– А то, «Нива», которую срисовал дед, когда мы по Сердюку работали.
– Значит, с транспортом и людьми у них не густо, раз сотрудников «Гранита» привлекают. «Тойота», наверное, за Максимом пошла.
– Андрей Петрович, к кому мы идем, войдя в лифт, поинтересовался Комаров.
– К начальнику отдела Петру Сергеевичу Пименову. По Афганистану знаю, он в разведке служил, молодой был, но шустрый. Здесь встретились совершенно случайно, посидели, повспоминали и договорились, что в случае нужды, он мне поможет. Кстати, ты заметил, что из «Нивы» вышел мужик и пошел следом?
– Да, он остался ждать у другого лифта.
– Тогда выходим и не торопимся, зачем человеку нервничать.
Генерал постучал в кабинет и заглянул.
– Разрешите, Веселов Андрей Петрович, вы меня приглашали.
Улыбка сползла с лица Пименова. – Заходите, мы вас уже заждались. Прошу вас, присаживайтесь.
Веселов показал на дверь, хозяин кабинета поднялся, слегка ее приоткрыл и сказал, – вы пока знакомьтесь с документами, а я через пару минут вернусь.
– Видал, Борис, Петро все на раз просек.
Пименов вернулся быстро, – чисто. Мужик в трубу поговорил и ушел.
– А сам, где был?
– Пиво пил, – засмеялся Петр Сергеевич. Я так вас рад видеть.
– Я тоже, знакомься, это мой боевой заместитель, майор Борис Комаров.
– Подождите, вы тот самый Комаров, который недавно командовал угрозыском? Слышал много хорошего и рад знакомству. Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями.
– Андрей Петрович, какая помощь нужна?
– Нам надо обсудить кое-какие дела, а в отделе и в машине не можем. Найдешь нам местечко?
– Оставайтесь в кабинете, я в столовую сбегаю, подкреплюсь. Жена с дочкой на море уехали, а я здесь загораю, приходится к общественному питанию привыкать. Минут двадцать вам хватит?
– Вполне.
– Тогда я пошел.
– Рассказывай, Борис, как съездил в управление полиции?
– Нормально, Маслову все объяснил и он тут же дал команду Головкину. Так что будем его привлекать. Кстати, Гриша мне рассказал, когда вышла газета о неудачном ограблении выставки с портретом полковника, тот целый день ходил сияющий. Ребята из угро вчера вечером наблюдали за «Гранитом» и выяснили, что «Тойоту» ставят во дворе этого предприятия. Она туда заехала около двадцати часов.
– Они не засветились? В «Граните» тоже не дураки работают.
– Исключено. Мужики засели в доме напротив и наблюдали в бинокль. Григорий подсказал, не зря же он с нами по Сердюку работал, – улыбнулся Комаров. Толковый парень, его бы к нам в отдел.
– Я бы с радостью, но дал слово Маслову не переманивать его к себе хотя бы год. Как будем останавливать «Тойоту», чтобы посмотреть на водителя?
– Мы уже обсуждали этот вопрос с Гришей. У него есть надежные ребята из ГИБДД, завтра с восьми утра недалеко от «Гранита» они будут проверять машины. Как только остановят «Тойоту» и водитель выйдет, чтобы предъявить документы, к ним подскочит чмо болотное с видеокамерой на бейсболке и начнет спрашивать, как куда проехать.
– Неплохо, а кто чмо будет изображать?
– Григорий. Он очень артистичный парень, однажды ему пришлось даже изображать трансвестита. Было очень убедительно. Головкин подъедет вечером домой к Забелину и тот установит видеокамеру на бейсболке.
– Кстати, ты тоже к нему подъезжай под предлогом мелкого ремонта машины. Максим установит на нее что-то из спецтехники. Этот вопрос мы решили, когда будем обворовывать особняк? – спросил генерал.
– Я в принципе уже обо всем договорился с человеком, он ждет только команды.
– Откладывать нельзя, надо это сделать сегодня, чтобы завтра нам установили новую дверь. Назначим акцию на 16 часов. Петро, кажется, нам оставил свой мобильник, сейчас я предупрежу наших дамочек.
– А я тогда своего человека.
Не успели Веселов и Комаров закончить телефонные разговоры, как появился Пименов.
– Я не рано?
– В самый раз, спасибо за приют и телефон. Специально оставил?
– Ну да, если вас до моего кабинета сопровождали, значит, телефоны ваши на прослушке, а связь-то вам нужна. Андрей Петрович, если не секрет, кого вы зацепили, что вас так обложили?
– Охранное предприятие «Гранит».
Пименов потемнел лицом, – три месяца назад туда устроился на работу Вася Коломийцев, тоже афганец. А недели две назад исчез. Мы пытались найти, к начальству его обращались, глухо. Нам сказали, что он сопровождал груз в соседнюю республику, вернулся, а на следующий день не вышел на работу. Это неправда, если бы исчез в Тригорске, нашли бы его, живого или мертвого. Мы с Василием вместе служили в одной разведроте, он непростой парень, внимательный и вдумчивый. Был. Если вам нужна помощь, Андрей Петрович, обращайтесь. Афганцев в городе много, есть толковые мужики. Кто-то вас знает, кто-то слышал, так что все с радостью.
– Тогда, Петро, добудь мне информацию по этому предприятию, всю, в том числе слухи, домыслы, предположения.
