А спереди раздается ржание Ангаррад:
Следуй!
– Что значит «следуй»? – кричу я, в ужасе оглядываясь на водяной вал в ста…
Нет, уже в девяноста метрах от нас…
Жеребенок, повторяет Желудь…
– Брэдли! – кричу я, но он смотрит только вперед, крепко вцепившись в гриву Ангаррад…
Следуй! – кричит она…
Следуй! – отвечает Желудь.
ДЕРЖИСЬ! – ревут они вместе.
И внезапно бросаются вперед еще быстрей, так что я чуть не вылетаю из седла…
Такая скорость не дается даром, она наверняка рвет Желудю мышцы и легкие…
Но кажется, у нас получилось…
Я оглядываюсь…
Мы убегаем от наводнения…
ВИОЛА! – снова швыряю я в мэра…
В этом мысленном ударе вся моя ярость от того, что Виоле грозит такая ужасная беда, вся моя ярость от незнания, что с ней, вся моя ярость от того, что она может…
В общем, вся эта ярость.
ВИОЛА!
Мэр пошатывается и делает шаг назад…
Но не падает…
– Я уже говорил, ты стал гораздо сильнее, Тодд, – с улыбкой произносит он. – Впрочем, даже этой силы тебе не хватит.
И снова у меня в голове вспыхивает так, что я валюсь сначала на койку, а потом на пол. Мир превращается в ничто, но в Шуме еще отдается эхо: ТЫ НИЧТОЖЕСТВО, НИЧТОЖЕСТВО, НИЧТОЖЕСТВО, и все вокруг съеживается до одного этого звука…
Но потом я думаю: Виола…
Я думаю о ней…
И выбираюсь…
Сначала я чувствую собственные руки, упираюсь ими в пол…
Поднимаюсь на колени…
Вскидываю голову…
И в каком-нибудь метре от себя вижу удивленное лицо мэра: он подходит ближе, держа что-то в руках…
– Силы небесные! – почти радостно восклицает он. – А ты даже сильнее, чем я думал.
Я знаю, что сейчас мне достанется очередная вспышка, поэтому решаю действовать проверенным методом…
Со всей силы отталкиваюсь от пола и бросаюсь на него…
Мэр не ждал такого развития событий, поэтому я врезаюсь ему в живот, и мы падаем на экраны…
(где река все еще мчится по долине…)
(а Виолы не видно, ее нет…)
Своим весом я припечатываю его к экранам и заношу кулак…
Как вдруг чувствую легкое прикосновение к шее…
Что-то прилипает к коже, я подношу руку…
Это пластырь…
Мэр держал его в руках…
– Сладких снов, – улыбается он…
И я падаю на пол. Бескрайний океан на экранах – последнее, что я вижу…
– Желудь! – кричу я, уткнувшись ему в гриву…
Но он даже ухом не поводит и продолжает свой безумный бег. Ангаррад скачет впереди…
И у нас получается обогнать реку. Мы подлетаем к плавному изгибу дороги: стена воды все еще гонится за нами, по-прежнему неся в своих водах обломки зданий и стволы деревьев…
Но она движется все медленней, вал стал гораздо ниже и уже…
Лошади летят дальше…
Белые побеги тумана уже лижут им копыта, но мы мчимся по дороге…
И вырываемся вперед.
– Получается! – кричит Брэдли…
– Еще немножко, – шепчу я Желудю, – мы почти ее обогнали. Он молча бежит дальше…
Деревья вокруг дороги становятся гуще, половина из них горит, и река снова замедляет бег. Я узнаю эти места. Мы приближаемся к старому лечебному дому, где меня так долго держали взаперти… и откуда я сбежала…
Чтобы отправиться на поиски коммуникационной башни…
Стоявшей на том самом холме, куда сейчас марширует армия…
Или она уже на месте?..
– Я знаю короткий путь! – кричу я и показываю пальцем на крошечную ферму справа от нас. Вокруг домика на холме растет густой лес, еще не тронутый пожаром. – Сюда!
Жеребенок, соглашается Желудь, и лошади сворачивают на дорожку, ведущую к ферме, а у самого дома – на узкую лесную тропинку…
За нашими спинами раздается оглушительный треск: река уже мчится по дороге, с которой мы только что свернули, заваливая все мусором и обломками. Она тушит огонь, но сметает все на своем пути и проглатывает крошечный домик…
Мы несемся по лесу, ветки хлещут меня по лицу и где-то впереди кричит Брэдли, но я вижу, что он крепко держится в седле…
Мы одолеваем первый подъем…
Потом второй…
Вырываемся из зарослей кустарника…
И вот мы уже на поляне, раскидываем кричащую толпу и пытаемся понять, что происходит…
На стенках палаток проекции с зондов…
Значит, люди все знают…
Они знают, что их ждет…
Мы несемся через лагерь…
– Виола! – раздается чей-то удивленный крик.
– Гони людей с дороги наверх, Уилф! Река…
– Там армия! – кричит Джейн, показывая пальцем через поляну…
Я разворачиваюсь…
И вижу чуть ли не всю армию Нью-Прентисстауна под командованием мистера Тейта…
Они поднимаются на холм…
С винтовками наготове…
На телегах – пушки, которыми можно разнести весь холм на куски…
Небо слышит все.
