Внутренней проблемой распределения личного состава для нас являлось установление соотношения между боевыми и тыловыми частями. В наступательной войне оно должно быть 60: 40. Но при изменении характера боев необходимо было это соотношение увеличить в пользу боевых частей, что и было сделано в соотношении 70: 30.
В итоге можно сказать, что нам удавалось получать полноценное пополнение до 1942 года, поддерживать чисто количественный баланс армии — до июня 1944 года. Полное истощение резервов наступило к январю 1945 года.
Судя по всему, эта часть допроса Йодля еще ждет квалифицированной оценки со стороны историков Великой Отечественной войны. На фоне беспристрастных выкладок выдающегося фашистского теоретика и практика войны еще более очевидным становится подвиг советского солдата в критические дни октября — ноября 1941 года, когда враг стоял у стен Москвы, а о соотношении 70: 30 в Рабоче-крестьянской Красной Армии не было и речи. В тот период на фронт были брошены практически все войска, и никакого резерва практически не оставалось. И даже сибирские дивизии, дислоцированные на дальневосточных рубежах страны на случай вступления в войну против СССР милитаристской Японии, были передислоцированы под Москву и тут же брошены в бой. Это произошло после получения разведданных от Рихарда Зорге, свидетельствующих о том, что Страна восходящего солнца отказалась от боевых действий против Советского Союза.
Есть над чем подумать и нашим военным, сравнивая цифры боевых потерь. Увы, но и в Великую Отечественную войну Советский Союз, как, впрочем, и Россия на протяжении едва ли не всей своей истории, воевала «пушечным мясом».
— Какие у вас были отношения с Гитлером?
— Наиболее тесные отношения с Гитлером у меня установились с января 1943 года. До этого был период, когда наши отношения переживали кризис. Летом 1942 года я считал, что Гитлер плохо вел военные действия на Восточном фронте. Гитлер в то время находился в Виннице и оттуда руководил военными операциями. Я относил это за счет того, что он плохо переносил русский климат: у него были головные боли, повышенное давление крови. Он все время отдавал противоречивые приказания. Я не соглашался с теми приказами, которые он отдавал. Я говорил ему, что его приказы противоречат ранее отданным. В связи с этим наши отношения ухудшились. Еще в начале войны я не был согласен с военными планами Гитлера. В 1942 году я считал, что нужно взять Ленинград, а не идти на Кавказ. Между нами произошел невиданный скандал, такого скандала никогда еще не было в ставке. Меня должны были сместить с поста. Фюрер не здоровался больше со мной и с Кейтелем, не приходил к нам для обсуждения военной обстановки, не обедал с нами.
Это состояние отчуждения продолжалось до января 1943 года. В январе Гитлер вручил мне золотой значок партии. При этом он сказал, что тогда я поступил неправильно, но это уже позади. Он признает, что я являюсь преданным солдатом. Личным другом Гитлера я никогда не был.
— Каково ваше личное мнение о Гитлере?
— Личность Гитлера может охарактеризовать только история. Безусловно, он гений, необычайный человек, врожденно приспособленный к труду, вечный труженик, удивлял всех своей памятью, которая была феноменальной. Исключительно много читал и был компетентен во всех областях. В личной жизни жил так, как проповедовал, — скромно и просто. Как вождь и военный руководитель, исключительно быстро принимал решения. Недостаток Гитлера — он не знал мира, никогда не был за границей, очень легко поддавался внешним влияниям и становился чудовищно жесток и часто несправедлив к подчиненным. Несмотря на природную мягкосердечность, любовь к детям и животным, в период войны он стал очень резок и жесток. В физическом отношении в первые годы войны был вполне работоспособен, но после сказалось напряжение. В последнее время на него оказывали влияние сильное давление крови и больной желудок. После покушения 20 июля у Гитлера появился нервный тик (дрожание левой руки и ноги), он стал сильно сутулиться, однако признаков душевной неполноценности я до последнего времени не замечал.
Достоверно известно о 41 попытке покушения на Гитлера. В них участвовали представители высшего генералитета и старшего офицерского состава, дипломаты и госчиновники, банкиры и даже священники. Мотивы участия в заговоре были разные. Кто-то искренне не соглашался с авантюристическими планами Гитлера, кто-то был обижен за незаслуженное наказание и понижение в должности, были среди заговорщиков и убежденные политические оппозиционеры. Отступление вермахта на Восточном фронте в 1943–1944 годах способствовало росту числа несогласных. Вероятно, не обошлось здесь и без участия английской разведки, которая предпринимала определенные шаги с целью физического устранения фюрера. В первые годы Великой Отечественной войны в ликвидации Гитлера был заинтересован и Сталин. Но позднее Верховный изменил свою позицию. Он, в частности, боялся, что устранение Гитлера и приход к власти в Германии оппозиционных военных чреват сепаратным миром с Англией и США, а в перспективе — и совместным выступлением против СССР. Поэтому было распоряжение о захвате Гитлера живым для проведения публичного суда.
