– Я – Анна Бенц. Позвольте спросить, знаете ли вы Марио Лупо?
– Конечно, знаю. Вы – его клиенты, я полагаю. Это что, один из его экспериментов?
– Ну не совсем, вернее – нет.
У Майлза пронеслась в голове тысяча возможных объяснений только что происходившему. Он почувствовал себя испуганным и смущенным. Он стоял полуобнаженным на чужой кухне, напротив очень сердито смотревшей на него женщины. Женщины, которая знала Марио, знала о его экспериментах. Майлз уяснил для себя, что каждая новая вещь, которую он узнавал о Марио, радовала его все меньше и меньше.
– А откуда вы его знаете? Вы когда-нибудь участвовали в его экспериментах?
– Можно сказать и так, – усмехнулась женщина. – Марио – отец моей дочери.
– Что? – спросили Анна и Майлз вместе. Они посмотрели друг на друга. Анна повернулась к женщине спиной.
– Вы доверяете ему?
– Я похожа на человека, который может ему доверять? – ответила женщина, с поразительной ясностью Майлз услышал в ее голосе горечь. Он все замечал вокруг себя, даже текстуру крышки деревянного стола возле своих обнаженных бедер.
– Как вы считаете, когда, возвратившись домой, вдруг обнаруживаешь на своем кухонном столе двух голых людей, занимающихся сексом, это способствует росту доверия? Я так не считаю. Марио Лупо – безумец. Опасный безумец. На этот раз все зашло слишком далеко!
– Нам нужно идти, – сказала Анна.
– Это точно! Вам лучше уйти немедленно, иначе я вызову полицию, – заявила женщина. – Кстати, сколько времени вы здесь находились?
– Всего лишь несколько недель, – ответила Анна.
– Недель!
– Мы вели себя здесь очень аккуратно, старались ничего не испортить. – Анна посмотрела на Майлза. – Знаете, он украл деньги. Он – вор, который обманом сделал из нас соучастников. Я изо всех сил старалась не думать об этом, но это правда.
Майлзу нравилось, как Анна говорила. Ее голос звучал очень сексуально.
– Майлз, мы должны поймать Марио. Он ушел всего несколько минут назад, мы еще можем его догнать.
«Черта с два! – подумал он. Затем волна злости прокатилась внутри него. – Марио Лупо, ничтожный мерзавец!»
– У вас есть велосипеды? – спросил Майлз внезапно. Анна взглянула на него, как на сумасшедшего, и не удивительно. Он посмотрел на хозяйку дома.
– Вы меня спрашиваете?
– У вас есть велосипед?
– Зачем, что вы хотите с ним сделать? – спросила она.
– Купить его у вас. За сколько скажете, деньги – не вопрос.
– В подвале есть два горных велосипеда. Тысячу фунтов за каждый, – сказала женщина. Тень улыбки промелькнула на ее лице, на котором застыло выражение вечной мерзлоты.
– Две тысячи фунтов за два, – подытожил Майлз. – Идет!
Анна снова посмотрела на него. Он улыбался, наслаждаясь происходящим.
– У тебя есть две тысячи фунтов?
– Думаю, да, – ответил Майлз. Он опустил руку в карман своих все еще приспущенных брюк и достал пачку денег, от которой заблестели бы глаза даже у торговца подержанными «ягуарами». Он отсчитал две тысячи и положил деньги на кухонный стол. Пачка была еще приличного размера, когда он сунул ее обратно в карман.
– Ты взял их… – начала Анна.
– …не из банкомата, – закончил фразу Майлз.
– В какую сторону они могли поехать? – спросила Анна, когда оба сели на улице на свои очень дорогие велосипеды.
Хозяйка дома и ее дочь стояли возле окна и следили за ними. Анна и Майлз по-дружески помахали им рукой, отъезжая от дома.
– Я не знаю. Да меня это и мало интересует, просто хотел поскорей оттуда убраться. А ты ведь без своей машины.
– Мы должны поймать его! – крикнула Анна. Ее лицо выглядело другим: жестким и злым.
– А, забудь. Это уже не важно. Поехали покатаемся по парку, он здесь, прямо в конце этой улицы.
– Это важно, – холодно сказала Анна. – Марио испортил наш эксперимент. Он перешагнул через нас, использовал нас. Он заплатит за это. Пола согласилась бы со мной, я уверена, знаю.
– Ладно, но как, черт возьми, мы сможем его найти?
– Я не знаю.
Анна начала крутить педали через Брайан-стон-сквер. Майлзу ничего не оставалось, как поехать за ней следом. Они доехали до Георг-стрит, там Анна повернула направо. Она начала ехать по встречной полосе, пока Майлз не напомнил ей, что она в Англии.
– Тогда лучше бы тебе ехать впереди.
– Почему? Я не знаю, куда мы едем.
– Доверься своим ощущениям!
– Как это, интересно?
– Ты говорил в машине, что у тебя теперь слишком много ощущений. Используй их.
– Мне они нужны совсем для другого – для тебя.
– Разозлись, Майлз. Нас обманули. Разозлись и используй это чувство, чтобы найти Марио.
– Боже, как сексуально ты это сказала. Не могли бы отправиться в какой-нибудь отель и продолжить? У меня все еще как деревяшка.
– Сохрани ее, Майлз. Я не упущу шанс воспользоваться ею, не волнуйся. Так куда едем?
– Ладно, сейчас попробую почувствовать, куда.
