Усевшись в торговом центре, в испачканной футболке, задранной на животе, с тем блуждающим выражением лица, что часто встречал у пациентов психиатрических заведений, Аллен проявил чудеса маскировки. Один из социальных работников больницы, Кэрол Харрис, прошел мимо него, не задержав взгляда.
Получив лекарства, Аллен приобрел компанию — Крэддок предложил помощь с побегом на запад.
— Если ты идешь по этому пути, то сделай все правильно. У меня есть друг в Аспене, он приютит нас на несколько дней.
— Ты не должен. Я справлюсь.
— В любом случае, мне нужно немного отдыха, — ответил Крэддок. — У тебя есть пистолет?
Учитель покачал головой.
— У меня нет в нем необходимости. Если меня арестуют, то арестуют. Если же выпустят, я хочу, чтобы все знали, что я был безоружен.
Арендовав старый Олдсмобиль Кале и заполнив багажник продуктами, принадлежностями для рисования, спальными мешками и снаряжением для кемпинга, Билли и Ларри отправились в Колорадо.
Они провели четыре дня в Аспене, у друга Ларри, после чего тот вернулся в Огайо самолетом.
Учитель любил рисовать с натуры, и вскоре приобрел привычку работать в городском парке, в компании других художников. Однажды актер Бадди Хакет остановился посмотреть, как он рисует.
— Если я вернусь, когда вы еще будете в городе — куплю у вас картину.
Хакет так и не купил у него картину, но раввин из Нью-Йорка дал ему 150 долларов за картину с видом гор Аспена, подписанную К. Карр.
Учитель не без удовольствия наблюдал за фотографом, снимающим репортаж об уличных художниках, он и сам попал в объектив репортера. Представившись репортеру Крисом Карром, арт-терапевтом из Флориды, он рассудил, что лучше ему покинуть город, пока его фото не появилось в местной газете.
За две недели в бегах Учитель пришел к выводу, что если он продолжит принимать по три таблетки амитала в день, вскоре он останется ни с чем. Он боялся, что того, что у него есть, может не хватить до обрастания в новом городе связями, необходимыми для пополнения запасов. Осознавая растущий риск распада на личности, он снизил дозу до двух таблеток в день.
Оставив в арендованном авто несколько вещей для полиции, он бросил его на парковке аэропорта Стэплтон в Денвере. Поддавшись внезапному импульсу, Билли позвонил сводному брату Джиму Моррисону, живущему в Ванкувере, Канада, и объяснил ему свою ситуацию.
— Куда ты собираешься ехать? — спросил Джим.
— Я бы хотел держаться южнее.
— Возможно, северо-запад больше подойдет, — заметил его брат. — Это сблизит тебя с тем, кого ты знаешь. Здесь никто не будет тебе надоедать, и они тебя не найдут.
— Это неплохая идея…
— Я бы помог тебе устроиться. Ты бы смог найти работу и начать новую жизнь.
— Ты меня убедил, Джимбо.
— Сообщи мне о времени вылета. Я приеду за тобой в аэропорт Сиэтла. Мне не терпится снова тебя увидеть, Билли!
— Отныне я больше не Билли. Я веду новую жизнь под именем Кристофера Эжена Карр, зови меня просто Крис.
На следующий день 17 июля 1986 года, служба безопасности аэропорта Денвера сообщила полиции, что машина Олдсмобиль Кале, взятая в Коламбусе, обнаружена на стоянке. Полиция Коламбуса тотчас связала это с исчезновением Миллигана.
— Если он собирается пустить нас по ложному следу, этот план обернется против него же, — заявил прессе Эдвард Морган, прокурор округа Франклин. — Обнаружение этой машины позволило нам завести дело о побеге.
Так как Миллиган пересек границу штата, служба условно-досрочного освобождения попросила помощи у ФБР в поисках беглого заключенного.
Листовки с фотографией и пометками «РАЗЫСКИВАЕТСЯ» и «ОПАСНЫЙ ПРЕСТУПНИК» запестрели в полицейских участках по всей стране.
Джим Моррисон собирался встретить своего младшего брата в аэропорту Сиэтла, где Аллен занял место Учителя, измотанного до предела.
Джим предложил отвезти его на север до Беллингхема, где бы Билли заселился в отель, так как ночью Джиму придется вернуться в Ванкувер. Он решил вернуться на следующий день, чтобы помочь Билли подыскать подходящее место. В окрестностях университета Западного Вашингтона жилья было достаточно, а большинство студентов еще на каникулах.
— Так будет даже лучше, — обрадовался Аллен. — Мне еще нужно достать немного принадлежностей для рисования в художественном отделе университета.
На следующий день они нашли меблированную квартиру менее чем в полукилометре от факультета.
Когда Аллен увидел в окне заснеженную вершину горы Бейкер в середине июля, он кожей ощутил, насколько Томми не терпится нарисовать этот пейзаж.
Джим уже переступил порог, чтобы уйти, когда худощавый молодой человек, опираясь на костыль, открыл дверь соседней квартиры. Новый сосед Билли, назвавшийся Фрэнком Борденом, предложил выпить по кружке пива. Джим извинился и откланялся, а его брат принял приглашение.
