Как часто Арону снилось, что он летит в поднебесье, а над ним, словно паруса, нависают закрывающие всё небо чёрные перепончатые крылья! И вот сейчас он как будто попал в сон, но всё это уже происходило наяву. Дракон, словно оберегая свою драгоценную ношу, почти всё время планировал, делая круги над древним лесом, степями с созревающим урожаем поселян, деревнями, отдельными хозяйствами некоторых обособившихся крестьян, посёлками, по размерам превосходящими поселения и деревни, и городами, обнесёнными каменными стенами и зачастую даже рвами ещё во времена, когда на этой земле свирепствовали войны. Арон мельком слышал разговоры монахов о тех временах, но так как те почти всегда умолкали, как только видели приближение своего воспитанника, то он мало что усвоил из отрывочных фраз, которые доносились до него в коридорах храма хранителей. И сейчас, видя крепостные стены и укрепления старинных городов, мальчик пообещал себе, что постарается больше узнать о том времени, когда такие серьёзные сооружения были необходимы в Долине Хранителей.
Перед глазами Арона расстилались земли Долины Хранителей, ограждённые горной грядой. Дракон поднялся чуть выше, и взгляд мальчика выхватил вершины Драконьих гор и расстилающиеся за ними поля с небольшими пролесками и извилистой речкой. Он видел мир за границей, тот мир, куда не проникал ни один хранитель в течение многих веков, быть может, за исключением… Внезапно к Арону пришло понимание того, откуда Арес принёс тот свёрток с младенцем, приближение к которому было так желанно и причиняло такую острую боль. Перед глазами мальчика вспыхнули картины смерти каждого из тройки хранителей и тот момент, когда имя последнего, воссоединившего в себе всех, кто был до него, было названо. Он видел, как дракон чёрной тучей налетает на раскинувшего руки седовласого воина, отдающего себя в жертву во имя того, чтобы остальные могли беспрепятственно пересечь Драконьи горы через Ущелье миров. Он видел горящую в темноте более чёрным цветом, чем сама смерть, чешую рептилии, тучей налетающей на среднего безымянного в той самой пещере, куда попал Арон после ожёгшей его болью встречи в лесу. И, наконец, он увидел парящего в воздухе юношу, того самого юношу, к которому принесли его четверо людей из леса, изрекающего: «Имя тебе – Арес». Арон настроился на возникшие в его голове видения. Казалось, ещё чуть-чуть и он поймёт… поймёт что-то важное… Но тут дракон резко спикировал. Свист ветра отвлёк Арона от не его воспоминаний, и как мальчик ни старался, он больше не смог настроиться на ту волну чувств, которая несла ему чужие знания, так заинтересовавшие его. Теперь дракон улетал всё дальше от горной гряды.
Полёт его был настолько стремительным, что Арону казалось, что время перемещается вместе с ним. Не прошло и минуты, как пролетев над храмом хранителей, дракон оставил за собой несколько десятков деревень и приблизился к горячей пустыне, пески которой являются границей Долины Хранителей с южной стороны. Эту пустыню местные жители называли Огненной. Название это она получила по той причине, что температура там была настолько высока, что ни одно живое существо, кроме обитающих возле оазисов пауков и рептилий, не смогло бы выжить на её поверхности. Дракон ещё некоторое время летел над песками Огненной пустыни. Краем глаза Арон замечал мелькающие громады огромных иногда шарообразных, а иной раз вытянутых вверх колючих растений. Изредка попадались такие, которые образовывали целые скопления. Возле них сновали маленькие ящерки и довольно большие паукообразные существа. Часто по пескам пустыни катились какие-то круглые переплетённые шары, казалось бы, сделанные из сухих веток или травы. Временами встречались растения с толстыми сочными листьями, но скопления растений чаще всего попадались в обособленных местах и сразу помногу. В основном же здесь был ослепляющий жёлтый песок, воздух над которым каким-то странным образом волнообразно поднимался вверх. Это было похоже на пар, но Арон уже понял, что при такой жаре в пустыне пара быть просто не может. Движения воздуха создавало иллюзию волн настолько чистых и прозрачных, что сквозь них было видно абсолютно всё. И всё это как-то странно искажалось и преломлялось, создавая новые формы, скользящие в своей переменчивости.
Где-то вдали глаза Арона выхватили странный блеск чего-то напоминающего позолоченный купол. Сначала мальчик подумал, что это какой-то удивительный мираж – откуда бы взяться позолоченному куполу посреди безжизненной пустыни? О миражах в пустыне ему рассказывали жрецы, обучающие его. Но блеск не исчезал. Дракон стремительно нёс свою ношу к быстро увеличивающемуся белому зданию с золотым куполом над ним. Точнее, это было даже не здание, а что-то напоминающее широкую беседку без перил, некую площадку, над которой высилась золотая крыша, поддерживаемая белыми резными колоннами. В центре, под крышей находилось небольшое белое строение примерно в полтора роста взрослого человека с плоской, такой же, как и всё здание, белой крышей, вход в которое закрывала медная кованая дверь.