Я знал это и раньше, но по-настоящему понял только теперь. Он знает самые сокровенные тайны всех сердец. Он слышит все важные и пустячные мысли, проникнутые любовью и ненавистью, ему ведомы мечты всех детей, воспоминания всех старух, желания, чувства и мнения каждого голоса Земли.
Он и есть Земля.
Я – Земля.
И Земля должна выжить, продолжает за меня Источник. Мы быстро едем на восток верхом на бэттлморах.
Земля выживает, показываю в ответ. И будет выживать дальше, пока ею правит Небо.
Я вижу, что ты задумал, но нельзя же…
Я резко оборачиваюсь: Не указывай мне, что можно, а что нельзя.
Туман и падающий лед немного притушили пожары в лесах, окаймляющих долину, однако на севере огонь еще бушует, и даже вышедшая из берегов река туда не доберется. К преступлениям Бездны добавится новое: выжженные леса.
Но на юге местность более скалистая, деревья и кустарники среди холмов растут не так густо, и пожары здесь постепенно стихают.
Поэтому мы двинулись через южные холмы.
Двинулись на восток.
Все до единого. Все, кто пережил пожары, – каждый воин и Проводник, каждая мать и ребенок.
Мы идем за Бездной.
На восточный холм.
Мы приготовили оружие – то самое, которым убивали Бездну сотнями и которое уничтожит их теперь…
Меня нагоняет воин…
Он принес оружие и мне…
Ибо Небо не может вступить в битву безоружным…
Я благодарю воина и принимаю у него белый жезл – кислотное ружье Земли, очень похожее на винтовку Ножа…
На ту винтовку, которой я поклялся…
Я открываю свой голос Земле.
Я обращаюсь к ним с призывом.
Мы идем на восток, показываю я. Уцелевшая Земля идет войной на Бездну.
Но что это даст? – вопрошает Источник.
Я не отвечаю.
Мы прибавляем шагу…
– Виола, стой! – окликает меня Брэдли…
Я уже мчусь вперед, даже не успев ничего сказать уставшему Желудю, он понимает меня без слов…
Мы несемся через толпу на вершине холма: одни люди с криками бросаются бежать от наступающей армии, другие вскидывают винтовки, доставшиеся им еще от «Ответа», целительницы бросаются к запасам оружия…
Прямо у меня на глазах разворачивается маленькая безумная война. Мир разваливается на куски, а эти люди готовы потратить последние мгновения жизни на войну…
– ВИОЛА! – слышу я…
Это Ли, он стоит на самом краю толпы и крутит головой, пытаясь составить картину происходящего из Шума окружающих его мужчин, пытаясь остановить меня…
Но нет, больше из-за меня никто не умрет, пока я сама жива…
Все началось с той ракеты, которой я ударила по спэклам. Я втянула нас в войну и с тех пор все время пыталась исправить свою ошибку. И больше всего меня злит не пожар, не потоп, не разлука с Тоддом, а то, что даже сегодня, когда от нашей сплоченности зависит жизнь целой планеты, все равно остаются люди, которые никогда не пойдут на то, чтобы заключить мир.
Я подлетаю к марширующему строю солдат, вынуждая капитана Тейта остановиться.
– ОПУСТИТЕ РУЖЬЯ! – кричу я. – ЖИВО!
Вместо этого он прицеливается мне в голову.
– Убьете меня, а потом что? – вопрошаю я. – Города больше нет, а вы хотите уничтожить тех немногих, кто помогал бы его отстраивать?!
– С дороги, девчонка, – едва заметно улыбаясь, произносит капитан Тейт.
Сердце уходит в пятки: я вижу, что ему ничего не стоит меня убить.
Но я поднимаю глаза на армию за его спиной, на людей, готовящих к бою пушки.
– Что вы будете делать после этой победы, а?! – обращаюсь я к ним. – Пойдете к океану – умирать в бою со спэклами? Таков был приказ?
– Именно, – отвечает капитан Тейт и взводит винтовку.
– Разве вы прилетели сюда воевать? – Я все еще кричу, обращаясь не только к солдатам, но и к людям на холме – членам «Ответа» и горожанам, схватившимся за винтовки. – Неужели вы этого хотели? А как же мечты о лучшей жизни?.. – Я снова смотрю на капитана Тейта: – Вы прилетели, чтобы жить в раю или умереть по прихоти одного безумца?
– Он великий человек, – говорит капитан Тейт, глядя на меня поверх дула.
– Он убийца! Он уничтожает все, что не может прибрать к рукам! Я своими глазами видела, как он отправил на смерть капитана О'Хару и его солдат!
Среди солдат поднимается ропот, который становится еще громче, когда ко мне подъезжает Брэдли и раскрывает свой Шум, показывая капитана О'Хару и его отряд у подножия холма. Я стою близко к капитану Тейту и вижу, как по его виску скатывается капелька пота – на морозе-то!
– Он и с вами сделает то же самое! Со всеми!
На лице капитана Тейта отражается внутренняя борьба, и мне приходит в голову, что он, возможно, не в силах ослушаться мэра. Тот наверняка что-то сделал.
– НЕТ! – кричит он. – У МЕНЯ ПРИКАЗ!
– Виола! – раздается совсем рядом крик Ли.
– Ли, назад!
– У МЕНЯ ПРИКАЗ! – орет капитан Тейт…
И стреляет…