Аллен изучил возможности для портретов, открывавшиеся в лице Бордена. Стрижка под Битлз, щеки грызуна. Очки авиатора в позолоченной оправе на зеленых глазах. Аллен заметил, что над кроватью висит меч самурая, и не удержался от вопроса:
— Я занимаюсь боевыми искусствами. Не позволяй моей больной ноге ввести тебя в заблуждение. Память об аварии на мотоцикле… Однако я вполне способен защитить себя.
Борден объяснил, что правительство оплачивает его учебу, а ВМС США выплачивают пенсию по инвалидности. Несмотря на юный внешний вид, в тридцать три года (на два года больше, чем настоящему Билли) Фрэнк говорил и вел себя, будто был намного старше.
— Что ты изучаешь? — спросил Аллен.
— Программирование. В душе я хакер.
— Я бы очень хотел научиться пользоваться компьютером.
— Я научу тебя основам.
В течение следующих недель Аллен подружился с Фрэнком Борденом. Его привлекала эта таинственная, подозрительная, однако вместе с тем необузданная и харизматичная личность. Он пользовался костылем только, если его левая нога начинала болеть. Большую часть времени он опирался на палку, которая, по его словам, могла в случае необходимости послужить и оружием.
— Мне не кажется, что это оружие имеет такой уж грозный вид.
Борден выкрутил ручку и вынул стальную шпагу из палки.
— Внешность может быть обманчива. Я умею пользоваться этой штукой, так что не шути со мной!
Наблюдая за ночными тренировками Фрэнка, вращающего саблей будто шампуром, Билли отметил: «Воинственный тип. Опасный ублюдок, остерегайся его».
Тем не менее, Фрэнк любил праздники, что очень устраивало и Кевина и Филипа. Если Борден и замечал какую-то противоречивость в поведении своего нового друга, то он никогда не показывал этого и не задавал никаких вопросов. Постепенно между двумя молодыми людьми установилось настоящее взаимоуважение. Долгие часы они проводили за игрой в шахматы.
Борден научил его основам информатики.
Однажды после обеда, Фрэнк спросил у Аллена, не знает ли он, кто бы мог достать ему поддельные документы.
— Я не знаю никого в штате, кто мог бы сделать тебе новые документы, удостоверяющие личность, но я могу научить тебя, как раздобыть их самому.
Не спрашивая о причинах смены фамилии, Аллен рассказал Фрэнку, как легко можно это провернуть.
С голым торсом, в простых шортах, Рейджен каждое утро влезал на заснеженную гору Бейкер. Ему нравилось, как солнце жгло кожу. Глядя на небо он не мог сдержать крик радости. Теперь он был человеком гор. Свободным человеком. Томми нарисовал покрытую снегом гору, такой, какой он ее себе представлял. Но больше его привлекал залив Беллингхема.
Он рисовал морской пейзаж, картину с изображением пристани или корабля менее чем за час. Он продал прохожим дюжины картин.
Один из его клиентов, хиппи среднего возраста по имени Мэллой, сдававший половину своего дома студентам, пригласил его на одну из своих еженедельных вечеринок в самом низу улицы.
— Мэллой проводит пиратские вечеринки, — объяснил ему Борден.
— Как это? — спросил Кевин.
— Эти парни доставляют бочку пива и берут за вход по три доллара с человека. Они получают от восьмисот до тысячи двухсот долларов в день.
— Хороший бизнес.
— Полиция ведет на них охоту. Соседи жалуются на музыку и шум до утра. Полицейские начали закрывать места такого рода.
Кевин любил поговорить со студентами университета и быстро стал завсегдатаем вечеринок Мэллой. В конце концов, он стал неофициальным вышибалой. Хиппи ценил умение Карра держать студентов под контролем, не пугая гуляк. Взамен он давал ему поесть и разрешал забирать с собой продукты.
Однажды вечером, сидя на табуретке с несколькими студентами, Аллен предложил организовать свои собственные пиратские вечеринки.
— Можно скинуться и снять джакузи под открытым небом.
Идея привела студентов в восторг.
Когда Том Коул, молодой управляющий фирмы по прокату джакузи, доставил заказ, Аллен помог ему разобраться с механизмом. Они поладили. После праздника, Том решил оставить ему джакузи, пока не появится новый клиент, чтобы в случае новой вечеринки не привозить эту махину опять.
Этот знак доверия подтолкнул Аллена предложить ему партнерство. Он мог покупать джакузи в Ванкувере, перевозить их до Беллингхема и устанавливать их за плату в пятьсот долларов. Аллен мог бы сдавать или продавать джакузи в дома престарелых для лечебных целей.
Том признал, что это превосходная идея.
Аллен напечатал себе набор визиток на имя профессора Кристофера Эжена Карра.
Между тем, он снова начал терять время — все чаще и чаще. Чтобы продлить запасы амитала, ему пришлось сократить дозировку с трех до двух таблеток в день, затем до одной, и иногда ему приходилось пропустить один или два дня. Казалось, что время на его часах исчезает.
Примерно через две недели ему позвонил Фрэнк Борден.
— Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу. Зайди в мою квартиру и разбей мой компьютер.
— Ты шутишь?
— Вовсе я не шучу, мудак. Выключи его и разбей. Убедись, что разбились жесткие диски. Вдребезги.