– Еще секунду.
«Но вот ты опять проснулся и плачешь в соседней комнате. Смешно, что разговаривать с тобой здесь, на этих страницах, не даешь мне именно ты. Но это значит лишь то, что я всегда говорю с тобой, сынок, разве это не чудесно? Как обычно, мой крепыш, я дарю тебе всю свою…»
Тут слова соскальзывают со страницы и вылетают у меня из головы. И хотя я вижу следующее слово – «любовь», («я дарю тебе всю свою любовь», – написала мама), строчки постепенно становятся путаными и неразборчивыми: передо мной смыкается черная чаща букв.
Я оборачиваюсь к мэру. На лбу у него выступил пот, и у меня тоже.
(опять этот странный гул в воздухе…)
(вот только он меня уже не бесит…)
– Извини, Тодд, больше не могу. – Мэр улыбается. – Но я расту, ты заметил?
Я не отвечаю. Мне тяжело дышать, в груди все дрожит, и слова мамы ревут в голове, точно водопад. Она была рядом, она разговаривала со мной – со мной! – делилась надеждами, дарила любовь…
Сглатываю слюну.
И еще раз.
– Спасибо, – наконец выдавливаю я.
– Не за что, Тодд, – тихо отвечает мэр. – Не за что.
И вдруг, пока мы стоим друг против друга в палатке, до меня доходит, как я вырос…
Я смотрю на него не снизу вверх, а прямо ему в глаза…
И снова вижу перед собой человека, мужчину…
(тишайший гул, почти приятный…)
А не чудовище.
Он кашляет.
– Знаешь, Тодд, я бы мог…
– Господин президент! – доносится с улицы.
Мэр выходит из палатки, я тут же выскакиваю следом – не дай бог что-то стряслось!
– Пора, – говорит мистер Тейт.
Я оглядываюсь на проекцию: там ничего не происходит. Виола мирно спит в палатке, больше ничего не изменилось.
– Пора что? – спрашиваю я.
– Пора выиграть спор, – выпрямляясь, говорит мэр.
– Не понял? Что значит «выиграть спор»? Если Виоле что-то грозит…
– Грозит, Тодд, – с улыбкой отвечает мэр. – Но я ее спасу.
– Виола, – слышу я и с удивлением открываю глаза, не сразу понимая, где я.
Откуда-то со стороны ног на меня веет приятнейшим теплом, а сама я лежу на матрасе, сотканном из длинных деревянных стружек, мягком, как пух…
– Виола, – снова шепчет Брэдли. – Там что-то происходит.
Я вскакиваю, и все вокруг сразу же уплывает куда-то в сторону. Мне приходится посидеть немного, зажмурившись, чтобы прийти в себя.
– Вожак ушел минут десять назад, – шепчет Брэдли. – И с тех пор не возвращался.
– Может, в туалет пошел, – предполагаю я. Голова начинает раскалываться. – Они же ходят в туалет?
Костер немного закрывает нас от полукруга спэклов, многие из которых уже легли спать. Я поплотнее закутываюсь в одеяла. Они сделаны из какого-то лишайника, вроде того, что растет на их телах вместо одежды, но на ощупь он неожиданно мягкий, плотный и очень теплый.
– Нет, я что-то видел в их Шуме. Какие-то мимолетные картинки. Но очень четкие.
– И что там было?
– Вооруженные до зубов спэклы… крадутся в город.
– Брэдли, – говорю я, – Шум устроен по-другому. Это и фантазии, и воспоминания, и мечты… Правда в Шуме всегда соседствует с вымыслом. Нужно долго тренироваться, чтобы выяснить, что происходит на самом деле, а что человек только воображает. Для непосвященного это просто мешанина.
Брэдли не отвечает, но увиденные им картинки снова и снова повторяются в его Шуме. Проникают они и на улицу, где устроились на ночь спэклы.
Громкий писк моего комма заставляет нас обоих подскочить на месте.
– Виола! – кричит Тодд, когда я нажимаю кнопку. – Вы в опасности! Бегите оттуда!
Мэр вышибает комм из моей руки.
– Ты все испортишь, – говорит он, пока я шарю по полу в поисках комма.
Наконец нахожу: он не сломался, но связь прервалась. Я опять жму на кнопки.
– Я не шучу, Тодд, – заявляет он так громко и решительно, что я останавливаюсь. – Если они догадаются, что мы проведали об их планах, я не могу гарантировать ее безопасность.
– Тогда объясни мне, что происходит. Если ей что-то грозит…
– Грозит. Нам всем грозит. Но если ты будешь мне доверять, Тодд, я смогу всех спасти. – Мэр поворачивается к мистеру Тейту, который никуда не уходил: – Все готово, капитан?
– Да, сэр!
– Готово для чего? – спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого.
– А вот это, – отвечает мэр, – уже интересно, Тодд.
У меня в руке пищит комм.
– Тодд? – раздается голос Виолы. – Ты там?
– Ты мне доверяешь? – спрашивает мэр.
– Объясни, что происходит, – требую я.
Но он только повторяет вопрос:
– Ты мне доверяешь?
– Тодд?
– Виола! – наконец отвечает он.
– Тодд, что стряслось? – спрашиваю я, беспокойно глядя на Брэдли. – Что значит «мы в опасности»?
– Просто… Ничего не делайте! – И Тодд отключается.
– Пойду за лошадями, – говорит Брэдли.
