Внешнеполитические факторы развития Феодальной Руси — страница 5 из 58

Таким образом, в представлении восточного автора, Хазария — таможенный пункт на большой дороге транзитной торговли с востоком, через который проходят купцы, уплачивая пошлину.

Основной дорогой славянской торговли с Востоком был Волжский путь. В. Б. Вилинбахов пишет, например, на основании анализа находок кладов арабского серебра, что «основную роль в торговле между Западом

и Востоком в раннее средневековье играл не «путь из варяг в греки», а Волжский путь, непосредственно соединяющий Балтийское и Каспийское море» . Установление постоянных торговых отношений по Волжскому пути, судя по находкам кладов арабского серебра, относилось ко второй половине VIII в.

В отличие от причерноморских степей в Поволжье сложилась обстановка, благоприятствующая развитию славянской торговли со странами Востока. В Среднем Поволжье безопасность торговли обеспечивали болгары, а в низовьях Волги — Хазарский каганат, который был кровно заинтересован в нормальном функционировании этого пути, так как доходы от транзитной торговли составляли основу его существования. В связи с этим, как нам представляется, нельзя согласиться с категорическим утверждением об отрицательной роли каганата в развитии славянской торговли с восточными странами. Конечно, Хазарский каганат был паразитическим государством, жившим на доходы с транзитной торговли, но именно в силу этого обеспечение хотя бы минимальной безопасности купцов являлось непременным условием его существования и, несомненно, эта безопасность в какой-то мере обеспечивалась. Не случайно в известных в исторической литературе случаях ограбления русских караванов хазарами речь идет не о купцах, мирно торговавших по Волжскому пути, а о военных экспедициях, возвращавшихся из грабительских походов в прикаспийские страны. Хазары лучше обеспечивали торговые пути, чем это могли бы сделать кочевые племена, для которых грабежи были постоянным занятием и с которыми было невозможно установление сколько-нибудь стабильных мирных отношений. Поэтому, как нам представляется, можно согласиться с выводом В. Б. Вилинбахова о том, что гибель Хазарского каганата под ударами половцев поставила под угрозу всякую торговлю по Волге, что привело в конце XI в. к упадку торговли по этому важному пути 2.

В целом влияние Хазарского каганата на историю славян было незначительным. Основные славянские земли оставались отделенными от владений хазарских каганов широкой полосой степей, занятых кочевниками. Взаимоотношения славян с хазарами фактически сводились к эпизодическим выплатам дани с некоторой части оседлого славянского населения, преимущественно в пограничных со степью районах, к торговой «десятине» хазарским каганам во время торговых поездок славянских купцов на восток и, может быть, к каким-то формам зависимости от каганата славянских переселенцев, продвигавшихся с VIII в. на юго-восток Европы и селившихся в непосредственной близости от хазарских владений. А впоследствии, когда в X в. на Таманском полуострове возникло русское княжество

Тмутаракань и славяне непосредственно столкнулись с хазарами, каганат уже не представлял сколько-нибудь значительной силы и был разгромлен киевским князем Святославом.

В первые столетия борьбы славянских племен с кочевниками условия их развития существенно не отличались от условий развития других оседлых народов Восточной и Центральной Европы. Кочевые азиатские орды или просто проходили по причерноморским степям, двигаясь на запад (гунны, авары), или были недостаточно сильны, чтобы сколько-нибудь существенно повлиять на историческое развитие славян (племенные объединения кочевников послегуннского периода, хазары). Возникновение особых исторических условий развития славян связано с проникновением в Восточную Европу следующих волн азиатских кочевников: печенегов, половцев и главным образом монголо-татар.


БОРЬБА ДРЕВНЕЙ РУСИ С ПЕЧЕНЕГАМИ, ГОРКАМИ И ПОЛОВЦАМИ


VIII—IX столетия были для славян временем успешной борьбы с кочевниками причерноморских степей и продвижения на юго-восток, далеко за пределы лесостепной зоны. Славянские земледельческие поселения появились на Дону и Северном Донце, в степях Приазовья и на Тамани, постепенно сокращая область распространения скотоводческого хозяйства, подрывая экономическую базу ранее господствовавших здесь кочевых племен. Проникновение в степи Юго-Восточной Европы славянского земледельческого населения способствовало процессу «славянизации» кочевников и росту в их среде классовой дифференциации. Соотношение сил в Северном Причерноморье в это время значительно изменилось. Славянские племена, находившиеся на более высокой ступени социально-экономического развития и уже переходившие к феодализму, успешно теснили разрозненные и ослабленные племенные объединения кочевников. Эпизодические набеги кочевников — болгар и венгров — на русские земли, предпринимаемые с целью грабежа и захвата пленных, существенным образом не изменяли положение. Преобладание славян в Причерноморье становилось все заметнее. Однако в X в. в причерноморские степи хлынула новая волна азиатских кочевников, и Руси снова пришлось вести с ними тяжелую, изнурительную борьбу. Но теперь кочевникам противостояли не отдельные славянские племена, а могучее Древнерусское государство, сумевшее объединить силы славян для борьбы с общим врагом, и речь шла

же не о покорении славянских земель пришельцами из Азии, а о сдерживании Русью их натиска на границах, о безопасности земледельческого населения, селившегося на степной окраине. При всей тяжести борьбы с воинственными кочевыми ордами ни в X в., ни в последующие два с поло-иной столетия не вставал вопрос о самостоятельном существовании Древнерусского государства. Русь была уже достаточно сильна, чтобы защитить свою независимость.