Одна из первых попыток захвата власти военными предпринималась еще в январе 1933 года, когда Гитлер был провозглашен канцлером Германии. Генералитет планировал ввести в стране военное положение и устранить «выскочку-ефрейтора». Переворот не удался из-за плохой организации.
К осени 1938 года оппозиционно настроенные к фюреру и национал-социализму военные сформировали движение Сопротивления и решили вновь свергнуть Гитлера. Заговорщики во главе с генералом Францем Гальдером надеялись захватить его живым, судить Народным трибуналом и, признав душевнобольным, навечно поместить в сумасшедший дом. Оппозиционеры надеялись и на помощь Англии. Планировалось, что 14 сентября 1938 года в 20.00 танковая дивизия генерала Гепнера войдет в Берлин и займет стратегические позиции в столице рейха и арестует фюрера. Но накануне путча британский премьер-министр Невилль Чемберлен трижды летал в Германию на переговоры с Гитлером. В связи с этим операцию пришлось отложить, а после 29 сентября 1938 года, когда состоялось подписание «Мюнхенского сговора», и авторитет Гитлера среди населения стал необычайно высок, «Берлинский путч» и вовсе был отменен. Во всемирной истории заговоров этот случай уникален тем, что никто из его участников не раскрыл тайну, и попытка смены власти так и осталась для Гитлера тайной.
Неудачным оказался и цоссенский путч в ноябре 1939 года. После молниеносной победы над Польшей генералитет надеялся на окончание войны. Но Гитлер готовил наступление на Западе. Заговорщики хотели отстранить диктатора от власти и заключить мир. Но их планы не были реализованы. Тем не менее, 8 ноября 1939 года в пивном зале Мюнхена, где Гитлер каждый год выступал с пространной речью в память о жертвах «пивного путча» 1923 года, произошел страшной силы взрыв. Столяр по имени Эльзер заложил бомбу в колонну, у которой обычно стоял фюрер. Семь человек были убиты, более шестидесяти ранены. Однако Гитлер не пострадал, поскольку за несколько минут до взрыва ушел из пивной. Впрочем, существует мнение, что взрыв стал провокацией, устроенной фашистскими спецслужбами с согласия диктатора.
Летом 1940 года во время пребывания Гитлера в Париже на празднике в честь победы над Францией сорвалось еще одно покушение. Командующий германскими войсками во Франции фельдмаршал Эрвин фон Вицлебен и трое офицеров его штаба планировали застрелить Гитлера, после чего их берлинские единомышленники хотели захватить власть в Берлине. Но в последний момент покушение сорвалось.
В декабре 1941 года после поражения под Москвой начальник Генштаба Франц Гальдер готовил новый переворот. Уничтожить Гитлера он хотел с помощью подчиненных ему танковой и авиадесантной дивизий. Но провидение и здесь спасло фюрера. За несколько дней до часа «X» Гитлер срочно перебросил эти части на Восточный фронт, где они были уничтожены Красной Армией.
13 марта 1943 года генерал Хенниг фон Тресков и Шлабрендорф подложили мину в личный самолет Гитлера, на котором фюрер прилетел в Смоленск на совещание в штаб группы армий «Центр» и должен был вскоре вернуться в Берлин. Взрывное устройство английского производства, замаскированное под бутылку бренди, заговорщики уговорили взять на борт офицера сопровождения будто бы в подарок генералу Фридриху Ольбрихту. По непонятным причинам мина так и не взорвалась, и попытка покушения оказалась не раскрытой.
Еще через неделю — 21 марта 1943 года офицер штаба группы армий «Центр» барон Рудольф-Кристоф фон Герсдорф решил выступить в роли камикадзе и взорвать себя вместе с Гитлером. Место теракта — берлинский цейхгауз, где фюрер должен был осматривать трофейное советское оружие. Миниатюрную адскую машину с часовым механизмом, установленным на 10 минут, фон Герсдорф положил в карман собственной шинели. Но Гитлер осматривал оружие не более пяти минут, после чего быстро удалился, а заговорщик едва успел дойти до туалета, чтобы извлечь из мины взрыватель.
В начале осени того же года генерал-майор Хельмут Штиф с группой офицеров штаба ОКХ (армейская разведка) подложили взрывное устройство большой мощности в водонапорной башне Растенбурга. Но бомба взорвалась раньше времени, Гитлер не пострадал, а виновных так и не нашли, поскольку расследованием занимались офицеры абвера, связанные с заговорщиками.
Но самым громким стало июльское покушение 1944 года. Ключевая фигура заговора — потомственный военный аристократ полковник Клаус Шенк фон Штауффенберг. После тяжелого ранения в боях Африканского корпуса фельдмаршала Эрвина Роммеля в Тунисе, он потерял правую руку, глаз, покалечил ногу. Еще 26 декабря 1943 года он пронес портфель со взрывчаткой в Растенбург на совещание в ставку Гитлера «Волчье логово». Но фюрер неожиданно отменил заседание, и покушение не состоялось. После ареста графа фон Мольтке фон Штауффенберг стал лидером заговорщиков. Он разработал план «Валькирия», согласно которому предполагалось уничтожить Гитлера, арестовать высших чиновников гестапо, СД и СС, а затем организовать военное правительство.