Кажется, доносится женский крик, и я снова морщусь, испытывая омерзение. Девка отрабатывает гонорар. Поёт на высоких нотах. По своей инициативе? Неужели, он реально там так её отменно имеет, что она не может сдержаться? Или этот концерт для меня?
Интересно, он вообще проверяется после таких? Сколько у неё сегодня было до него мужиков?
Какого чёрта я вообще об этом думаю?
Оказываюсь в комнате, вспоминая, что мерзкие руки касались меня. И член, которым сейчас этот мужлан трахает другую. Небось, даже не помылся.
Быстро сбрасываю одежду, отправляясь под душ, и щедро наливаю на тело вкусно пахнущий гель. Не жалею, новый поставят, если надо. Наверное, половину бутылки размазываю по телу, пытаясь пройтись по каждому отрезку, которого он касался. Добираюсь до паха, используя интимный гель. Предусмотрительно и он стоит в ряд с остальными пузырьками.
Провожу пальцами между бёдрами, делая ежедневный ритуал, но мысли возвращаются к Горячеву. Закрываю глаза на мгновение, вспоминая, как умело он использовал свои ладони, чтобы завести. Будто тело и разум не соединялись ничем, работая параллельно друг от друга. И я даже на долю секунды была готова принять его.
Чувствую, как по телу прокатывается волна желания, и распахиваю глаза, будто боясь, что за мной могут подсматривать. Дверь закрыта, но я на всякий случай проверяю, ступая босыми мокрыми ногами по скользкому кафелю, и чуть не падаю. Заперто.
Возвращаюсь обратно под горячие струи, раздумывая, правильно ли то, что хочу сделать. Но пах ноет от желания, потому что не могу забыть чужих прикосновений. Это же не считается? Это просто мои руки, а не его. И обычная потребность каждого человека.
Принимаюсь ласкать себя: одной рукой оттягивая сосок, как делал это недавно Горячев, второй касаюсь клитора, скользя дальше и немного вводя пальцы внутрь. Я уже делала это не раз, и сейчас просто хочу разрядки.
Останавливаюсь через минуту, не дойдя до финала, и быстро смываю оставшуюся пену. Нет. Это мерзко и неправильно. Даже волосы мою заново, чтобы они не пахли чужим одеколоном.
Забираюсь в постель, открывая соц сети, но через двадцать минут, когда мысли ходят лишь вокруг да около, постоянно натыкаясь на красивых мужчин, цокаю языком и продолжаю начатое в душе. Пытаюсь представить красавчика с фотографии, которого лайкнула какая-то знакомая, но, когда кончаю, понимаю, что видела совсем другое лицо.
Глава 25. Змей
Я никогда никого не трахал против воли. Если только девка сама не просила ей подыграть. Ролевуха, не больше. Потому готов сам отстрелить яйца тем, кто имеет баб через мои принципы.
Проще заплатить, чем заниматься хернёй. Надо было видеть Лису, когда она говорила одно, а мечтала, чтобы я отымел её. Хотя, может, просто так кажется. Девчонка целка, как уверял папаша. Разговоры уже пошли в определённых кругах, мне то и надо. Гудини прогнулся под новую власть, и девка у меня. Пусть на месяц. Больше и не нужна. Отработает, если захочет. Если нет – пусть валит обратно, только все будут думать, что у нас точно было.
Никто не уходил от меня без оргазма. И я уверен, что она сама приползёт на коленях, чтобы умолять.
Вчера Бэлла пела отменно, за это её и люблю. Совсем не стесняется своего тела и дела, что называется. Отрабатывает по полной, хотя, удивлён, что оставила деньги на столе. Только я предупредил: без грёбанной любви!
Она что-то там отшучивалась, только кошки на душу сели. Суки. Гребли её когтями, и я понял, что ещё одна сошла с дистанции. Если шлюха отказывается брать бабки за еблю – всё. Надо валить.
Не её, конечно. Самому.
Открываю телефон, стирая из контактов миловидную блондинку.
- Жаль, - цокаю языком, разминая мышцы. Бросаю взгляд на часы – время пока есть. Поднимаюсь наверх, потому что желания идти вчера к себе не было, решил остаться ночевать в зоне отдыха. Нечасто так делаю, под настроение.
- Доброе утро, - говорит Лиза, и я прошу сделать завтрак. – На одну персону или планируете есть с девушкой?
- С какой? – не сразу понимаю, и она указывает наверх, где стоит Лиса.
- Похер, - даю возможность им самим выбрать, отправляясь вниз на дорожку. Ходят слухи, что проблем подкинули не только мне с этим Рубцовым. Кто-то пытается сделать жизнь других более весёлой. И я найду урода, чтобы скормить его рыбам. Только следует понять, кому он наговнил больше.
После сорока минут бега, отправляюсь в душ. Вода прохладная, так даже лучше, горячая для тёлок, что от любого чиха валятся в кровать. Валиться надо по другому поводу, чтобы получать удовольствие и доставлять его.
На кухне не люблю завтракать. В гостиной уже всё накрыто, и девчонка сидит, не притрагиваясь ни к чему.
- Ждёшь приказа? – интересуюсь, усаживаясь рядом. – Люблю покладистых. Нахрена вскочила так рано? Хочешь мне что-то сказать?
- Доброе утро, - цедит через зубы, смотря в тарелку, и, наконец, берёт яичницу и тост. – Режим грубости на максималках, - бурчит снова.
