ься не приходится.
А вот у меня аналогичный гаджет в наличии, хе-хе. И шаман не в курсе, что я им пользоваться не умею. Вернее, не может быть полностью уверен в этом.
— Что ж, я тебя за язык не тянул! — рыкнул я. — Поединок!
— А если я… не приму вызов? — продемонстрировал Агуэй зачатки критического мышления. — Ты мне не ровня, юнец!
— Это ты мне не ровня, грязный дикарь! — невозмутимо парировал я. — Но я, как видишь, переступил через свою гордость и оказал тебе честь, коей ты, несомненно, недостоин!
— Самозванец!
— Придурок старый!
— Великий Предок тебя покарает!
— А ты зато прямо здесь и сейчас огребёшь!
— Да пошёл ты!
— Сам пошёл!
Так, ну-ка, стоп! Елагин, ты чего вообще творишь? Собирался, значит, морально доминировать, а вместо этого позволил втянуть себя в словесную свару… ну и какой ты после этого дипломат? И ладно бы с кем-то равным поцапался, но это же шаман! Реально дикарь из прошлого! Который уважает исключительно чужую силу! А ты дал ему почувствовать собственную. И вот уже не ты доминируешь и унижаешь, это тебя нагибают. Пусть и сугубо эмоционально. Давай-ка разрывай этот порочный круг, пока никто не увидел. Иначе стыда не оберёшься…
— Значит так, идиот старый! — прервал я на полуслове Агуэя, когда тот взял паузу, чтобы набрать в костлявую грудь побольше воздуха. — Сначала я просто хотел тебя отметелить до полной потери человеческого облика. Сломать морально. Унизить, втоптать в грязь — решай, что тебе ближе. Но теперь…
— И что же изменилось, юнец?! — презрительно выплюнул шаман.
— Теперь я хочу лишить тебя вообще всего, — с издевательской ухмылкой продолжил я развивать мысль. — Даже призрачной надежды.
— Надежды? — непонимающе уставился на меня Агуэй.
— Ага, — ощерился я во всю пасть. Пусть не думает, что только он так умеет. — Вот, гляди!
Я демонстративно снял с шеи ожерелье со «слезой ангела» и как ни в чём не бывало протопал мимо опешившего шамана прямо к «кракозябре», так и торчавшей на своём месте, поскольку никаких иных команд не поступало. До текущего момента, разумеется. А сейчас, подчиняясь моему желанию, функциональный юнит выставил перед собой один «тентакль» на манер гротескной ветви не менее гротескного «дерева», и я повесил амулет на самый его кончик, лёгким толчком заставив раскачиваться, как маятник. Гипнотизирующий маятник, если судить по застывшему взгляду Агуэя.
— Это моя ставка, — пояснил я, сместившись от «кракозябры» так, чтобы она оказалась на равных расстояниях между мной и шаманом. — Победишь, и я не стану препятствовать, чтобы ты забрал «слезу ангела» и ушёл в Паутину.
— А… — сглотнул Агуэй, — если победишь ты?
Не если, а когда, хотел было уточнить я, но не стал — вспугну ещё ненароком.
— Тогда я получу твоё полное подчинение, — пожал я плечами. — И не только твоё. Ты объявишь своему народу, что я не пришлый и не самозванец, а верховный правитель архипелага. Ну и станешь мне во всём помогать. Если, конечно, хочешь сохранить хоть какую-то власть.
— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — скривился шаман. — Зачем тогда ты меня всё это время преследовал?
— Я? — не на шутку изумился ваш покорный слуга.
— Твои люди! — уточнил Агуэй.
— Ну, ты, вообще-то, далеко не ангел, куму-пойаи! Как минимум двух человек угробил крайне затейливым способом. Ну и как мы должны были ещё реагировать?
— А что изменится после… моей победы? Ты перестанешь за мной гоняться?
— Угу.
— А как же месть?
— За кого?! — снова изумился я. — За пьянчуг Лукиньо и Качикано? Да плевать на них! Всё, что меня интересовало в связи с их безвременной кончиной, я уже узнал. Ну так что, принимаешь вызов?
— Больше никаких дополнительных условий?
— Расскажешь мне, где синьор Эухенио. И всё остальное, что я пожелаю узнать про Паутину.
— Это входит в полное подчинение, — не без ехидцы уточнил Агуэй. — Хорошо! Я согласен! Как будем биться?
— Как умеем, — глядя шаману в глаза, произнёс я.
— То есть правил нет?
— Для победы все средства хороши, — пожал я плечами.
А уж для моей основной цели — лишить шамана даже призрачной надежды — тем более. Ведь как можно лишить того, чего нет? Правильно, никак! Значит, что? Значит, надо создать условия для того, чтобы у куму-пойаи Агуэя эта самая надежда появилась. На что именно? Да как обычно — выйти сухим из воды. Обвести врага вокруг пальца. А потом ещё и жестоко отомстить. И всё это станет возможным, если шаман доберётся до амулета. Вон как глаза загорелись! Стало быть, угадал я. И первое, что он попытается сделать — проскочить мимо меня к «кракозябре» и сдёрнуть с «тентакля» ожерелье. Впрочем, он может оказаться хитрее и сначала попробует отвлечь меня ложной атакой. Хотя, если честно, мне оба исхода подходят, поскольку позволят втянуть дофига умного куму-пойаи в откровенную авантюру.
— Начинаем, юнец?
— Начинаем, старикан!
