– Отпусти меня. – Я пытаюсь навязать мэру свою волю, но голова такая тяжелая… – Отпусти меня, и полетим обратно. Мы еще можем все исправить.
– О, не все так просто, Тодд.
Мэр улыбается и достает из кармана железную коробочку. Нажимает на нее, и в воздухе повисает проекция, полная белого тумана и клубящегося дыма.
– Ничего не вижу, – говорю я.
– Минутку, – с улыбкой произносит мэр.
Картинка вздрагивает и начинает меняться…
А в следующий миг туман исчезает…
И я вижу спэклов, марширующих по холмам…
Боже, как их много…
Целый мир…
– Они идут к холму «Ответа», – поясняет мэр. – Там они обнаружат, что моя армия уже обезвредила врага и выдвинулась сюда, к океану. – Он поворачивается ко мне: – Где и состоится последняя битва за Новый свет.
– Где Виола? – спрашиваю я, пытаясь придать ее имени побольше веса в своем Шуме.
– Боюсь, зонды потеряли ее в тумане, – отвечает мэр, нажимая кнопки и показывая мне долину под разными углами: вся она затянута белым туманом и дымом, а на севере бушует пламя.
– Отпусти меня, – прошу я.
– Всему свое время, – усмехается мэр, – Тодд. А теперь…
Он умолкает и обеспокоенно прислушивается: причина его тревоги явно не в этом зале. Он смотрит на проекцию, но там все по-прежнему затянуто туманом и ничего не разобрать.
ВИОЛА! – думаю я прямо в него, надеясь, что он не ждал удара.
Мэр лишь слегка морщится и вновь вглядывается в пустоту, хмурясь все сильней и сильней. В следующий миг он стремительно выходит из часовни сквозь пролом в стене, бросая меня одного: я привязан к столу, дрожу от холода и вешу, кажется, целую тонну.
Так я лежу – долго, дольше, чем хотелось бы, – пытаясь думать о Виоле и людях, которым придется погибнуть, если я ничего не предприму.
А потом я начинаю медленно выбираться из пут.
В белом туманном мраке Земля с помощью гласа прокладывает себе путь. Скоро среди деревьев показываются очертания холма…
И я приказываю трубить в боевой рог…
Звук этот выплескивается в мир, а в ответ раздается ужас Бездны – мы слышим его даже издалека…
Я подстегиваю бэттлмора и чувствую, как Земля за моей спиной тоже прибавляет шагу. Мы мчимся через лес, я впереди, Источник по-прежнему рядом, следом – воины с огнями наготове. А за ними…
За ними идет весь голос Земли…
Ускоряя шаг…
Почти у цели, показываю я Источнику, когда мы проходим мимо заброшенной и заболоченной фермы и начинаем подъем…
Быстрее, еще быстрее…
Голоса Бездны уже слышат наше приближение, слышат наш глас – многотысячный глас, – слышат трубный рев боевого рога…
Мы одолели один подъем и начинаем новый, последний…
Я пробираюсь сквозь стену листьев, поднимая кислотное ружье…
Я – Небо…
Я – Небо…
И я веду Землю в последний бой, великий бой с Бездной…
В густой белизне, готовя оружие к первому выстрелу, я ищу глазами первых людей Бездны и приказываю воинам готовить огненные молнии…
Чтобы раз и навсегда выжечь Бездну с нашей планеты…
Внезапно перед нами вырастает один-единственный человек.
– Погодите, – спокойно говорит он, стоя без всякого оружия посреди белого моря. – Я кое-что имею сказать.
– Оглянись на долину! – кричит мне Брэдли, когда мы одолеваем очередной поросший лесом холм.
Слева между деревьями и ползучими побегами белого тумана то и дело проглядывает вышедшая из берегов река. Первая волна мусора ушла далеко вперед, и сейчас это просто чистая вода, которая постепенно входит в русло, но по-прежнему заливает дорогу к океану.
– Мы не успеем! – кричу я Брэдли. – Океан слишком далеко…
– Мы уже много проехали! И едем быстро!..
Даже слишком, думаю я. В легких Желудя что-то страшно хрипит.
– Ты как, малыш? – спрашиваю я.
Он не отвечает, просто скачет вперед, с губ слетает белая пена.
– Брэдли?.. – встревоженно кричу я.
Он знает. Он смотрит на Ангаррад: та выглядит получше Желудя, но не намного.
Брэдли оглядывается на меня:
– Прости, Виола, но другого шанса у нас не будет!
Жеребенок, низко и вымученно произносит Желудь.
Больше он ничего не говорит.
Я думаю о Ли, Уилфе и остальных людях на холме.
И мы скачем дальше.
– Меня звать Уилф, – говорит человек, стоящий посреди белого моря.
Я слышу за ним сотни испуганных голосов, полных ужаса и готовности биться до последнего, если придется…
А им придется…
Но что-то в голосе этого человека…
Даже когда рядом со мной начинают выстраиваться первые воины на бэттлморах, их орудия полыхают и уже готовы к бою…
Что-то в его голосе…
Он открытый, как голос птицы или стадного животного, как озерная гладь…
Открытый и честный, неспособный на обман…
Это – канал, канал для сотен голосов Бездны, затаившихся в тумане и полных ужаса…
Полных желания положить конец войне…
Полных мечты о мире…
Вы уже доказали, что не хотите мира, показываю я человеку по имени Уилф.
