– Да я целый год спал один!
– Значит, в Рестине у тебя все же была девушка?
– Таких, как ты, – никогда.
Стоит мне проснуться на следующее утро, как я ощущаю странный запах и морщу нос. Затем понимаю, что именно мы с Сореном – источник далеко не райского благоухания. Мы целый день карабкались по горам, да и кровь оттерикса на одежде делу явно не помогла.
– Нужно срочно отыскать ручей, иначе в следующий раз будешь ночевать снаружи.
– Да ты и сама источаешь совсем не цветочные ароматы.
Я шутливо толкаю напарника в плечо.
– Ты не должен говорить такие вещи девушкам.
– Я никогда тебя не обманывал, – парирует Сорен, – и не собираюсь начинать. Даже если придется озвучивать не слишком приятную истину, – он подкрадывается со спины и целует меня в затылок.
Как ни странно, но эти слова мне кажутся ужасно романтичными.
Спускаться вниз гораздо легче. К сожалению, налетать на преграду тоже становится гораздо болезненнее. Так мы все будем с ног до головы в синяках, когда доберемся до подножия!
Перо оттерикса такое длинное, что не умещается в заплечном мешке Сорена и выглядывает наружу. Его спасение.
Камни так и норовят вывернуться из-под ног, и все мое внимание сосредоточено лишь на том, чтобы не упасть. Почти сразу после преодоления очередного невидимого барьера мы натыкаемся на ручей и идем вниз по течению в поисках более удобного места для купания.
– Вчера, – замечаю я, – ты даже не попытался убить оттерикса. Лишь ранил его, чтобы отпугнуть.
– Все верно.
– Я рада, что ты так поступил, даже при том, что бестолковая птица меня клюнула, – я бессознательно прикоснулась к перевязанной ране.
– Мой маттугр заключался в том, чтобы украсть перо, а не убить чудовище. Оттерикс не напал бы на нас, если бы мы не вторглись на его территорию. Он совсем не такой злобный, как хайгозух, и нападает только при необходимости.
При упоминании озерного монстра я содрогаюсь.
– Да уж, та тварь сожрала бы любого, вне зависимости, была бы она голодна или нет. Да из-за хайгозуха даже я теперь боюсь заходить глубоко в воду.
– А Пераксоло так и вообще воплощение зла, – комментирует Сорен. – И заслуживает смерти за свои зверские выходки. Когда до этого дойдет, тебе не следует колебаться.
– Возможно, у него и человеческое лицо, но душа демона, – отвечаю я. – Я без колебаний его убью и сделаю одолжение людям всех окрестных деревень.
– Отличный настрой, – говорит Сорен, и тут его взгляд падает на что-то у меня за спиной. – Нам повезло: впереди ручей разливается.
И действительно, ниже по течению тонкие струйки образуют запруду. Вода чистая, и я без труда могу разглядеть на дне блестящие в солнечных лучах камни. Должно быть, в них содержатся вкрапления металла. На горе явно никто никогда не пытался добыть полезные вещества. Уверена, здесь полно руды и других ископаемых.
– Дамы вперед, – галантно предлагает Сорен. – Заодно скажешь, холодная ли вода.
– Ручей берет начало в горах. Думаю, вода просто ледяная.
– Что тебе больше хочется: отмыться или остаться в тепле?
Я еще раз задумчиво принюхиваюсь к своей одежде и решаю:
– Отмыться!
– Я покараулю. Обещаю не подглядывать.
– Как благородно!
Сорен коварно ухмыляется, а затем растворяется в лесу. Я снимаю пластины брони и оставляю их под деревом. Потом избавляюсь от обуви. Топор прислоняю к стволу последним. Нахожу в мешке мыло и сменную одежду и подхожу к краю заводи. Раздеваюсь и складываю вещи на берегу. Трогаю воду ногой. Ледяная еще мягко сказано! Как только поверхность не замерзла? Я понимаю, что промедление только ухудшит ситуацию, поэтому набираю воздух в легкие и с разбегу ныряю.
Холод, будто иглы, впивается в кожу. Я застываю на несколько секунд, пытаясь привыкнуть к температуре.
– Ты как? – кричит Сорен, не оборачиваясь.
– В-водичка – прелесть! Пог-годи, сам окунешься и уз-знаешь!
Напарник издает тихий смешок. Я делаю вид, будто не расслышала.
Я дважды намыливаю каждый миллиметр тела, затем волосы и погружаюсь в воду с головой. От холода все сводит.
Смыв грязь, я поспешно выбираюсь из ручья и поспешно натягиваю чистую одежду. Мокрые волосы зачесываю назад и собираю в косу. Все это время Сорен продолжает меня охранять.
Я хватаю груду грязных вещей и бросаю в воду. У меня всего одна смена одежды, поэтому со стиркой лучше не затягивать.
Стараясь оттереть мылом грязь, я понимаю, что с особенно въедливым пятном от пореза на руке так просто управиться не выйдет. Оглядываюсь в поисках подходящего инструмента и вижу неподалеку отличный шероховатый камень. Вкрапления металла в нем так и сверкают на солнце. Я хватаю булыжник и начинаю яростно оттирать пятно. В этот раз мне удается вывести засохшую кровь.
