее арестовали за убийство мисс Спеддинг, но дело до суда так и не дошло. Она вроде бы сбежала.
Лэмб кивнул:
— Да. Кто-то подстроил столкновение с полицейским фургоном. Водитель погиб. Мод Миллисент исчезла.
Мисс Сильвер слегка нахмурилась и напомнила инспектору строгую школьную учительницу.
— Полагаю, лучше называть ее миссис Симпсон. Имя Мод навевает столь волнующие и прекрасные ассоциации с покойным лордом Теннисоном.
Лэмб неожиданно для самого себя зааплодировал.
— Да, мисс Сильвер, пожалуй, вы правы. Пусть будет миссис Симпсон. Но откуда вам так много о ней известно? Ведь о делах, в которых она была замешана, пресса писала крайне скупо или вообще ничего. Секретность и все такое прочее.
Мисс Сильвер усмехнулась:
— Просто у меня много старых добрых знакомых в Ледлингтоне. Отец миссис Симпсон был викарием в тамошней церкви Святого Леонарда. Судя по всему, весьма достойный был человек. Я также имела удовольствие познакомиться с полковником Гарреттом из разведывательного управления при министерстве иностранных дел, мы встречались у наших общих друзей, Чарлза Моурея с супругой, как раз после завершения дела по убийству Спеддинг. И когда он узнал, что мне известна история происхождения миссис Симпсон, то много чего мне о ней рассказал. Ее, кажется, так до сих пор и не нашли.
— Да, больше никто о ней не слышал. С тех пор прошло года три, не меньше.
— А вам не приходило в голову, что именно она могла быть главным действующим лицом в деле шантажистов из Мейфэра?
Лэмб покачал головой:
— Вечно вы все усложняете. Да шантажистов развелось, как грязи, и нет никакого смысла приплетать сюда еще и миссис Симпсон. К тому же она, возможно, уже умерла.
Мисс Сильвер заметила сдержанно:
— Однако, согласитесь, она очень опасная особа.
— В том нет никаких сомнений.
— Я говорила, что не могу представить вам каких-либо доказательств, но ошибалась. Одно, пожалуй, все же имеется. И дело вот в чем. Сегодня днем у мисс Гарсайд побывала гостья.
Лэмб так и впился в нее глазами.
— Откуда вы знаете?
— Миссис Андервуд видела, как эта женщина выходила. Было это в половине пятого, миссис Андервуд пригласила меня на чай и выглянула на площадку посмотреть, иду я или нет.
— И кого же она увидела? — спросил Лэмб.
— Незнакомку. Миссис Андервуд никогда не видела эту женщину прежде, и потом та промелькнула очень быстро. Она заметила только светлые волосы до плеч, красивое черное платье и шляпку, очки в светлой черепаховой оправе, светлые перчатки, тончайшие прозрачные чулки и шикарные черные туфли.
Инспектор Лэмб усмехнулся:
— Однако немало ей удалось разглядеть буквально за секунду!
— Не больше, чем заметила бы любая другая женщина.
— Ну ладно, тут вы меня убедили. Ну а кем могла быть эта гостья, какие предположения? Мы постараемся ее найти. Возможно, она последняя, кто видел мисс Гарсайд в живых. Но в остальном… сомневаюсь, что она имеет какое-то отношение ко всему этому. Или же вы предполагаете, что то была знаменитая миссис Симпсон?
Мисс Сильвер кашлянула.
— Не в моей компетенции делать какие-то предположения. Однако, согласитесь, если бы миссис Симпсон была замешана в этом деле, она бы, ни минуты не колеблясь, устранила бы любого, кто мог оказаться опасным для нее свидетелем.
Лэмб добродушно улыбнулся:
— А теперь, мисс Сильвер, ступайте, передохните немного. Вы явно разнервничались, и мы не можем допустить, чтобы это отразилось на вашем здоровье. Хороших людей не так уж много, их надо беречь, согласны?
Но мисс Сильвер не обратила внимания на его ремарку. Она приблизилась к инспектору и положила руку ему на плечо.
— Можете оставить здесь на ночь своего человека, инспектор? Я очень волнуюсь за безопасность одного из обитателей квартиры миссис Андервуд. Сама я найду благовидный предлог остаться в этом доме еще на одну ночь, но буду очень признательна вам, если вы выделите хотя бы одного полицейского, пусть подежурит у них в прихожей.
Лэмб нахмурился.
— Могу поставить одного, но только на лестничной площадке. А в квартиру не имею права без специального разрешения и согласия миссис Андервуд.
Мисс Сильвер на секунду задумалась, потом сказала:
— Хорошо, инспектор. На площадку так на площадку.
— А вы ступайте и отдохните хорошенько, — сказал инспектор Лэмб.
Глава 44
Вместо того чтобы последовать доброму, чуть ли не отеческому совету инспектора, мисс Сильвер надела пальто и шляпу, быстро дошла до угла улицы и села в автобус, следующий в центр.
Было еще светло, когда она добралась до Хай-стрит. Несколько расспросов, пять минут ходьбы, и вот она уже достигла цели своего пути — подошла к небольшому старомодному ювелирному магазину «Джексон» — это название было выведено над входом поблекшими золотыми буквами. Жалюзи на окнах были подняты. Мисс Сильвер подошла к служебному входу и надавила на кнопку звонка. Несколько секунд ожидания, и ей открыла миссис Джексон. Мисс Сильвер спросила:
— Могу я войти? Мы с вами встречались сегодня утром в квартире вашей сестры в доме Вандерлёра. Я Сильвер, мисс Мод Сильвер. И мне крайне необходимо переговорить с вами.
С этими словами она уже переступила порог.
Надо сказать, что миссис Джексон была не в восторге от ее появления, однако все же затворила за ней дверь и провела по темному коридору в заднюю часть здания. В уютной, старомодно обставленной гостиной с красными шторами из синели горел свет. В середине стоял стол, вокруг него — стулья, у стены — набитый конским волосом диван с гнутой спинкой, в другом углу — пианино. Стену у камина украшало множество фотографий. Только теперь, в свете электрической лампы, стало заметно, какой бледной и измученной выглядит миссис Джексон, в каком беспорядке ее бесцветные волосы. И вообще у нее был вид женщины, которую застигли врасплох. Выдержав небольшую паузу, она сказала:
— Прошу, присаживайтесь.