– А если… – Блик решил озвучить свои домыслы, но Арон не дал ему закончить.
– Ну не возвращаться же назад лишь потому, что вы не смогли открыть дверь, ведущую в пустыню! – одной фразой попытался отмести неуверенность гномов мальчик.
Те смолкли. Арон же снова погрузился в размышления. Ему начинали нравиться эти существа со странно дёргающимися руками и ногами. Чем-то гномы напоминали ему тряпичных кукол, которые бродячие артисты использовали, чтобы давать представление. Иногда для его увеселения хранители приглашали труппы в замок, и те рассказывали истории о феях, гномах, эльфах, лесовиках, русалках, водяных людях, прекрасных принцах и принцессах, обитающих в далёких мирах в стародавние времена. Когда таких кукол дёргали за верёвочки, пришитые к их головам и конечностям, они делали такие же потешные движения, как эти немаленькие мужички, называющие себя гномами.
Лестница кончилась внезапно такой же кованой медной двустворчатой дверью, как и та, которую Арон открыл в начале своего пути. На двери не было ни колец, ни какого-то подобия замка. На каждой из створок переливались в свете свечей изображения чёрных драконов, из распахнутых пастей которых вырывался рубиновый огонь, пробегающий по всей поверхности двери сверху вниз и обратно. Драконы смотрели на мальчика отполированными до зеркального блеска обсидиановыми глазами. В тусклом свете Арон увидел своё отражение в чёрном оке одного из драконов. Потянулся, желая коснуться рукой гладкого блестящего камня. И стоило Арону дотронуться до глаза дракона, тот подался внутрь, раздался характерный щелчок замка, подобный тому, который он слышал, когда открывал дверь под золотым куполом, и створки медленно распахнулись, открыв перед ним проход на небольшую площадку, облицованную голубым кварцем.
Арон ступил на неё, и площадка начала подниматься.
– Быстрее! – крикнул мальчик своим спутникам, и те едва успели запрыгнуть на открытый Ароном лифт, пока он не поднялся достаточно высоко, чтобы гномы не были в силах на него взобраться.
Площадка вынесла их во внутреннюю часть часовни на территории замка хранителей, находящейся невдалеке от храма. Выйдя из часовни, Арон быстро направился в храм, но не услышав за собой звука шагов гномов, остановился, повернулся к ним и удивлённо поднял брови.
– Вы не собираетесь идти дальше? – спросил мальчик гномов.
– Мы не можем, – грустно ответил Стик. – Разве ты забыл, кто мы?
– А… – Арон задумался. – Вы бы могли никого здесь не трогать.
– А если попадутся те, кто не может на нас смотреть, не обратившись в металл? – вздохнул Дрик.
Арон задумался. Как ему ни хотелось, чтобы гномы сопровождали его, но они были правы. Этим существам не место возле людей. Странно… Почему он сам не превратился ни в золото, ни в камень? Ведь они прикасались к нему… Но решив оставить разрешение этого вопроса вместе со всеми другими, мучащими его в этот день, на потом, Арон лишь ответил:
– Завтра к полудню принесу сапог Блику в эту часовню. В этот час здесь никого не будет.
Он повернулся к гномам спиной, не позволяя тем возразить.
– Но ты не знаешь мои мерки! – донеслось до слуха мальчика, и, не оборачиваясь более, он ответил:
– Я запомнил!
И пошёл по направлению к замку.
Брат Феон уже ожидал его у входа.
Глава 20. Начало обучения
Пределов нет, мы сами их проводим.
Границы только в разуме твоём.
Но к нерушимым стенам их подходим,
И не находим в них такой проём,
Через который мы пройти сумеем,
Забыв, что нами всё привнесено,
Что тронуть только то рукой не смеем,
Что тронуть нам собóй запрещено.
Так в вечность мы несём свои запреты…
Отрывок из поэмы
В день, когда Арон вернулся домой из своего маленького путешествия, никто не докучал ему вопросами. Мальчик подумал, что, возможно, их пророчество объясняет и его сегодняшний побег. Его бы это не удивило. Он не забыл про сапог гнома. Получив обещание, что обувь на правую ногу Блика будет готова к утру и, отказавшись от ужина, Арон побрёл в свою комнату. Только добравшись до постели, Арон понял, насколько он в действительности устал. Позволив себя переодеть ко сну, он спустился в сладкое небытие на этот раз без сопутствующих путешествий и жутких кошмаров, сопровождающих его каждую ночь.
Проснулся Арон на рассвете, ещё до того, как послушник, который должен был принести ему свежую одежду и помочь переодеться, вошёл в комнату. Арон подошёл к окну. Гость прибыл, приготовлений больше не будет, и сегодня, по-видимому, начнётся его обучение. Что они хотят сделать из него? И зачем? Эти вопросы он задавать не будет. Ответы на них он должен найти сам. Арон сам удивился, как изменился он за время своего недолгого побега. Что же смогло настолько изменить его? Встреча с тем, кого гномы называли повелителем? Знакомство с миром вне стен этого замка? Боль, вызванная желанием получить невозможное? Огромный мир, показанный ему чёрным драконом? Мучительное путешествие по пустыне? Близкое знакомство с гномами? А может, всё это вместе?