Я выбираюсь из ручья, отжимаю выстиранные вещи и развешиваю их сушиться на ветках деревьев. Затем я делаю шаг в сторону доспехов, по-прежнему сжимая найденный булыжник в руке – уверена, Сорену он тоже пригодится. Однако внезапно что-то выхватывает камень из моей ладони. Я поднимаю взгляд от земли, но до напарника остается еще несколько метров. Я тщетно оглядываюсь в поисках захватчика.
– Ты что-нибудь видел? – кричу я воину.
– Расмира, клянусь, я не подглядывал. Пока ты купалась, я смотрел в другую сторону.
При этих словах я слегка краснею.
– Да нет! Я имею в виду, ты не замечал кого-то или чего-то постороннего?
– Нет, а в чем дело? – парень оборачивается ко мне.
Я перевожу взгляд на землю, высматривая возможные инструменты для нападения.
– Пока не знаю, – медленно отвечаю я. Затем наклоняюсь, чтобы поднять выпавший булыжник. Зажав его в кулаке, я снова делаю шаг в сторону оружия. И… У меня ничего не выходит.
Вначале я думаю, что снова наткнулась на невидимую преграду. Но раньше я проходила здесь в броне и ничего не заметила. Может быть, все дело в булыжнике? Почему я не могу забрать его с собой? Чем он так важен для Пераксоло? Для какой цели камень должен оставаться в ручье?
А может, достаточно получше разбежаться?
Я отхожу на несколько шагов, сгибаю ноги в коленях и резко стартую в сторону дерева. Сначала я чуть было не выпускаю камень из рук, но внезапно что-то поддается, и я слышу звук падения. Это упали доспехи, которые я облокотила на дерево.
– Как ты это сделала? – спрашивает Сорен.
Я делаю еще один шаг вперед. Требуется приложить усилие, но булыжник остается при мне. А вот пластины брони…
Они снова отодвигаются, не давая мне приблизиться.
Какое-то время я просто перевожу взгляд с экипировки на камень в руке и обратно. Затем подхожу к вещевому мешку, заставив доспехи сместиться еще на несколько метров.
– Ты когда-нибудь видел подобный металл? – интересуюсь я у воина, протягивая ему находку.
– Выглядит светлее, чем обычное железо, – получаю в ответ комментарий.
– А еще явно вступает с ним во взаимодействие, – добавляю я.
– Как магнитные камни? – уточняет Сорен.
– В точности как магнитные камни. Но этот булыжник куда сильнее тех, что я находила поблизости от деревни.
– Все это очень интересно, но зачем… – он резко обрывает фразу, и мы смотрим друг на друга, явно придя к одинаковым выводам.
– Вот почему нам не удавалось пройти в горах! – восклицаю я. – Там явно полным-полно этих суперсильных магнитов. Готова поспорить, что и пещера бога тоже окружена подобными валунами. Неудивительно, что мне не удавалось приблизиться ко входу, хотя палки и камни прекрасно пролетали. Но из чего тогда изготовлены доспехи самого Пераксоло? Наверняка из того же металла! Поэтому я и не могла нанести удар секирой и меня откидывало назад. Это значит, что он не может управлять предметами, а всего лишь пользуется природной силой камней!
Глава 21
Когда мы с Сореном почти добираемся до подножия горы, то нам приходится прятаться под деревьями, так как Пераксоло вышел из своей пещеры.
– Куда он направляется? – шепчет мне на ухо воин.
– Без понятия. Никогда не видела, чтобы он обходил раньше гору кругом. Может, идет охотиться?
Мы застываем неподвижно, пытаясь слиться с деревьями.
Сорен первым сбегает вниз с горы, как только бог скрывается из виду.
– Думаю, нам лучше идти к дому другим путем.
– Подожди.
– Что там?
– Пераксоло покинул свое убежище!
– И что?
– Я должна узнать, что внутри, – я практически пробегаю последние несколько шагов. Сорен следует за мной по пятам.
– Расмира! Не надо! Ты же собиралась дождаться, пока Айрик изготовит тебе доспехи.
– Ситуация изменилась. Теперь я знаю, что меня сдерживают естественные причины, а не божественная воля! А еще мы точно знаем, что Пераксоло нет дома. А мы уже здесь! Нельзя упускать такую отличную возможность.
Сорен в нерешительности перебирает завязки заплечного мешка.
– Тогда чем я могу помочь?
– Покарауль вход, пожалуйста. И предупреди, если увидишь, как возвращается Пераксоло.
– Без проблем! Я спрячусь у линии деревьев неподалеку. Но Расмира… – парень перехватил мою руку, которую я уже протянула, чтобы расстегнуть ремни доспехов, – будь осторожна! Не рискуй понапрасну. Быстро посмотри, что внутри, и сразу возвращайся. И ничего там не трогай! Если бог использует природные барьеры для охраны жилища, это еще не значит, что у него нет и сверхъестественной охранной защиты.
В ответ я вручаю Сорену свои доспехи и секиру.
– Я буду осмотрительной. Не беспокойся.
Затем решительно разворачиваюсь и марширую в сторону зияющего темного проема. Я прекрасно помню, как меня подхватила и бросила оземь неведомая сила, поэтому шагаю очень осторожно. Где находился невидимый барьер? Здесь? Или я его уже прошла?
Лишь приблизившись к самому входу в пещеру, куда раньше не заходила, я убеждаюсь, что Пераксоло действительно использует преимущество нового магнитного камня: в деревнях о нем никто не знает, а доступ к месторождению есть только у бога. Сколько веков уже это тянется?