– Андрей Петрович, может быть, заодно попросить Петра Сергеевича собрать сведения о том доме, где «Нива» стояла? Дед там уже глаза намозолил, – произнес Комаров.
– Хорошо, что напомнил. Петро, я еще раз воспользуюсь твоим телефоном? Степан Иванович, подскажи адрес дома, возле которого велось наблюдение. Буденовский проспект 76? Спасибо.
– Подождите, – сказал Пименов, в этом доме в 11-й квартире живет тесть Коломийцева. Он пенсионер, всегда такой был крепкий мужик, а как умерла его жена и пропал Вася, сердце и сдало. Иван Трофимович его любил как сына. Он из дому почти не выходит, дочка к отцу приходит, убирает, готовит, но у нее двое детей, работа, сами понимаете. А буквально позавчера Иван Трофимович позвонил и сказал, что ночью к нему пытались залезть воры. Но их сосед спугнул, мужик здоровый, таксистом работает и часто с работы поздно возвращается. Наши ребята замок в двери поменяли, соседа поспрашивали, тот сказал, что злоумышленников было двое, лиц не рассмотрел, так как они на лестничной площадке лампочку разбили. Но одному из них таксист врезал, так что у того на лице должна быть отметина.
– Ну, вот все и начинает сходиться, – вздохнул Веселов. «Гранит», чтоб ты знал, Петро, занимается переправкой оружия в соседнюю республику. Скорее всего, Василия убили, когда он это понял и где-то подставился. У кого-то возникли подозрения, что он мог вести записи или что-то в этом роде и кому-то их передать. Поэтому за домом тестя следили, ждали, когда он выйдет из квартиры, чтобы туда проникнуть и обыскать. А раз днем не вышло, то попытались сделать ночью. Ищи, Петро, гниду среди своих. На записку и тестя мог навести только тот, кто хорошо знал Коломийцева.
– Да, вы что, Андрей Петрович, я же знаю наших мужиков, они не могут.
– Предают только свои, Петро, эта истина давно доказана жизнью. Надо срочно ехать к Ивану Трофимовичу. Ты на машине? Можешь на полчаса уйти с работы?
– Конечно, мы уйдем через столовую, она на первом этаже. Я только позвоню Ивану Трофимовичу и предупрежу его.
Как только прозвенел звонок в дверь пенсионера, она тут же открылась.
– Петя, – обрадовался тот. Наконец-то, давно тебя не видел. Ты с гостями, проходите, кто ж вы такие будете?
– Генерал Веселов, – представился Андрей Петрович, а это майор Комаров.
– Это тот самый генерал, которого вы с Васей часто вспоминали?
– Он самый, Иван Трофимович.
– Вот и хорошо, для вас письмецо Вася оставил, когда в рейс уходил, – сказал старик и смахнул с лица набежавшую слезу. Он вышел на кухню и принес потрепанную тетрадь с кулинарными рецептами, в которую было вложено множество разных исписанных листков. Моя жена – покойница записывала, а Вася сам сюда свое послание вложил.
Трое мужчин склонились над ним. «Петр, если ты читаешь это письмо, значит, со мной что-то случилось. Я знаю точно, что «Гранит» занимается сопровождением оружия в соседнюю республику, а может быть и дальше. Фура с этим грузом приходит часам к 20 и остается во дворе до 3 утра. Водители отдыхают, а сопровождение уезжает, передав груз под охрану «Граниту». Несколько рядов – это ящики с электроникой, а дальше – оружие. Первая остановка- 200-й километр по южному шоссе. Недалеко от придорожного кафе – площадка, там идет разгрузка. Дальше – 403 километр и 601-й. Нас близко к фуре не подпускали, к ней на машинах подъезжали люди и забирали груз. Вероятно, его осматривали, так как я случайно прошел мимо одного из проверяющих и почувствовал запах свежей оружейной смазки, которую никогда и ни с чем не спутаю. Заправляет сопровождением, зам. директора предприятия Алханов. Но указания ему дают из Москвы, я это понял, когда стоял под открытым окном его кабинета, а он разговаривал по телефону. Хотел тебе обо всем рассказать, но не успел, уезжаю снова по тому же маршруту. Своими подозрениями поделился только с Игорем. Ты бы сообщил об этом генералу Веселову, он докопается. Да, у нас ходят какие-то смутные разговоры, что в прошлом году исчезли двое охранников, их так и не нашли. Если что, позаботьтесь о моих. Василий.
– Кто такой Игорь? – спросил Комаров.
– Его лучший друг, – с трудом ответил Пименов.
– Борис, звони Головкину, надо устраивать засаду, думаю, что воры явятся снова.
– Не надо, Андрей Петрович, наши ребята здесь будут дежурить и днем и ночью, – произнес Пименов. Да и Ивану Трофимовичу будет проще, он с друзьями Василия давно знаком.
– А как же Игорь?
– Он не узнает, мы сами с ним разберемся. Если воров задержим, кому сообщать?
– Борис, дай телефон Головкина, и предупреди его. Вечером, когда встретишься с ним у Забелина, сообщишь подробности.
Иван Трофимович, нам надо идти, работа. А письмо мы возьмем.
– Андрей Петрович, отойдем на минутку, – тихо проговорил Комаров. – Может, лучше оперативников в засаде оставить?
– Мы не знаем, когда заявятся гости, держать здесь ребят несколько дней не имеем права, да и Маслов не позволит. А в Петре я уверен, он все так организует, что комар носа не подточит. По засадам он у нас был большим мастером, – улыбнулся Веселов.