Арон подумал, что было бы неплохо приземлиться и осмотреть это странное здание в центре пустыни, куда точно не мог добраться ни человек, ни зверь, но дракон пролетел мимо, даже не подумав остановиться в этом месте.
Тело Арона немного затекло, к тому же мальчик уже освоился в лапе дракона, в которую практически помещался целиком. Он попытался повернуться, дракон разжал лапу, более не держа его, но при этом согнув ладонь (если её можно так назвать) так, чтобы образовалось углубление, в котором теперь Арон мог удобно устроиться. Видимо, дракона мало волновал тот факт, что его жертва может попросту спрыгнуть. Пустыня кончилась так же внезапно, как и началась, новой горной грядой несколько меньшей, чем Драконьи горы, разделяющие с востока Долину Хранителей и внешние земли. Верхушки этих гор не покрывала шапка снегов. Но их отвесные стены делали бы горы практически непроходимыми, если бы не замеченные Ароном овраги и ущелья. Возможно, проход можно было найти, если внимательно исследовать склон. Насколько было известно Арону, Драконьи горы имели лишь один проход во внешние земли – Ущелье Миров. Здесь же, похоже, проходов было несколько. Но это не имело никакого значения, ведь прямо перед горами расстилалась Огненная пустыня, непроходимая для живущих на разных её границах.
Арон, ранее сидевший в изогнутой драконьей лапе, решил встать на ноги, чтобы лучше рассмотреть склоны горного хребта, поросшие мелкой полузасохшей растительностью. Таких растений мальчик раньше не видел. Они ничем не напоминали те, что росли в краях, откуда унёс Арона дракон. Деревья были с большими, наверняка ранее сочными листьями, но теперь, словно обожжёнными и высушенными. Ранее устилавшая землю трава полностью выгорела. В некоторых местах мальчику показалось, что он видит следы обширных пожаров. Он вытянул шею, стараясь как можно лучше рассмотреть растительность этих мест. В этот момент дракон заложил очередной вираж, и мальчик вылетел из его лапы. Не успел Арон испугаться падению с огромной высоты, как вновь оказался зажатым со всех сторон скрюченными пальцами. Но теперь дракон сжимал его очень крепко, почти царапая его тело острыми когтями. Так крепко, что мальчику было трудно дышать.
– Отпусти! – выкрикнул Арон дракону, как будто надеясь, что огромная рептилия поймёт его слова.
Но дракон в ответ только сильнее сжал мальчика в своей лапе, словно пытаясь выдавить из него дух. Арон начал колотить кулаками по пальцам огромной рептилии, хотя и понимал, что вряд ли сможет нанести дракону какое-либо неудобство своими действиями. Тот, видимо, решив, что это игра, начал перебрасывать мальчика из одной лапы в другую, крепко захватывая его маленькое тельце, но всё же не выпуская когтей. Земля внизу завертелась перед глазами Арона, вызывая головокружение. Тот попытался сосредоточиться, но это ему плохо удавалось. Наконец, мальчик решил расслабиться и позволить дракону делать с ним то, что тому заблагорассудится. Зверь, увидев, что жертва перестала сопротивляться, одной лапой аккуратно положил Арона в другую, снова согнутую так, чтобы мальчику было удобно сидеть или лежать в ней. Арон решил больше не вставать. А если понадобится что-то рассмотреть, пытаться делать это сидя. Теперь он опасался даже не того, что может упасть, а того, что гигантская рептилия в следующий раз попросту может раздавить его своими сильными пальцами, предварительно исполосовав его тело острыми, как кинжалы, когтями.
Дракон выровнял свой полёт и направился за горную гряду. То, что открылось мальчику за цепью гор, показалось ему воистину удивительным. В отличие от другой стороны горной гряды, здесь растительность была высокой, сочной и красивой. Окрас листвы местных деревьев радовал глаз различными цветами, на листьях каждого вида присутствовал зелёный цвет. Арону особо понравилось дерево, листья которого от основания к периферии меняли окраску от зелёного к красному. Листва этого дерева была широкая и сочная, словно содержала в себе много влаги. Арон не мог с высоты драконьего полёта оценить толщину листа, но мальчику казалось, что она была не ýже его ладони.
Но даже неведомые Арону виды растительности не шли ни в какое сравнение с обитателями этой стороны горной гряды. Полностью скалистая порода была испещрена углублениями-пещерами, из которых то и дело вылетали или влетали внутрь драконы самых разнообразных оттенков. Были тут синие, зелёные, красные, оранжевые, а некоторые сочетали в себе несколько цветов. На спинах таких разноцветных драконов красовались великолепные узоры. Арон успел детально рассмотреть практически всех рептилий, снующих туда-сюда над своими гнёздами (как мысленно назвал мальчик пещеры, в которых обитали рептилии). Более всего внимание Арона привлекли именно разноцветные драконы, а точнее – рисунки на их спинах. Узоры были симметричными, и Арон готов был поклясться, что каждый из этих узоров что-нибудь, да значил. Но как только это знание начало проникать в голову мальчика, чёрный дракон, сделав несколько кругов над домом своих собратьев, полетел дальше, оставив горную гряду позади.