Ну, что я говорил?! Бросок с места вперёд, что твой сумотори, и резкая смена направления где-то на трети пути. Почему на трети? Да потому что на половине мы бы как раз и встретились — я с удовольствием подыграл шаману и рванул навстречу, правда, без фанатизма, чтобы, не дай бог, не порушить планов противника. Хотя было бы даже любопытно глянуть на подобную сшибку — борцы сумо из нас как из известной субстанции пули. Но не срослось, по той простой причине, что шаман в роскошном прыжке попытался дотянуться до амулета. И у него бы даже получилось, поскольку всего-то и надо, что зацепиться, а дальше уже инерция и гравитация сделают своё дело. В смысле, шнурок порвётся, не настолько он крепок, чтобы выдержать вес даже такого дрища, как Агуэй. Вот только я не зря загодя инструктировал Лиу Цзяо: подчинившись дистанционной команде, «кракозябра» ловко задрала «тентакль» на недосягаемую в данный момент для шамана высоту, а из второго долбанула его током. Причём долбанула крайне удачно, в ягодичную мышцу. Соответственно, Агуэя в полёте перекособочило, и он всем телом ляпнулся на песок, умудрившись при этом ничего не сломать и даже не подвернуть. Оно, впрочем, и понятно — упал на мягкое. Но вот изумление пополам с обидой на его роже проступило нешуточное.
— Не балуй! — погрозил я ему пальцем. — Биться, значит, биться!
— Сам сказал, никаких правил! — огрызнулся шаман, успевший подозрительно быстро оправиться от шока и даже собраться в компактный ком, из которого довольно удобно прыгать хоть вперёд, хоть вбок — этакая человеческая пружина. Только вот прыгать он как-то не торопился, вместо этого закинул что-то в рот и моментально проглотил, с трудом протолкнув загадочное «что-то» в пересохшую глотку. — Бьюсь, как умею!
Ох ты ж ё!!! Это чем он таким закинулся, что почти до меня добрался, да ещё и одним прыжком?! Без разбега, с места, а это, доложу я вам, результат, достойный профессионального атлета! Ладно, я успел среагировать и сместился в сторону, а так бы сшиб меня Агуэй, однозначно сшиб. На что, видимо, и был основной расчёт, потому что снова прыгать шаман не стал. Вместо этого нарочито неторопливо развернулся и двинулся ко мне осторожным шагом.
Я, естественно, отзеркалил его движение, чтобы сохранить достаточную дистанцию, попутно лихорадочно обдумывая новые вводные. Прыгучесть, значит, у него резко повысилась… хм… то есть это какой-то стимулятор мышечный. Стало быть, и силы у него сейчас куда больше, чем можно ожидать от такого доходяги. Поэтому в ближний бой лучше не лезть. Осталось только выяснить, что со скоростью… а там уже будет окончательно понятно, как действовать.
Со скоростью, как очень быстро выяснилось, тоже полный порядок: удостоверившись, что дистанцию я контролирую идеально, а заодно чуть усыпив мою бдительность, шаман снова выдал роскошный прыжок. И на сей раз практически достиг своей цели: сбить не сбил, и даже вплотную приблизиться не сумел — я таки отскочил — но умудрился вцепиться мне в запястье костлявой лапой. Я чуть не заорал от боли, но ломать мою конечность шаман не стал — видимо, просто не сообразил, зато дёрнул на себя, и тут уже мне волей-неволей пришлось вступить в близкий контакт. Силы, кстати, рывок был неимоверной — ещё бы чуть-чуть, и плечо из сустава вырвал. Но обошлось. Да и в плотный захват я себя взять не позволил, сначала приложив шаману локтём по носу (накоротке, в стандартной технике вин-чун), а потом, воспользовавшись вражеской заминкой, ужом вывернулся из недружественных объятий. Скорость и сила это, конечно, очень хорошо, но к ним бы ещё и мастерство не помешало. Которым я, в отличие от Агуэя, обладал. А посему, вспомнив навыки шуай-цзяо, поднырнув под грабли шамана, вышел на удобную позицию и взял куму-пойаи на заднюю подножку, уронив тщедушного противника на песок. К сожалению, амплитудного броска не получилось, поэтому я предпочёл подстраховаться и свалился на шамана, в падении воткнув тому локоть в солнечное сплетение, и откатился по песку подальше — что называется, от греха. На ногах и на безопасном расстоянии я оказался даже раньше, чем Агуэй сообразил, что стряслось. И, что самое неприятное, от крайне болезненного попадания, которое должно было из него весь воздух выбить, он даже не кхекнул. Это что же за «дурь» такая?! Судя по эффекту, реально какой-то аналог боевого стимулятора, а не просто энергетик! Вон, и по носу схлопотал неплохо, аж юшка потекла, и на сторону шнобель перекосило, и тоже ноль внимания. Осталось только кости переломать, да и то не факт, что подействует. И что теперь делать?! Да он же меня просто загоняет до полусмерти, а потом возьмёт тёпленьким… если, конечно, догадается. Опять же, кто знает, как долго «дурь» действует? Может, у шамана самого не очень много времени, а потом отходняк накатит, да такой, что он в выброшенную на берег медузу превратится? Фигурально выражаясь, конечно. А я губы раскатал: не просто побить, но ещё и унизить! Большой вопрос теперь, кто кого унизит. Пожалуй, лучше пока поработать вторым номером, на контратаках. Хотя бы выясню, на что Агуэй способен в плане боевых техник. Вряд ли он хороший кулачный боец, скорее, к борьбе склонен — всё же культурное наследие карибских индейцев сказывается. Вот если бы у него дубинка какая-нибудь оказалась в руках, это совсем другое дело. Но место для разборки я подобрал крайне удачное, тут не то, что палку подходящую, тут камня более-менее крупного не найти. Разве что до осыпи под утёсом добежать…