Майлз смеялся над абсурдностью ситуации, но вместе с тем ощущал что-то очень странное. Он посмотрел вверх-вниз по Георг-стрит. Они были в центре лондонского Уэст-Энда, здесь по меньшей мере одиннадцать тысяч различных маршрутов, по которым могли отправиться Марио с Филиппом. Майлз продолжал смотреть на запад. Его тянуло туда, голова сама поворачивалась лицом в ту сторону. Майлз вспомнил о том, как птицы находят свой путь через океан, это имело какое-то отношение к магнитному полю Земли. Незаметно действующая чувствительная система навигации выработалась у них за миллионы лет эволюции. И вот теперь настал его черед, компьютерного программиста, стоящего в центре сильно разросшегося индустриального мегаполиса. Вокруг триллионы сигналов – от телевизионных антенн, мобильных телефонов, полицейских радиостанций и радиостанций в такси, радиоприемников в домах и на улице, но среди них он каким-то образом ощущал сигнал, шедший от североафриканского калеки-психотерапевта и французского головореза, ехавших в белом автофургоне. Это не поддавалось логическому объяснению.
– Сюда, – сказал он и покатил вдоль Георг-стрит по направлению к Эджвер-стрит. Когда они доехали до перекрестка, Майлз понял, что, возможно, их затея не такая уж безнадежная, какой она показалась ему сначала. Насколько он мог видеть в обоих направлениях, дорога была плотно забита транспортом. Автобусы и такси соперничали за место, автофургоны и автомобили стояли на мели вперемешку. Майлз улыбнулся. Это был тот Лондон, который он любил.
– Вон там! – закричала Анна.
Она указывала в направлении Марбл-Арк. Там виднелся белый грузовой автофургон, зажатый между туристическими автобусами. Они ехали сквозь пробку к автофургону. Майлз проехал мимо дверцы водителя: за рулем сидел индус в темных очках. Они встретились с Анной перед фургоном.
– Я так думаю, что белый автофургон – очень распространенный вид транспортного средства.
– К тому же это «фольксваген», – сказала Анна. – Я так обрадовалась, что не обратила внимания. – Ей было очень стыдно за такую промашку. – Я разработала молдинг задней двери в свой первый год работы на «Фольксвагене».
– Давай посмотрим еще, – предложил Майлз, когда они поехали по участку, где машины стояли еще плотнее. – У меня такое забавное ощущение… правда, у меня сейчас около миллиона забавных ощущений и несколько печальных, но одно из них тянет меня в эту сторону.
– Они не могли уехать далеко в такой давке.
– Которую ты помогала сотворить, – сказал Майлз, в горле у него рос комок смеха.
– Нужно, чтобы движением управляли, как данными, – сказала Анна. – Это как плохо разработанная программа, которая постоянно дает сбой, – ты должен понимать это. Нам приходится работать с тем, что имеется в наличии.
Они объехали по кругу Марбл-Арк. Все машины вокруг словно приросли к земле. Далее они покатили по Бэйзуотер-роуд на запад. Здесь машины медленно двигались. Они проехали мимо сотен грузовиков и легковых автомобилей, передвигавшихся со скоростью пожилого пешехода.
– Ага! – сказал Майлз, когда они приблизились к Ноттинг-Хиллу. Впереди был белый автофургон, который показался им очень знакомым. – Давай взглянем на этот.
Они поехали по тротуару, единственному месту, по которому возможно было ехать, и поравнялись с передней частью фургона. Ясно, как день: внутри сидел Марио Лупо. Филипп был за рулем. Марио увидел их первым и что-то сказал Филиппу, который немедленно достал большой револьвер.
– Я не совсем уверен, что они счастливы нас видеть, – сказал с улыбкой Майлз. Вид пистолета его почему-то не испугал. Насколько он мог видеть, Анна тоже не обратила на это внимания.
Они продолжали двигаться рядом с фургоном. Майлз встал на педали и делал на тротуаре зигзаги, чтобы удержать на малой скорости равновесие. Анна слезла с велосипеда и вела его по тротуару.
– Что мы собираемся делать? – спросил он.
– Ну, подождем – увидим. Мы никуда не спешим.
Майлз съехал с края тротуара. Он не заметил, как они подъехали к повороту. Полоса движения немного расширилась впереди, и вдруг без предупреждения фургон рванул вперед, оставив глубокую вмятину на заднем крыле большого черного автомобиля, ехавшего перед ним. Двигатель фургона ревел, когда тот, оттесняя, обходил автомобиль. Вокруг раздались гудки автомобилей, крики водителей. К реву двигателя прибавились скрежет металла по металлу и звон битого стекла. Фургон двигался прямо на Майлза. Майлз видел испуганное лицо Марио и зловещую рожу Филиппа.
Майлз впрыгнул на велосипеде на тротуар. Ему оставалось жить секунды, фургон надвигался прямо на него. Он юркнул за фонарный столб и спустя секунды услышал громкий треск.
Майлз остановился посмотреть, как Филипп наехал на столб, что было, конечно, очень глупо с его стороны. До того, как он успел прийти в себя, Анна появилась возле двери водителя и начала вытягивать из фургона за волосы оглушенного Филиппа. Пистолет выпал на мостовую. Майлз увидел, как Филипп ловко вывернулся и толкнул Анну на дорогу. Такси, заскрипев тормозами, остановилось перед ней в нескольких сантиметрах. Майлз поднял свой велосипед над головой и побежал на Филиппа. Он со всей силы опустил велосипедную раму на его голову. Филипп осел мешком.