– Добрый день, э… – начал наш учитель превращений, но хозяин дома его перебил.
– Это, наверное, недоразумение, – прокряхтел он. – Вообще-то я заказывал в свой пруд золотых рыбок!
– Ой, в самом деле? Мы немедленно обменяем, – проворковала Финни с ослепительной улыбкой. – Дайте нам пять минут, чтобы дельфин освежился в бассейне, и мы отправимся на склад.
– Хорошо! На кой мне сдалась эта серая скотина?! Можете доставить её в ближайший парк развлечений.
– Да-да, дельфинов все любят? – с горечью донеслось из бассейна.
– Мы можем позолотить вам дельфина – тогда его будет не отличить от золотых рыбок, – предложила наша девочка-скат.
– Хватит, Финни, – буркнул мистер Гарсия, пытаясь объяснить хозяину, что дело не в золотых рыбках – это чрезвычайное происшествие. – Не найдётся ли у вас нескольких вёдер, которые мы могли бы купить? Разумеется, с водой.
В глазах старика мелькнул жадный огонёк.
– Конечно. Вёдра у меня есть, – сказал он. – Двадцать долларов за штуку. Вода в эту стоимость не входит.
– Двадцать долларов?! – выдавил я. – В магазине стройматериалов они стоят всего доллар!
Старик захихикал:
– Но здесь вам не магазин. Так что, берёте вёдра или нет?
Мистер Гарсия, скрипя зубами, купил у него вёдра, а мы с Нестором, Крисом и остальными буравили хозяина взглядами. У школы и так с деньгами туго – ещё не хватало нам жадного богача!
На улице кто-то посигналил – как выяснилось, автобус. Внутри места для дельфина не хватило: сиденья не откидывались. Поэтому мы затолкали Шари, хорошо отдохнувшую в бассейне, в багажный отсек автобуса – там было прохладно.
– Так, ребята, нужно чем-нибудь увлажнить её кожу, – объявил Джек Кристалл. – Кто пожертвует футболку?
Крис с Нестором, разумеется, тут же начали раздеваться, но я на пару секунд их опередил. Джером и Томкин тоже хотели пожертвовать футболки – надо же, временами и в них просыпается великодушие! Но Токо, бледная кожа которого обгорела, лишь прорычал:
– Не надо. Разве я говорил, что дельфины – наши друзья?
И футболки остались на них.
Часть смоченных в воде шмоток положили Шари на спину, другими устелили пол, чтобы у неё на плавниках не образовалось синяков… Если, конечно, у дельфинов бывают синяки. Блю с Ноем забрались к Шари в багажный отсек – придерживать её и присматривать за ней. Заслонку мы оставили открытой, чтобы внутрь проникал свежий воздух.
Может, и к лучшему, что никто не видел, как мы отъехали: ватага полуголых подростков, а в багажном отсеке – почти выросший громко пыхтящий дельфин.
К счастью, всего в нескольких километрах находился пляж Ки Бискейн – не такой многолюдный, как Майами-Бич. Во время поездки Джек Кристалл отчитал Леонору за историю с сувенирами. Доехав до пляжа, автобус припарковался, и мы, осторожно вытащив Шари из багажного отсека, отнесли её в воду.
– Боюсь, обратно в школу тебе придётся плыть, – заметил мистер Кристалл.
– Без проблем, – беззаботно ответила Шари, плавая вокруг него. – Мне всё равно нужно размяться и перекусить – поймаю что-нибудь по пути.
Фаррин Гарсия был по-прежнему обеспокоен:
– Лучше тебе не плавать одной. Пусть кто-нибудь отправится с тобой.
Блю и Ной тут же подняли руки, но Фаррин Гарсия их проигнорировал. Крис тоже вызвался сопровождать Шари, но я вскинул брови:
– Это, конечно, мило с твоей стороны… Но что ты сделаешь, если вам попадётся акула-молот? Предложишь ей себя на обед, чтобы она не тронула Шари? – Я не возражал, чтобы кто-нибудь проводил Шари… если этот кто-нибудь не Крис!
Оборотень – морской лев знал, что нам нельзя открыто ссориться, чтобы Шари не догадалась, что мы оба в неё влюблены.
– Хорошая идея, акулёныш, – небрежно отозвался он, бросив на меня недобрый взгляд. Эх! После той истории, когда я застал его за показом трюков туристам, это уже вторая наша стычка. Жаль: ведь совсем недавно мы чуть не подружились.
– Хватит, вы двое, – одёрнул нас Джек Кристалл. – Ральф, сплаваешь с ней?
– Да не вопрос! – сказал наш диджей Ральф, чернопёрая рифовая акула. В человеческом обличье он был худеньким мальчиком с каштановыми волосами в неизменной толстовке с капюшоном и в наушниках. – До встречи, чуваки. Keep cool!
И вот они уплыли – самая клёвая девочка в мире и наш тусовщик-акула.
Родители
Экскурсия нас всех вымотала, поэтому, вернувшись на арендованном автобусе в школу – Шари ещё не появилась, – некоторые разбрелись по территории, кто-то облюбовал столовую, а кто-то решил поплавать в море, чтобы расслабиться.
Мы с Джаспером ушли в свою хижину номер три. Была середина сентября, и стояла такая влажная жара, что потеешь даже во время отдыха. Я забрался на свою койку и рухнул на матрас.
