Натан обеспокоенно расхаживал взад-вперед по лужайке перед домом, периодически останавливаясь, чтобы вглядеться вдаль. Взглянув на часы, он в который уже раз тихо выругался. Куда, черт возьми, могла запропаститься Элисса? Прошло уже больше двух часов с того момента, как она выехала со двора на вороной кобыле. Неотвязное тревожное чувство все нарастало, действуя ему на нервы. Совсем недавно ему пришлось вот так же ждать Эли и, не дождавшись, обнаружить его труп и искалеченного мерина на дне каньона. Впрочем, у Элиссы было достаточно здравого смысла, чтобы ездить по открытым просторам полей, вместо того чтобы плутать по каньонам… Или он ошибался на этот счет?
– Натан!
Оглянувшись, Хантер увидел на крыльце Валери.
– Элли вернулась? – спросила она.
– Нет, – мрачно пробормотал он.
– Что же, я больше не могу ждать, чтобы попрощаться с ней. Утром мне нужно быть уже на работе. Скажи, что я позвоню ей завтра!
Валери вернулась в дом, а Натан снова принялся расхаживать по лужайке. Не прошло и десяти минут, как из барака для работников появился Твиггер, тщательно причесанный и принарядившийся.
Несмотря на всю свою взвинченность, Натан не удержался от добродушной улыбки.
– Куда это ты направляешься, дружище?
Твиггер метнул на Натана сердитый взгляд.
– Последнее время ты стал чрезмерно интересоваться тем, как я провожу свое свободное время. С чего бы это? Хочешь заменить мне мамочку?
– А что, сегодня вечером в нашем городке состоится какая-то вечеринка? – как ни в чем не бывало продолжал улыбаться Хантер.
– Нет!
– Так куда же ты так вырядился?
– Отвяжись, Нат! Это не твое дело! – рявкнул Твиггер. – Я же не спрашиваю, почему ты бродишь перед домом, как заботливый отец в ожидании своего чада! Заметь, я не спросил тебя и о том, что это вы с Элиссой делали там, в конюшне, перед ужином!
– Верно.
– Вот видишь! Потому что я знаю, что это не мое дело!
И Твиггер неторопливой походкой направился к своей машине.
Улыбнувшись, Натан крикнул ему вслед:
– Эй, друг, передай от меня привет Валери! И смотри, к семи утра будь здесь, на ранчо! У нас полно работы.
Открыв дверь машины, Твиггер обернулся к своему упрямому другу.
– Спокойной ночи, мамочка! – пробурчал он и тронул машину.
Еще раз взглянув на часы, Натан решил, что если уж в нем действительно проснулся материнский инстинкт, то было бы логично вскочить в седло и пригнать домой эту непослушную Элиссу. Уж лучше отправиться на ее поиски, чем протаптывать дорожку на лужайке перед домом, мучаясь дурными предчувствиями. Пока еще не совсем стемнело, пора было ехать на поиски.
Решив сначала проверить самые страшные предположения, Натан первым делом поскакал в сторону каньонов. Если его страхи насчет возможного несчастья с Элиссой не оправдаются, то у него останется достаточно времени, чтобы найти ее среди полей и пастбищ ранчо. Он вовсе не собирался становиться постоянной нянькой для этой крайне независимой девицы, поэтому твердо решил раз и навсегда потребовать от нее обещания никогда больше не ездить одной, хотя не был уверен, что его ультиматум будет принят.
Завидев вороную кобылу Элиссы, бродившую по краю каньона без всадницы, Натан сразу забыл про свой ультиматум. От предчувствия самого страшного у него замерло сердце, а до ушей доносилось лишь жалобное мычание коровы.
Пришпорив своего мерина, Натан со скоростью стартовавшей ракеты помчался к каньону, по краю которого бродила знакомая вороная кобыла. Найдя сравнительно пологий спуск, он направил мерина вниз, мысленно пообещав себе убить Элиссу, если только она сама не успела этого сделать с собой. Черт возьми! Эта женщина доведет его до сердечного приступа!
– Катлер! Черт бы тебя побрал, где ты? – закричал Натан, спрыгивая с лошади.
– Здесь, внизу! – неожиданно донесся до него голос Элиссы.
Взяв себя в руки и приготовившись к худшему, Натан посмотрел вниз, однако среди густого подлеска не смог ничего разглядеть.
– С тобой все в порядке?
– Да!
– Тогда какого черта ты там делаешь? Уже совсем темно! – не выдержав, взорвался Хантер.
– Сама вижу, что темно!
Среди густых зарослей показалась ее темноволосая голова, склонившаяся над… нет, Хантер не смог разглядеть над чем!
Бормоча проклятия, он стал поспешно спускаться вниз, пытаясь удержать равновесие. Когда Хантер увидел, что Элисса тащит вверх по склону маленького новорожденного теленка, он замер на месте от изумления. Теленок слабо протестовал, пытаясь вырваться из ее рук, но у него ничего не получалось.
– Давай его сюда! – шагнул к Элиссе Хантер.
– Я проезжала мимо и услышала, как он бьется в кустах, – объяснила Элисса, задыхаясь от тяжелой ноши. Теленок весил не меньше сотни фунтов.
Подхватив жалобно мычавшего теленка, Натан стал взбираться вверх по склону, останавливаясь через каждые несколько ярдов, чтобы перевести дыхание. И как только Элиссе удалось найти силы, чтобы поднять такую тяжесть?