I

Новую полосу вторжения азиатских кочевников в Северное Причеррноморье открыли тюркские племена печенегов, пришельцев из степей Средней Азии (М. И. Артамонов считает древним местожительством печенегов район к северу от Аральского моря, включая нижнее и среднее течение Сыр-Дарьи).

В конце VIII или в начале IX в. печенеги захватили степи между Волгой и Уралом и создали там сильное племенное объединение, в состав которого вошли, кроме них самих, местные сарматские и отчасти финно-угорские племена. Область племенного союза печенегов ограничивалась с запада Волгой, с юга — рекой Уралом, с востока — Уральским хребтом, на северо-западе доходила до Жигулевских гор. Под давлением огузского и кыпчакского союзов племен печенеги перешли Волгу и, обойдя с севера основные владения Хазарского каганата, в конце IX в. вторглись в Северное Причерноморье. Константин Багрянородный сообщает в своем сочинении, написанном между 948 и 952 гг., что печенеги появились в причерноморских степях за 50—55 лет до этого, т. е. примерно в 90-х годах X столетия. Более ранние известия о наступлении печенегов, содержащиеся в хронике Регино, относились к 889 г.

Печенеги быстро захватили широкую полосу степей, отделявшую славянские земли от владений Хазарского каганата, разгромили и оттеснили на запад венгров (угров). К началу X в. печенежская орда завладела всей степной частью Северного Причерноморья, от Волги до Прута.

Быстрое продвижение печенегов на запад объясняется прежде всего слабостью их противников. Местные племенные объединения кочевников, разрозненные и ослабленные борьбой со славянами, не сумели оказать пришельцам сколько-нибудь значительного сопротивления. Немаловажную роль сыграло и то обстоятельство, что печенеги нашли в причерноморских степях родственную им этническую среду — кочевые племена, увлеченные сюда гуннами и следующими волнами азиатских завоевателей. Местные кочевые племена вошли в состав печенежской орды и быстро растворились в ней. Не могла оказать серьезного сопротивления печенегам и Хазария. Хазары с трудом защищали от кочевников свои владения в Приазовье и на Северном Кавказе, предоставив им полную свободу двигаться на запад. Говорить о подчинении хазарским каганам даже части печенегов нет оснований; наоборот, восточные авторы подчеркивают их воинственность и независимость. Так, Абу-Дулаф писал в своей «Книге о чудесах стран» (X в.) о печенегах: «Это люди длиннобородые, усатые, производящие набеги друг на друга... Они никому не платят дани» '.

Печенежская орда, завладевшая причерноморскими степями, переживала период военной демократии, высшей ступени родо-племенного строя. По свидетельству Константина Багрянородного, печенежский союз делился на восемь колен или племен, во главе каждого из таких племен стояли «великие князья». Племена в свою очередь разделялись на роды, которых насчитывалось 40. Власть вождей была наследственной, но право на нее принадлежало не отдельным семьям, а определенным родам. Вожди обладали значительными богатствами, накопленными в результате грабительских походов. Заметную роль в жизни печенежского общества играли советы старейшин и народные собрания, в которых принимало участие все взрослое население.

Многочисленная и воинственная печенежская орда представляла серьезную опасность для соседних оседлых народов. Русь, Болгария, Византия стали постоянными объектами набегов этих кочевников. Насколько опасными и опустошительными были печенежские набеги и как трудно было с ними бороться, видно хотя бы из сообщения о печенегах автора X в. Феофилакта Болгарского: «Их набег — удар молнии, их отступление тяжело и легко в одно и то же время: тяжело от множества добычи, легко — от быстроты бегства. Нападая, они предупреждают молву, а отступая, не дают преследующим возможности о них услышать. А главное — они опустошают чужую страну, а своей не имеют... Жизнь мирная — для них несчастье, верх благополучия — когда они имеют удобный случай для войны или когда насмехаются над мирным договором. Самое худшее то, что они своим множеством превосходят весенних пчел, и никто еще не знал, сколькими тысячами или десятками тысяч они считаются: число их бесчисленно» 2.

Впервые новые пришельцы из азиатских степей попали в поле зрения русского летописца в 915 г. Под этим годом в Ипатьевской летописи записано: «Приидоша Печенези первое на Русскую землю и створивше миръ съ Игоремъ, идоша к Дунаю». Спустя пять лет, в 920 г., киевский князь уже воевал с печенегами («Игорь же воеваша на Печенегы») 3. Затем печенеги исчезают из русских летописей почти на двадцать пять лет и снова