— Фига себе! — не сдержал я эмоций. — Ли, ты понял?!
— Понял что, Ван-сяньшэн?
— Что произошло?! Это ведь «слёзы», правильно?! Они отталкиваются, как два магнита одноимёнными полюсами!
— А из чего вы сделали такой вывод, сяньшэн?
— Хм… из наблюдений?.. — задумался я. — Точно! Вспомнил, как меня этот шаман отфутболил каким-то силовым полем, когда я его в предыдущий раз пытался отметелить… но это ещё до тебя было, Ли.
— То есть необходимо избавиться от артефакта? — пропустил искин лишнюю информацию мимо ушей.
— Именно! — подтвердил я. — Возвращай «кракозябру» на шаттл… длины «тросика» хватит, кстати?
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн.
— Прекрасно! В общем, там обыщи шамана и изыми «слезу ангела». А я в это время вернусь в горловину. И попробуем ещё раз.
— Принято, Ван-сяньшэн. А что делать с артефактом?
— Спрячь где-нибудь на борту, потом заберём.
Ну вот, уже похоже на план. И, что характерно, он сработал: избавленный от «слезы ангела» Агуэй перестал баламутить силовые линии в «хабе», и мы уже с первой попытки, так сказать, слились в дружеских объятиях — я, шаман и «кракозябра». Правда, и в этот раз нас из горловины вынесло, но снова мы не улетели дальше центра сферы.
Ну а дальше, как говорится, дело техники: при помощи новообретённой координатной сетки прицелиться в нужную «соту», вырубить от греха «нейр» с Лиу Цзяо, да слегка дёрнуться юнитом, как средоточием наибольшей массы. И — вуаля! — мы уже плотным комом вылетаем из «мембраны» на галечную полосу под утесом. Самое то, кстати, место. Бежать некуда, до входа в «нору» попробуй ещё доберись, особенно если ещё нужно от кого-то отбиваться, да и площадка для мордобоя неплохая — просторная и достаточно ровная. Особенно поближе к срезу воды, там уже не галька, а нормальный песок, по которому даже я босиком могу ходить, и ничего моим ступням за это не будет. А про привычного шамана вообще молчу. Осталось только вывести его из обморока да объяснить суть претензий…
Глава 3-3
-//-
Впрочем, начал я немного с другого — загрузил «нейр» и проинструктировал слегка удивлённого Лиу Цзяо, чтобы потом на это время не тратить. Затем избавился от шлема, ботинок и комбеза, оставшись в одних лишь шортах — да-да, голым и босым, разве что с амулетом на шее — сложил шмот аккуратной стопкой под ближайшим камнем, куда не доставал прибой, и скомандовал «кракозябре» через искина:
— Отпускай.
Функциональный юнит мигом разжал объятия, и шаман в полном соответствии с законом всемирного притяжения буквально стёк по туше «кракозябры» на песок, умостившись на нем пятой точкой и привалившись спиной к пленителю.
— Вот это его приплющило! — поразился я. — Ли, не переборщил с электрошоком-то?
— Если только совсем чуть-чуть, Ван-сяньшэн, — отозвался искин. — Возможно, сказалось истощение организма, а также длительное пребывание в условиях крайне низкой силы притяжения.
— То есть, надо «кракозябре» спасибо сказать, что клиент вовсе ласты не склеил? — хмыкнул я. — Хотя бы живой… вон как рёбра ходуном ходят!
Не в том смысле, что быстро, вовсе нет — дыхание, как и положено при обмороке, медленное и плавное. Я про амплитуду. На костлявом Агуэе это особенно хорошо заметно, благо заношенная «гавайка» нараспашку и ничего не скрывает. Плюс видавшие виды холщовые… даже не шорты, а скорее бриджи, если по длине хорошенько пожёванной штанины судить. Единственная более-менее приличная деталь шаманского облачения — кожаный ремень с массивной пряжкой, изображавшей что-то абстрактное, но воинственное. Парадокс, но шамана я только сейчас сумел рассмотреть, как следует. А до того либо издали, либо в запарке, либо вообще на фото. Кстати сказать, он мне чем-то неуловимо напомнил Качикано — видимо, той самой усталостью на лице, накопленной за долгие годы жизни. А в том, что Агуэй местный долгожитель — если в принципе не самый возрастной обитатель архипелага — я не сомневался. Быть рядом с водой, да не напиться? Извините, не верю. И даже не удивлюсь, если выяснится, что он выходец из самого первого поколения переселенцев с земных Карибов. Ну или второго, из их детей, родившихся на Ликее. Хотя нет, это я уже загнул. Поддался стереотипу, что Гессиона всего полтораста лет, как заселена. Тоже верно, но лишь в отношении клана, то бишь пришлых. А аборигены архипелага, если верить архивам и рассказам Евгения Викторовича (а не верить им оснований нет), появились здесь задолго до нас. За несколько сотен лет, если взять за точку отсчёта момент «провала» шаттла в нашу местную «изнанку». Так что, пожалуй, в сто с лишним, даже в двести с небольшим хвостиком поверю, но больше — нет. Опять же, что мне мешает потом узнать точно? Ну, после приведения в повиновение? Хотя с этим типом легко не будет, это как пить дать. Сейчас, в беспамятстве, лицевые мышцы Агуэя немного расслабились, но даже при этом физиономия сохранила предельно жёсткое и непреклонное выражение. Виной тому, скорее всего, крючковатый нос, глубоко запавшие щёки и резко очерченные скулы. Плюс растрёпанная шевелюра, чёрная, как сама ночь… но, если присмотреться, тронутая сединой у самых корней. А ещё обветренная шкура и крайняя худоба, выдававшая, во-первых, аскета, а во-вторых — не самые благоприятные условия существования за последние два с лишним месяца. Кто-то его подкармливал, потому что как иначе, но довольно скудно. А ещё он где-то, извините, гадил и занимался водными процедурами, но гораздо реже, чем обычный обитатель островов. Есть у него укромный отнорок, однозначно есть. Кстати, ещё одно немаловажное обстоятельство: а чем он все эти месяцы занимался? В смысле, развлекался как? Неужто исключительно медитациями да шаманскими трипами под веществами? Пожалуй, рановато я решил, что он именно в шаттле всё это время прятался. Больше похоже, что мы с ним случайно пересеклись… то есть он, конечно, довольно много времени проводил в самом укромном убежище, которое только можно представить на архипелаге, но далеко не всё. Ночевал? А днём таскался по всяким сомнительным местам? В принципе, это многое объясняет. Я его застал врасплох, да ещё и спросонья. То есть мне повезло. Или, наоборот, ему не подфартило — всё в нашем мире относительно. Ладно, будем считать, что это я такой удачливый — практически не прикладывая усилий, нашёл и задержал основной источник информации, он же по совместительству главный генератор неприятностей.