– Погоди. Он сказал, чтобы мы ничего не делали.
– Да, и что мы в опасности. Если то, что я видел в Шуме спэклов, правда…
– И далеко мы отсюда убежим, если они захотят нас поймать?
Из полукруга на нас уже смотрит несколько спэков, мерцающих в свете костра. Злобы в них нет, но я крепко хватаюсь за комм. Ох, лишь бы Тодд знал, что делает!
– А если они изначально это планировали? – тихо спрашивает Брэдли. – Заманить нас на переговоры, а потом показать, на что способны?
– Я не почувствовала в Шуме Неба никакой угрозы, – говорю я. – Вообще никакой! Да и зачем ему это? Зачем рисковать?
– Чтобы звучать убедительней.
Я не сразу соображаю, что он имеет в виду.
– Наказание!
Брэдли кивает:
– Может, они потребуют выдать им президента.
Я снова вскакиваю, припоминая образы геноцида из Шума Неба.
– Тогда им нужен и Тодд!
– Заканчивайте приготовления, капитан, – приказывает мэр.
– Так точно, сэр. – Мистер Тейт отдает честь.
– И разбудите капитана О'Хару, – добавляет мэр.
– Будет сделано, сэр, – с улыбкой отвечает мистер Тейт и уходит.
– Объясни, что происходит, – говорю я. – Или я сам поднимусь на холм и заберу ее оттуда. Сейчас я тебе доверяю, но это ненадолго…
– У меня все под контролем, Тодд. Ты будешь рад, когда узнаешь, насколько я владею положением.
– Это как же? Откуда ты вообще знаешь, что происходит?
– Скажем так. – В глазах мэра загорается огонек. – Схваченный спэкл рассказал больше, чем мы ожидали.
– Что? Что он рассказал?
Мэр улыбается, словно не веря своей удаче.
– Они идут за нами, Тодд, – с радостным удивлением отвечает он. – За мной и за тобой.
– Что мне искать? – спрашивает Симона. Она на корабле, который все еще стоит на вершине холма.
– Что-нибудь необычное, движение или… – Я смотрю на Брэдли. – Брэдли говорит, что видел в Шуме спэклов вооруженный отряд.
– Да они просто демонстрируют свою силу! – вмешивается в разговор госпожа Койл. – Хотят показать, кто тут главный.
– Мы думаем, они пошли за мэром, – говорю я. – Они все время повторяли, что мы должны отдать им главного преступника.
– Разве это плохо? – спрашивает госпожа Койл.
– Когда они придут за президентом, – отвечает Брэдли, – Тодд будет рядом с ним.
– О… А вот это уже проблема, не так ли?
– Наверняка мы ничего не знаем, – говорю я. – Может, это просто недоразумение. Шум у них не такой, как наш…
– Погоди. Я что-то вижу, – перебивает меня Симона.
Я выглядываю на улицу: один из зондов в небе летит на юг. По Шуму спэклов становится ясно, что они тоже это видят.
– Симона! – зову я.
– Там огни, – говорит она. – Что-то готовится.
– Сэр! – Лицо у мистера О'Хары опухшее, как будто он только что проснулся. – На юге города замечены огни. Сюда движется отряд спэклов!
– Да что вы? – с наигранным удивлением спрашивает мэр. – Тогда нам стоит отправить навстречу врагу войско, не так ли, капитан?
– Я уже приказал готовить роты к маршу, сэр, – отвечает мистер О'Хара, самодовольно косясь на меня.
– Отлично, – улыбается мэр. – Жду ваших донесений.
– Да, сэр! – Мистер О'Хара отдает честь и уходит к солдатам, готовый вести их в бой.
Я хмурюсь. Что-то здесь неладно.
Пищит комм.
– Тодд! Симона говорит, что заметила на дороге в южной части города какие-то огни! Это спэклы!
– Да, – соглашаюсь я, все еще глядя на мэра. – Мэр выслал им навстречу солдат. У тебя все нормально?
– Спэклы нас не трогают, но их вожак куда-то пропал. – Виола понижает голос. – Симона готовит корабль к взлету. И ракеты тоже. – В ее голосе сквозит разочарование. – Похоже, не видать нам мира.
Я хочу как-то ее успокоить, но тут мэр отдает приказ:
– Давайте, капитан!
Мистер Тейт, терпеливо ждавший все это время, берет из костра горящий факел.
– Что «давайте»? – Он поднимает факел высоко над головой. – Что «давайте»?!
И тогда мир раскалывается надвое.
БУМ!
Взрыв разносится по долине, отдаваясь эхом снова и снова, рокоча, словно гром. Брэдли помогает мне встать, и мы вглядываемся в темноту. В ночном небе горят два тонких лунных ломтика, которые почти не дают света, и внизу, кроме костров на главной площади, ничего не разглядеть.
– Что случилось? – спрашивает Брэдли. – Что это было?
Меня окатывает вспышкой Шума, я оборачиваюсь и вижу спэклов: все они проснулись и идут к нам, к кромке холма, вглядываясь в темноту и гадая, что произошло…
Из долины поднимается столп дыма.
– Но… – начинает было Брэдли…
Сквозь ряд спэклов прорывается Небо. Мы слышим его раньше, чем видим: Шум его похож на фонтан звуков, картинок и…
Удивления.
Он удивлен.
Вожак проносится мимо нас к краю холма и смотрит на город.