– И привезет с собой детей. У него внуки болеют, вот…
Салея кивнула еще раз. Ладно, ради такого дела она и внуков посмотрит. И поможет, конечно. Дети – они и в Лесу дети, и здесь тоже дети.
– Когда он прилетает?
– Я понял так, что сегодня днем.
– Таня приехать не сможет, – сказала Салея. – Она будет занята.
– А ты?
– Я? Я смогу, да…
Салея ненадолго задумалась. Отпускать Таню одну в больницу к матери ей не хотелось. И на то были свои причины. Таня умничка, она сильная и добрая, но именно потому… сердце у нее не камень. И обидеть ее очень легко. Люди живут штампами.
Мать – это святое. Дочь должна любить мать…
А как насчет мамаши, которой ребенок и даром не нужен был? У которой Таня чудом выжила? Но кому и что ты сможешь объяснить?
Да никто просто не будет слушать! Салея могла бы оторвать голову любому, но Таня так не сможет. Сестренка расстроится.
С другой стороны, Салея и затягивать не хотела. Людмила Владимировна вчера прошерстила интернет и нашла целых два лагеря. Один им вполне подойдет, там двенадцать домиков, в каждом шесть комнат, в комнате по две кровати. То есть можно разместить сто сорок четыре даэрте.
Более того, этот лагерь принадлежит заводу. А завод, увы, разорился. Сейчас он пребывает в состоянии между банкротством и распродажей имущества. Заезда не будет, рабочие в бессрочном отпуске. То есть его можно снять на все лето. Да, это влетит в копеечку… нужны деньги. И оказать услугу человеку, который их принесет, – несложно. Лишь бы побыстрее.
В лагере есть котельная, то есть будет горячая вода. Есть столовая, есть телевидение и сети связи. Так что… да, подходящее место для первого выезда даэрте. Но это надо бы сделать в ближайшие несколько дней.
Салея не обольщалась. Скорее всего, переход даэрте с Дараэ закончится ее гибелью. Поэтому ей нельзя тянуть. Некогда…
А Таня…
На губах друидессы появилась коварная улыбка. Она поняла, что именно надо сделать.
Зов настиг Элрана, когда тот сидел вместе с учеными. Не так уж много их оказалось среди перешедших в другой мир даэрте. Ни одного, если честно.
Но и Шавель не был ученым. Он просто был гением!
А остальные… Элран знал каждого из шестнадцати даэрте. Десять парней, шесть девушек, которые сидели сейчас рядом и ожесточенно спорили, едва не переходя на крик. А поди рассчитай все правильно! Когда ни одного четкого параметра и уйма неопределенности…
С другой стороны, им не нужны пока цифры, им нужна принципиальная схема воздействия. Куда и какие векторы будут направлены, как все это станет взаимодействовать…
Это можно посчитать.
Попробовать хотя бы.
Шавель точно справился бы. Ребята? Они молодцы. Но гениев среди них нет. Остается работать, с чем Лес послал.
Зов вторгся в его сознание быстро и резко.
– Ран, ты мне нужен!
Элран аж подскочил на месте. Он слышал, что ее величество может позвать любого из даэрте, но не подозревал, что это – так.
– Эм-м… ваше…
– Да, это я. Лея. Я сейчас призову Хранителя, он проводит тебя к границам Леса. А потом иди ко мне. Ты будешь меня чувствовать, я оставлю нить.
К чести Элрана, он не стал рассуждать, спрашивать, допытываться о чем-то… королева сказала?
Он сделает.
– Да, ваше величество. Я уже иду.
– Иди-иди…
И почему у нее был такой жутко довольный голос?
– К нам что – лично президент приехал?
– Не думаю, – отмахнулась Салея, глядя в окно.
Перед зданием медколледжа было какое-то подозрительное оживление. Студенты буквально клубились перед входом. И те, кто уже закончил занятия, и те, у кого еще продолжались пары. Их можно было отличить друг от друга по белым халатам.
Без халатов на занятия не допустят. Равно как и с длинными ногтями, и с неубранными волосами – ты будущий медик. Как ты станешь лечить пациента? Отплевываясь от прически? А если волос попадет в рану?
Ограничений много. Но после занятий парни и девушки избавляются от униформы, девушки иначе причесываются и прихорашиваются. А тут…
Что происходит?
Таня задавалась этим вопросом ровно пять минут. Пока они не вышли на улицу. А потом все стало ясно.
Элран.
Конечно же, даэрте. Кто еще это может быть? Сидит такой весь невозмутимый, на перилах крыльца, причем сидит не так, как люди, – найдя хотя бы две-три точки опоры. Сидит, как эльфы в кино. Небрежно так, подтянув одну ногу к подбородку и свесив другую. Если упадет – то с высоты в два метра и на камни. Или на крыльцо.
Но этот – не упадет. Таня язвительно подумала, что даэрте слезли с пальмы намного позже людей. И лазят лучше. Вот.
Девушки вели прицельную стрельбу глазами, но даэрте игнорировал даже самых смелых. А подойти и пообщаться…. Нет, не получалось. Элран, конечно, не принц, но подойти к нему, хлопнуть по плечу, сказать: «Привет»? Это как английской королеве в жилетку высморкаться.
Решимости не хватит.
Увидев девушек, Элран соскочил с перил в пируэте, которому позавидовала бы и Анастасия Волочкова. И поклонился Салее.
– Ва… Сеньорита Сантос. Сеньорита Углова.