Впрочем, что толку терять время? Если уж решил выяснить отношения, то именно этим и нужно заниматься. Чтобы, как говорится, два раза не вставать.
— Ли, приведи клиента в чувство, — буркнул я, предусмотрительно отступив на пару шагов от пленника.
— Процесс активирован, Ван-сяньшэн, — дисциплинированно отозвался тот, а «кракозябра» легонько долбанула Агуэя током. В плечо, но этого хватило, чтобы шаман встрепенулся, мотнул головой и принялся отчаянно промаргиваться. — Процесс завершён.
— Вижу, спасибо, — благодарно кивнул я. И обратился к аборигену, воспользовавшись Лиу Цзяо в качестве синхронного переводчика: — Эй, болезный! Как там тебя?.. Агуэй, да?
На сей раз мы не стали заморачиваться с ретрансляцией моего голоса клиенту в мозг, хватило акустической системы «нейра». Ну и шаман к этому моменту уже более-менее пришёл в себя, а потому безошибочно повернул голову на звук и прищурился, фокусируя на мне взгляд.
— Ты этот, как его?.. Куму-пойаи, да? — продолжил я «наводить мосты».
Признаюсь, не особо дружелюбно, но и без явной агрессии.
— Ты… пришлый! — дошло до шамана. — Самозваный владетель архипелага!
— Ты полегче с предъявами-то, — ухмыльнулся я и с намёком ткнул пальцем шаману за спину. — А то ведь можно и спросить за слова.
Агуэй быстро оглянулся и в панике рванул прочь от «кракозябры», но неловко подвернул ногу и снова растележился на пятой точке. Впрочем, это не помешало ему с немалой ловкостью разорвать дистанцию, активно действуя ладонями и пятками. Отполз, что твой краб, порядочно взрыв песок, и остановился, только когда ощутил многострадальным седалищем воду. Здесь его проняло окончательно: помотав головой во все стороны, шаман с ненавистью и безнадёжностью во взгляде уставился на меня.
— Да-да, всё так и есть, — покивал я. — Бежать некуда. Ты в полной моей власти.
Агуэй покосился мне за левое плечо, но я и тут его обломал:
— Вход в «мембрану» в воздухе, надо прыгать во-о-он с того, — ткнул я пальцем, — утёса. Не добежишь, даже не думай. Мой… э-э-э… слуга тебя перехватит. Да и зачем тебе в «изнанку»? Пропадёшь ведь.
И без того уже практически сломленный (в психологическом плане, конечно) шаман схватился за грудь и засипел, силясь втянуть ставший вдруг неподатливым воздух в лёгкие. Впрочем, причиной тому был вовсе не внезапный сердечный приступ, а окончательное и бесповоротное осознание поражения: амулет со «слезой ангела» исчез. И, как тотчас сообразил Агуэй, не без моего участия.
— Да, я знаю, где он, — подтвердил я. — Но самостоятельно ты его не достанешь. Придётся как-то договариваться с другими шаманами. Или со мной, — жёстко ухмыльнулся я. — Ты последний-то вариант сразу не отметай, ещё большой вопрос, с кем проще. Свои-то, небось, обрадуются твоему ослаблению? А? Как думаешь? Сразу грохнут, или сначала поизмываются всласть?
С последним я, по всему судя, попал в точку — шаман ощерился и с ненавистью выплюнул:
— Чего ты хочешь, самозванец?!
— Чего хочу? — демонстративно задумался я. — Самостоятельно принимать решения. Жить с той женщиной, которая нравится мне, а не финансовому отделу рода. Лететь туда, куда нужно мне, а не клану или вайгожэнь. Но в данный момент я больше всего хочу твоего беспрекословного подчинения.
— С чего бы я должен тебе подчиняться?! Тебе, юнцу?! — возмутился Агуэй.
— Ну, хотя бы с того, что я сильнее, — пожал я плечами.
— Докажи! — снова ощерился шаман, но подозрительно быстро сник — видимо, вспомнил, что амулета у него больше нет, а потому на его защитные свойства полагат