- Ранимая душа тёлки, - усмехаюсь, кидая на свою тарелку сразу четыре яйца. Сюда же отправляется курица и помидоры.
Знаю тех, кто вообще не ест с утра. Я не из их числа. Предпочитаю натрескаться, как следует, потому что потом можно закрутиться так, что вспомнишь только к вечеру, что нихера не обедал.
- Ты пользуешься услугами девушек по вызову? – поднимает на меня глаза.
- Какие-то проблемы? – хрущу сочным перцем, наливая себе свежевыжатый сок в стакан.
- Ты касался меня..., - она замолкает, оглядываясь, будто нас могут подслушать. Ну не будто бы, а точно. Но не думаю, что она поведает тайну Мадридского двора. – Там, - шепчет так тихо, что еле слышу.
- Где там? – ломаю комедию, и она тычет пальчиком под стол.
- Какие-то проблемы? – снова повторяю вопрос, но понимаю, к чему она клонит.
- Представляешь, сколько у неё болезней?! – округляет глаза.
- Ты про гастрит и близорукость? – играю на её нервах. Конечно, не дебил. Понимаю, к чему клонит Лиса. Но так нравится смотреть на её выпученный глазёнки, что не могу с собой ничего поделать.
- Мне нужно к врачу! – хмурит брови.
- Уже? – делаю вид, что удивлён. – Не думаю, что сифилис так быстро проявится. Хотя нет, уверен!
Кажется, она понимает, что я не намерен говорить с ней серьёзно.
- Реально что ли меня за лоха держишь? – расправляюсь со вторым яйцом, отламывая хлеб. – Типа, ты одна подумала об этом?
Она уводит глаза, двигая желваками. Блять, какая сучья наивность.
- Покажи мне хоть одного дебила, кто трахает тёлок без справок.
- У меня не взял.
- Кстати, - смотрю на неё внимательно. – Упущение. Лиза, - повышаю голос. – Запиши девчонку куда следует.
- Мне надо в институт! – переводит резко тему.
- Ну так иди.
- Что? – она будто не верит своим глазам.
- Иди! – повторяю.
- Но мне говорили, что ты запрещаешь!
- Врали, - пожимаю плечами, играя на её нервах.
Спокойно жую, пока она, сидя напротив, закипает. Никакой сдержанности. Малолетка. Если бы не Гудини, хрен бы я притащил сюда это недоразумение.
- Кстати, - решаю пойти дальше. – Сегодня ко мне придут гости.
- Поздравляю.
- Напомнить, что следует за грубостью? – меняю голос, потому что она разошлась. А я не люблю подобного от тёлок. – Короче, - шутки кончились. Её следует наказать, напомнить про место. – Сегодня будешь танцевать внизу.
- Для кого? – говорит тихо, и вижу, как нервно сглатывает.
- Для моих гостей.
- Что танцевать?
- А что танцуют тёлки для мужиков? – навожу на определённые мысли. – Одежду тебе дали, как понял. Ну вот её надо снять.
- Как снять? – испуганно шепчет.
- Эротично, блять, - отпиваю из стакана и ставлю его на стол громко, что она невольно вздрагивает.
- А потом? – вижу, как впивается ногтями в маленькие ладошки. Да ты ж моя сладкая. Боится, но идёт тараном с расспросами.
- Потом? – медленно тяну. Откидываюсь на спинку стула, сложив руки на груди, и задумчиво смотрю на неё. – А что выберешь ты?
- Не танцевать, - быстро находится с ответом, отчего мне становится смешно.
- Остроумно, но нет. Дядьки хотят увидеть твои сиськи!
Тут же закрывает грудь, будто сидит передо мной голая.
- Ну и далее по списку.
- Что? – округляет глаза. – Ты говорил, что меня не тронешь! – говорит с вызовом.
- Я? – кривлю лицо. – Да. Не трону. Но кто сказал, что это буду я?
Глава 26. Змей
Звонит Роберт. Поднимаюсь с места, потому что девка ещё не поела. Сидит и охеревает от моих слов, а я еле сдерживаю лыбу.
- Говори, - отвечаю на звонок без приветствия.
- Я знаю, кто стоит за историей с Рубцовым. Есть информация.
А вот это уже интересно. Мои дуболомы за пару дней так и не смогли ничерта нарыть. Думал, справятся. Выходит, опять Гиль постарался. Всё же хорошо иметь мента на коротком поводке.
- Что за неё хочешь?
Задумчиво тру глотку, поправляю трубку, будто плохо слышно. На самом деле отменно, и Лиса косится в мою сторону, изумлённо подняв брови. Кажется, думает, что речь о ней. Показываю, чтобы ела, а не слушала чужие разговоры, и валю в кабинет, который для таких вещей и предназначен. В доме и так минимум прислуги, но стараюсь, чтобы уши не грели. Интересно, девка сливает новости своему папочке? Или обижена на него, что с радостью сама закопает?
В любом случае не намерен посвящать её в херню, которая творится.
- Отсрочку для жены Рубцова, - удивляет Роб.
Хмурюсь, не понимая. То ли у меня проблемы со слухом, то ли Гиль играет в какую-то странную игру.
- На кой ляд тебе это надо?
Толкаю дверь кабинета, оказываясь в своей вотчине. Место, куда можно заходить только мне и Лизе. Других сюда не пускаю, потому именно она занимается уборкой здесь. Щёлкаю замком и разваливаюсь на диване из зелёной кожи. Трахаться тут неудобно, всё к жопе липнет, а вот валяться в одежде нормально, приятно холодит.