Еще и ручки поцеловал, гад!
Проделано это было с таким изяществом и непринужденностью, что оставалось только головой покачать. Не игра, не позерство, не издевка. Так надо. Все правильно.
– Ран, ты сегодня съездишь с Таней? Пожалуйста. А Руслан меня проводит.
Салея ничего особенного в ситуации не видела. Подумаешь…
– Все продумала? – покосилась на нее Таня.
– Частично, – не стала скрывать подруга.
Таня тоже не стала спорить. Ладно уж. Надо так надо. Салея не вредина и не сводница, просто так она ничего делать не будет.
– Хорошо.
– Таня, я могу забрать с собой ваши халаты и учебники, – предложил Руслан. – Потом Лея уедет на машине, таскать все не придется. Я правильно понимаю, ты сейчас еще на работу?
Таня кивнула:
– Да… пожалуй. Забери, если нетрудно.
– Буду рад помочь, – обычно Руслан выражался проще и короче, но в присутствии Элрана как-то хотелось подтянуться, выпрямить спину, расправить плечи… и вообще! Чего этот самец явился на территорию Руслана? А?
Даже если самому Руслану не нужны ни Таня, ни Лея… как подруги нужны, а любви у него пока нет, и, может, даже никогда не появится. Все равно… лучший двигатель отношений – здоровая конкуренция.
Салея фыркнула и подхватила Руслана под локоть.
– Идем?
– Конечно.
Руслан уже все решил: они сейчас пройдутся до стоянки такси, а оттуда уже доедут до дома. Таня вручила ему свой мешок со сменной обувью, халатом и частью учебников и кивнула:
– Спасибо.
– С вашего позволения, – склонился перед ней Элран. Таня положила ладонь на его локоть, и две пары направились прочь от колледжа.
Потемневшими от ярости глазами смотрела на это Катерина Извольская, но на нее никто не обратил внимания. Даже однокурсники. Все обсуждали происходящее.
В такси Салея молчала. Руслан, впрочем, тоже. А как подобные вещи обсуждать при постороннем человеке? Ни к чему. Руслан решил спросить, уже когда расплатился с таксистом и они направлялись к особняку.
– Лея, это твой брат?
– Похож?
– Да, сильно.
Салея вздохнула.
Этого следовало ожидать. Для постороннего человека многие даэрте окажутся на одно лицо. Как китайцы или японцы, к примеру. У всех даэрте треугольные лица, высокие лбы, большие глаза и примерно одинаковые надбровные дуги, у всех одинаковая форма ушей… как это называется? Эта наука? Антропометрия?
Не важно.
– Элран мне не брат. Скорее дальний-дальний кузен.
– Вы похожи.
– Мы все похожи, – взмахнула рукой девушка. – Пусть Ран сопровождает Таню. Ей нужна помощь. Особенно сегодня.
Уточнять Руслан не стал. Разве что…
– Я могу помочь?
– Нет. В этом Тане никто не поможет, она обязана справиться сама. Это как экзамен на взросление.
Дальше расспрашивать Руслан не решился. Да и пришли уже.
А спустя пять минут он и вообще рот закрыл. И даже нижнюю челюсть рукой придерживал – чтобы не отвисла. Потому что Салея улыбнулась, поклонилась и заговорила на путунхуа, как на родном. А потом, послушав пару минут господина Чжао, спокойно перешла на кантонский диалект. Да так легко, словно всю жизнь жила в Гуанчжоу[41].
Господин Чжао явно был удивлен. Руслан не понимал и десятой части из их разговора. Вроде как пару слов уловил, но и только.
Да, нет, хорошо… имена вот проскальзывают…
В детстве он китайский не учил. Взялся в четырнадцать лет, от скуки, кое-как по верхам нахватался, а потом мама заболела. И стало не до языков.
А Салея разговаривает так, словно родилась в Китае и всю жизнь там прожила, переезжая из одной провинции в другую.
Вот господин Чжао ей еще и поклонился. А Салея, остановив его небрежным жестом, подошла и положила руку ему на лоб.
Между пальцами побежали зеленоватые искорки. А вот дубовые бляшки на лбу девушки явно стали темнее. Насыщеннее, что ли, оттенком? Как будто их в кровь окунули. Господин Чжао пошатнулся, медленно опустился на траву. Рядом уселась Салея.
Выглядела она очень и очень уставшей.
– Водички? – Руслан поднес ей высокий бокал. Благо графин с водой стоял неподалеку, на столике… Салея выпила его залпом и тут же получила второй.
– Благодарю.
– Не за что. Ты его лечила, да?
– У вашего друга рак мозга. Правда, в зародышевом состоянии, опухоль еще не начала расти, – отмахнулась Салея. – Но года через три было бы поздно.
– Оперировать?
– Оперировать и сейчас нельзя было. Она в очень неудобном месте… туда скальпелем не доберешься. Ладно, сейчас посижу пару минут, и надо детей посмотреть.
– Давай помогу перебраться на скамейку, – предложил Руслан.
Салея кивнула.
Скамеечка под кедром ей очень нравилась. Не слишком большая, удобная, накрытая теплым покрывалом – хоть сиди, хоть лежи. Главное, не деревянная, а из пластика и металла. Деревянные вещи Салея не любила. Ладно бы еще – их так вырастили! Но ведь нет же! Дерево сгубили, распилили, сделали с ним что захотели… кому-то тут нравится глумление над трупами?