Дверь скрипнула, и в комнату вошёл мальчик. На вид ему было около двенадцати лет. Этого ребёнка Арон раньше не видел в стенах замка. Скорее всего, мальчик новый. Арон вспомнил, как реагировали на него люди из внешнего мира. Инстинктивно он удалил вопросы на задний план, поселил в душе мир и спокойствие и, улыбнулся новому послушнику самой лучезарной улыбкой, на которую только был способен. Здесь у него не было друзей. Все, начиная от брата Феона и кончая самым младшим из послушников, если не боялись, то опасались его. А чтобы выполнить всё, что было им запланировано, Арону нужны были люди, целиком и полностью преданные ему. Незнакомый мальчик был просто подарком судьбы.
– Доброе утро! – Арон всё также улыбался, всем сердцем желая расположить к себе ребёнка.
– Здравствуйте, господин! – поклонился ему послушник.
Арону немного нужно было сил, чтобы прочитать в душе мальчика возникшие там внезапно добрые чувства, направленные на него и некоторое удивление. Видимо, его настроили на другой приём.
– Я не видел тебя раньше, – задрав голову, Арон заглянул в глаза послушника. – Как называть тебя?
– Послушник Крим, господин, – мальчик заворожено смотрел на Арона, наверное, он не ожидал, что тот с ним заговорит настолько дружелюбно.
– А можно просто Крим? – попытался продолжить очаровывать гостя Арон.
– Конечно, господин! – с готовностью ответил Крим.
– Тогда давай договоримся! – заговорщицки подмигнул ему Арон. – Я буду не «господин», а просто Арон для тебя.
Крим уставился в пол, в душе его читалось смятение. Арон ждал, не желая настаивать, но зная, что всё равно добьётся своего.
– Но, господин, – тихо возразил Крим. – Монахи накажут меня за непочтение.
– А… – Арон сделал вид, что задумался, но уже точно знал, что дичь поймана, сердце послушника принадлежит ему. – Ну, может быть, это будет нашим с тобой секретом? При них ты можешь говорить «господин», а наедине называть меня по имени? – Арон постарался выразить просьбу взглядом, чем сразил мальчика наповал. Тот больше не смог противиться его воле.
– Хорошо… – тихо произнёс Крим, не решаясь продолжить.
– Арон, – хитро взглянув на него, сказал Арон.
– Хорошо, Арон! – послушник улыбнулся. – Желаешь переодеться?
– Да, пожалуй! – Арон рассмеялся. – Ты ведь будешь не против, если я попрошу брата Феона, чтобы ты был со мной постоянно? Работа послушника так трудна, а мы бы могли немного пошалить, – Арон хитро и многозначительно улыбнулся.
Крим поднял на Арона восхищённый взгляд. Арон знал, как жёстко воспитывали послушников монахи, детские игры были исключены, и на такую возможность мальчик просто не мог рассчитывать.
– Господин! Арон! – воскликнул Крим.
И Арон понял, что ловушка захлопнулась. Этот ребёнок теперь всецело ему предан. Главным было – не спугнуть нового друга.
Переодевшись, Арон в сопровождении Крима покинул свои покои. За дверью его уже ожидал Верховный Жрец.
– Брат Феон! – приветствовал монаха Арон, тот склонил голову в ответном приветствии.
– Доброе утро, Арон!
– Брат Феон, – начал Арон, снова попытавшись изобразить ослепительную улыбку. Но, к своему сожалению, заметил, что на Верховного Жреца она не произвела такого впечатления, как на Крима, хотя настроение того несколько приподнялось. «Спасибо и на этом!» – подумал Арон, попытавшись спрятать своё недовольство подальше. – Мне бы хотелось, чтобы этот послушник всюду сопровождал меня. – И в ответ на удивлённый неожиданной просьбой взгляд монаха, объяснил: – Мне понравилось, как он исполняет свои обязанности.
– Конечно, Арон! – улыбнулся в ответ на улыбку своего подопечного брат Феон. – Если таково твоё желание! – Затем, немного нагнувшись и заглянув в глаза Арону, монах спросил: – Чем вызвано твоё хорошее настроение сегодня? Раньше я не видел тебя таким счастливым!
– Наверное, мне нужно чаще выходить за стены этой крепости! – рассмеялся Арон. – Вчера я очень устал, но впечатлений от прогулки получил немало. Итак, – хитро улыбаясь, Арон подмигнул монаху, чем ещё больше смутил его. – Будем завтракать?
Тот, рассмеявшись, так как не мог более сопротивляться хорошему настроению подопечного, произнёс:
– Твой завтрак уже накрыт!
В этот момент Арон понял, что в этой ситуации чего-то он всё-таки не учёл. Мясо! Люди не едят мяса. Нужно отослать Крима!
– Ты позавтракал? – спросил он у послушника.
– Да, господин! – потупился он.
– Тогда сделай мне одолжение, – попросил Крима Арон. – Мне должны были изготовить чудной сапог на правую ногу. Не мог бы ты спросить, готова ли работа?
– Да, господин! – и Крим со всех ног побежал выполнять поручение.
Брат Феон проводил послушника взглядом и, словно ненароком, задал вопрос:
– А зачем тебе такой странный сапог, да тем более на одну ногу?