Но он не отвечает, просто молча стоит и показывает мне свой голос, и снова у меня возникает это странное чувство, будто он не способен на обман…
– Я ж только слушаю… – говорит он. – Я только слушаю правду.
А ты слушаешь? – спрашивает меня Источник.
Молчи, показываю я.
Но ты-то слушаешь? – показывает он. Слушаешь правду, как этот человек?
Я не понимаю, что ты имеешь в виду…
И вдруг я слышу это, слышу сквозь человека по имени Уилф, открытый и спокойный голос которого говорит голосами его народа…
Словно он – их Небо.
С этой мыслью я начинаю прислушиваться к себе, к своему голосу…
К Земле, которая стекается сюда со всех уголков планеты по приказу Неба…
Но…
Они тоже говорят. Говорят о страхе и сожалении. О тревоге за Бездну… и ужасе перед другой Бездной, которая скоро прилетит к нам из верхнего мира… Они видят человека Уилфа передо мной, видят его мечту о мире, видят, что он не виноват…
На самом деле они не такие, показываю я Земле. Они полны жестокости и зла. Они убивают нас, порабощают…
Но вот перед нами человек Уилф, а за ним – Бездна (и я вижу, что их армия готова биться – напугана, но готова, – а командует ими слепой). Вот Небо и Земля, готовая выполнить любой приказ Неба, готовая пойти на Бездну и стереть ее с лица планеты по одному моему слову…
Однако ими тоже владеет страх. Они тоже мечтали о мире, как этот человек Уилф, для них это был шанс, это была надежда на спокойную счастливую жизнь…
Они сделают, что я скажу…
Сделают без промедления…
Но они не хотят…
Теперь я это вижу. Ясно и отчетливо, как в голосе человека Уилфа.
Мы пришли сюда мстить. Мстить даже не за Небо, а за Возвращенца. Я сделал войну своим личным делом. Личным для Возвращенца.
Но я больше не Возвращенец.
Один поступок решит все, показывает Источник. Судьба этой планеты и судьба Земли зависят от твоего решения.
Я поворачиваюсь к нему.
Но что мне делать? – неожиданно спрашиваю я. Как мне поступить?
Как положено Небу.
Я оглядываюсь на человека Уилфа, снова вижу за ним Бездну, чувствую вес Земли в своем голосе…
В голосе Неба…
Я – Небо.
Я – Небо.
И я поступаю, как положено Небу.
Мы обогнали туман, но зато снег здесь валит гораздо сильнее и проходит даже сквозь густой полог ветвей. Река разлилась в долине слева от нас, и мы летим во весь опор.
Бедные лошади…
Желудь больше не отвечает на мои вопросы, его Шум полностью сосредоточен на том, чтобы бежать, превозмогая боль в ногах и груди. Я чувствую, чего ему это стоит…
И тут до меня доходит… Желудь тоже это понимает…
Что обратный путь ему не осилить.
– Желудь, – шепчу я промеж его ушей. – Желудь, дружок мой.
Жеребенок, почти с нежностью произносит он в ответ, несясь дальше сквозь редеющий лес. Внезапно мы вылетаем на открытое плато, притаившееся под снежными тучами и уже заметенное густым слоем белой пыли… Пролетаем сквозь стадо огромных удивленных зверей, беспокойно кричащих друг другу: Здесь! И вдруг, прямо перед тем как вновь нырнуть в лес…
– Вот он! – кричит Брэдли…
Нам впервые открывается океан.
Он такой огромный, что голова идет кругом…
Он пожирает мир до самого горизонта и в самом деле кажется больше, чем черное небо, как и говорила госпожа Койл, потому что в его глубинах кроются тайны…
А в следующий миг мы снова оказываемся в лесу.
– Он еще далеко! – кричит Брэдли. – Но к вечеру доберемся…
И тут Желудь падает.
Наступает долгая тишина; я опускаю оружие, и весь мир замирает, гадая, что это значит…
Я тоже пытаюсь понять.
И вновь я вижу Бездну в Шуме человека Уилфа, вижу, как за его спиной поднимается огромное и мощное чувство, почти мне незнакомое…
Это надежда, показывает Источник.
Я знаю, что это.
И прислушиваюсь к Земле, тоже замершей в ожидании…
Тоже полной надежды…
Теперь мне ясно, какое решение примет Небо. Небо должно действовать во благо Земли. Такова его сущность.
Небо – и есть Земля.
А тот, кто об этом забывает, не может называться Небом.
Я открываю голос Земле и передаю послание всем, кто пошел со мной в бой, всем, кто откликнулся на мой призыв…
Всем, кто теперь откликается на другой мой призыв – сложить оружие…
Ибо вместе с этим решением я принимаю еще одно. Равно необходимое Небу и Земле…
Я должен найти человека, который напал на нас, показываю я Источнику. И я должен его убить. Во благо Земли.
Источник кивает и уезжает на своем звере в туман. Оттуда доносится его голос: он объявляет Бездне, что сражения не будет. Их радость так чиста и сильна, что меня едва не вышибает ею из седла.