– Кто отвечает за скот и состояние заборов на этих пастбищах? – спросила Элисса, взбираясь вслед за Хантером вверх по склону. Только теперь она поняла, как легко было оступиться и потерять равновесие, держа в руках постоянно вырывавшееся животное. Она сама дважды съезжала вниз, чуть не падая на спину.
– Обычно тут за порядком следит Лес Файкс, – ответил Хантер. – Большая часть коров уже отелилась, но некоторых удалось осеменить слишком поздно, потому что симментальский бык умудрился повалить изгородь и крепко подраться с другим быком-лимузином. Они чуть не забодали друг друга насмерть, пока их сумели развести в стороны. В результате жестокой схватки оба быка на несколько недель потеряли всякий интерес к продолжению рода. А это говорит о многом, потому что бык скорее будет голодать, чем откажется от возможности покрыть корову.
Элисса с улыбкой выслушала рассказ Хантера, мысленно спрашивая себя, не таковы ли и все мужчины, а не только быки.
– Этот малыш, – продолжал Хантер, делая остановку, чтобы перевести дыхание, – родился совсем недавно. Должно быть, он свалился в каньон, когда пытался встать на ножки.
– И он наверняка погибнет, если как можно скорее не доберется до материнского вымени, – добавила Элисса неожиданно для себя самой. – Молозиво чрезвычайно важно, даже жизненно необходимо для новорожденных телят.
– Бог ты мой! – хмыкнул Хантер, делая еще шаг вверх по крутому склону. – На какое-то мгновение мне почудилось, что рядом со мной стоит твой отец! Значит, он и тебя научил кое-чему, да? Если бы я записывал все те бесценные практические советы относительно выращивания скота, которые щедро давал мне Эли, то у меня получилась бы целая книжка!
Когда Натану наконец удалось выбраться на ровную поверхность, к нему сразу подошла новоиспеченная мать теленка и стала жадно его нюхать. Ей вовсе не нравилось, что от ее детеныша пахнет человеком, и она угрожающе опустила голову, чтобы заставить человека отпустить ее «ребенка». Не дожидаясь продолжения красноречивого движения коровы, Натан опустил теленка на землю и поспешно отвел в сторону Элиссу.
Оба молча наблюдали, как корова захлопотала над своим отпрыском. Несмотря на все ее материнские усилия, слабенький теленок никак не мог подняться на то и дело подгибавшиеся ножки. Что удивительного в том, что он свалился с обрыва, если даже на ровной поверхности его не держали ноги!
– Пожалуй, будет лучше, если мы отведем корову с теленком в загон и там подоим ее, – решительно сказал Натан, глядя, как солнце медленно садится в пурпурно-золотые облака на горизонте. – Если теленок проведет сутки без кормления, вряд ли ему удастся выжить.
Элисса подвела лошадей, и, несмотря на сопротивление коровы, Натан перебросил ослабевшего теленка через седло своего мерина, выказывавшего явные признаки неудовольствия.
– Поскольку я не взял с собой Рики, тебе придется заменить его. Не позволяй корове приблизиться ко мне, – непререкаемым тоном говорил Хантер, взбираясь в седло. – Ей не нравится, что мы забрали у нее только что найденного детеныша. А если ей вздумается побежать обратно, на место родов, чтобы снова почувствовать его запах, гони ее вслед за мной в загон.
– Понятно, босс! – с успехом подражая ковбойскому выговору, проговорила Элисса.
– Извини, ты, наверное, не привыкла подчиняться приказам других…
– Отец отлично выучил тебя, Хантер, разве не так?
– Гораздо лучше, чем мой собственный папаша. Возможно, Сид и вправду был всемирной звездой родео, но отец из него был никудышный. Он относился ко мне по большей части как к досадной помехе. Рядом с Эли я впервые в жизни почувствовал, что нужен кому-то и даже любим.
– А что произошло с твоей матерью? – не удержалась от любопытного вопроса Элисса.
– У меня не было матери.
– Перестань, Хантер! Мать есть у всех.
На мгновение задумавшись, он ответил:
– Понятия не имею, где моя мать. Я был слишком маленьким, чтобы запомнить ее, когда она сбежала от отца.
Тронув поводья, Хантер заставил мерина двинуться рысью в сторону загонов для скота. Элисса задумчиво глядела ему в спину. Похоже, Джессика Ролинз Катлер и Сид Хантер имели между собой много общего. Оба относились к своим детям скорее как к неизбежной помехе, а не благословению свыше. Однако их обоих перещеголяла мать Натана, и вовсе сбежавшая от семьи.
Своих детей – если, конечно, они у нее будут – Элисса собиралась заботливо растить, никогда не бросая на волю судьбы и случая. Если бы Эли имел возможность воспитывать свою дочь до совершеннолетия, Элисса была бы сейчас совсем другой, гораздо более счастливой и уверенной в себе. Во всяком случае, так ей сейчас казалось.
Оглянувшись, она увидела последние лучи величественного закатного солнца. Ей казалось, что отец где-то совсем рядом, и она довольно улыбнулась – тут Джессика никак не могла помешать отцу и дочери, вновь обретшим друг друга. Элисса испытывала ощущение постоянного незримого присутствия рядом с собой любимого и любящего родного человека – отца, который наблюдал за ней, направлял ее действия и… любовался ею.