– Жаль, что мы так и не поймали этих бандитов, – сказал Джаспер снизу. Он в обличье броненосца рылся в своих любимых земляных запасах под кроватью. – Они наверняка при первой же возможности опять спустят ядовитые отходы в Эверглейдс.
– Может, всё-таки не стоит с ними связываться: слишком опасно, – заметил я.
– Можно посоветоваться с Финни, – предложил друг, высунув из-под кровати коричневую мордочку. – Ведь её отец полицейский – она наверняка разбирается в таких вещах.
Иногда мне всё ещё было странно разговаривать с броненосцем. Но чем дольше я учился в «Голубом рифе», тем реже случались такие моменты.
– Хорошая идея. В любом случае нужно как можно скорее предпринять новую попытку, – сказал я. – А то эти типы опять могут где-нибудь опустошить бочки и отравить кучу животных. Не говоря уж про оборотней.
Я выглянул в окошко хижины посмотреть, не вернулась ли Шари. Увы, нет.
– Ты прав: глупо было бы сейчас сдаться – похоже, мы на что-то наткнулись. Но лучше держать в секрете, чем мы занимаемся… Сам знаешь – из-за этих телохранительниц.
К счастью, следы когтей были уже почти не видны – учителя их точно не заметят.
Вдруг у меня зазвонил телефон, и я без задней мысли взял трубку:
– Алло?
– Ты пытался мне позвонить? – спросил незнакомый женский голос.
Поскольку мало кто знал этот номер, я сразу сообразил, кто это. Я так резко вскочил с кровати, что ударился головой о крышу хижины и, слегка оглушённый, упал обратно, что не слишком способствовало вразумительному ответу.
– Э, да… Ты Айрис Андерсон, верно? Моя… э… мама.
– Верно, – ответил женский голос – ровный и уверенный, хотя сейчас в нём звучали нотки недоумения. – Что это был за грохот только что?
– Да ничего, – сказал я, потирая макушку. А то ещё сочтёт меня недотёпой. – Может, кокосовый орех на крышу упал.
– Зачем ты звонил – у тебя проблемы?
Я на секунду потерял дар речи. Я её сын – разве это недостаточная причина позвонить? Когда ко мне вернулась способность говорить, я произнёс:
– Уже нет. Во время школьной экскурсии в Майами произошла пара небольших инцидентов, но теперь всё в порядке.
– Ну и отлично. Очень хорошо. Ты уже более-менее свыкся с тем, кто ты? Плохо, что Джонни так поздно тебе об этом сообщил. Меня мать поставила в известность, когда мне исполнилось десять.
– Джонни всё сделал правильно, – заступился я за него, и на этом тема, похоже, была исчерпана. Жаль. Мне хотелось бы знать, как она отреагировала на известие, что она синяя акула.
– Кстати, мы со Скоттом сейчас в Америке и могли бы заехать в воскресенье к тебе в школу. Во второй половине дня. Ты свободен?
Сердце у меня бешено заколотилось, как при встрече с тигрицами-близнецами.
– Я… да. В выходной я буду в городе у дяди Джонни, но во второй половине дня, часам к пяти, уже вернусь.
– Договорились. Будем рады тебя повидать. До встречи!
Немного оглушённый, я нажал кнопку отбоя.
Джаспер пискнул:
– Ой, это правда была твоя мама?
– Они с отцом вроде должны навестить меня в воскресенье, – сказал я, всё ещё ошалевший. – Но я в это поверю, только когда они будут здесь. В прошлый раз, когда они обещали приехать, я ужасно волновался перед встречей, а они так и не появились.
«Будем рады тебя повидать», – сказала она. А вдруг я им не понравлюсь и они разочаруются? Опять у меня в голове вертятся эти дурацкие мысли.
Но тут мои размышления были прерваны.
С пляжа донеслись громкие мысленные голоса – один из них я узнал сразу: Шари! Она с кем-то спорила. С кем-то во втором обличье.
Я так торопился, спускаясь вниз, что едва не наступил на своего соседа по комнате, который в этот момент выскочил из-под кровати.
– Ничего страшного, можешь на меня наступить, – с гордостью произнёс Джаспер. – У меня же панцирь!
– Может, в следующий раз, – сказал я и, переодевшись в чистое, поспешил на улицу. Там я притормозил и побрёл по пляжу, будто просто решил выйти на прогулку.
В лагуне я увидел Шари – в обличье девочки она стояла по пояс в воде, завернувшись в цветное полотенце. Сопровождавший её Ральф в облике двухметровой рифовой акулы улепётывал в открытое море – и куда он так торопится? Зато на мелководье в лагуне плавали двое незнакомых дельфинов. Взрослые афалины. У одного из них был тёмный шрам на боку, у другого – серповидный спинной плавник.
Оба крутились возле Шари, но кто они, я понял, лишь когда они снова заговорили.
– Мы, конечно, разрешили тебе сухопутные экскурсии, но не в город же! – мысленно произнёс один из дельфинов мужским голосом. – Чем ты думала, когда туда поехала?! Это могло плохо закончиться!
– Но ведь всё обошлось, – упрямо возразила Шари. – Я немного полежала на земле и поплавала в бассейне – ну и что?
– Мы не собираемся тебя наказывать, мы просто желаем тебе добра, Плавничок. Мы так беспокоимся, что ты постоянно рискуешь, – с упрёком проговорил женский голос – по-видимому, это был дельфин с серповидным спинным плавником.
– Ты что, хочешь угодить в дельфинарий?