Вокруг света без виз — страница 109 из 111

Но именно здесь мы в очередной раз убедились, что автостоп — занятие непредсказуемое. Даже если за него берется профессионал. За несколько часов, которые мы провели под деревом в ожидании машины, ни одной попутки до Сьенфуэгоса поймать не удалось. Придется идти пешком.

В двух километрах от окраины Тринидада возле монумента Альберто Дельгадо болтался скучающий от одиночества охранник, который оказался выпускником… Киевского авиационного института. Он до пенсии работал на аэродроме инженером.

— Так кто же такой Альберто Дельгадо? — спросил я его, обрадовавшись возможности поговорить по-русски.

— Он был внедренным в среду контрреволюционеров агентом кубинских спецслужб. Можно сказать, чекистом.

В пещере, возле которой стоит мемориал, проходило совещание, на котором обсуждали планы нападения на Фиделя Кастро. Все заговорщики были друзьями детства Альберто. Но он, как истинный патриот, все же сдал их органам. Выжившие друзья предателя казнили. А Кастро объявил его национальным героем. Имя Альберто Дельгадо на Кубе носят фабрики, заводы, школы. И даже аэропорт Тринидада. Это сейчас здесь никого нет. Но обычно мне скучать не приходится. Сюда регулярно привозят пионеров-школьников и туристов. Тогда я здесь сразу и за охранника, и за гида. Бывают и россияне. Так что у меня здесь есть возможность практиковаться в русском языке.

Мы медленно шли по дороге вдоль берега моря. Время от времени останавливались, чтобы окунуться в воду. Затем вновь продолжали неспешную прогулку. После захода солнца устроились на ночь на огромном коралловом рифе недалеко от края моря. Палатку поставили только по привычке. Спать легли под звездами. Погода была теплая и сухая.

Ночью я проснулся и в лунном свете увидел, что весь берег усеян крабами. Они шли из моря в сторону опушки леса, проходя в том числе и по нас. Все крабы были маленькие (не больше 2 см длиной — честное слово!), ярко-красные (как будто уже вареные?) и совсем не кусались. Но их было так же много, как тараканов в старых домах. Они покрывали риф плотным ковром, а когда проходили через нас, было очень щекотно. Пришлось прятаться в палатку.

На пригородном автобусе за пару песо мы доехали до деревни Кабаган. Там возле нас притормозил автобус «Transtur». Такой автобусной компании я еще не видел. Оказалось, это не автобусная компания, а туристическая. Шофер, ничего не спрашивая, взял наши рюкзаки и стал укладывать их в багажник.

— Довезу вас до Сьенфуэгоса, — сообщил он как нечто само собой разумеющееся и не требующее обсуждений. Потом добавил:

— С вас по 5 кук.

Но я сказал:

— У нас только 5 кук — за двоих.

Шофер на секунду застыл. Но было видно, что доставать уже сложенные в багажник рюкзаки ему лень.

— Давайте 5 кук, — согласился он.

Так мы открыли для себя еще один вид кубинского транспорта — туристические автобусы.

Центр Сьенфуэгоса — это площадь-парк с совсем не оригинальным для Кубы названием «Парк Хосе Марти». Именно на этом самом месте 22 апреля 1819 года французские колонисты во главе с Жаном Луи Лораном д'Клуэ торжественно основали город Фернардина-де-Хагуа, названный в честь тогдашнего короля Испании Филиппа VII. В 1980 году его переименовали в честь одного из ближайших сподвижников Фиделя Кастро — Камило Сьенфуэгоса (1932–1959).

Центральная площадь города изначально называлась Пласа де Армас («Площадь парадов»). Вокруг нее построили административные здания. А в центре разбили сквер с ажурными железными скамейками, фонтанами, фонарями, деревьями, кустами и ротондой для духового оркестра. В 1902 году, в честь провозглашения независимости Кубы от Испании, на дальнем краю площади установили триумфальную арку. Местные мальчишки сейчас используют ее по прямому назначению — как футбольные ворота.

В 1906 году на площади появилась и мраморная статуя Хосе Марти с приветственно поднятой правой рукой, у основания которой античная богиня с писчим пером в руке держит щит с надписью «Кубинская Республика». От вандалов и непочтительных туристов скульптурную композицию огородили покрашенным в белый цвет железным заборчиком. Получилось очень стильно. Возле памятника находится «нулевой километр», от которого отсчитывают расстояния в провинции Сьенфуэгос. Его украсили мозаикой с изображением земного шара и розы ветров.

Наискосок от собора Непорочного Зачатия с двумя колокольнями стоит серо-белое здание муниципалитета с покрашенным в кирпичный цвет куполом (ротонда по стилю и цветовой гамме удивительно на него похожа — видимо, строилась одновременно, из «отходов»). В соседнем здании, где с 1896-го вплоть до Кубинской революции было казино «Эспаньол», сейчас провинциальный музей. Еще дальше по той же стороне в углу притулилось несуразное светло-голубое двухэтажное здание с башней и железной лестницей.

Местный сахарозаводчик Томаса Терри Адаме выделил деньги на строительство театра, который позднее назвали в его честь. Фасад построенного в 1889 году здания до сих пор украшен лепниной, балконами и мозаикой с изображением трех граций. Справа к театру примыкает большое серое здание — колледж Лоренцо.

Все остальные мало-мальски интересные здания находятся в радиусе двух кварталов от площади. Стоило же отойти немного подальше, как сразу начались полуразрушенные одноэтажные домики, прилепившиеся друг к другу без разрывов.

От площади Хосе Марти пешеходная улочка ведет к бульвару, проходящему через весь город. Самые оригинальные здания на нем: перманентно реставрируемая церковь, дом с двумя бронзовыми львами перед входом, а также кинотеатр и кафе-мороженое. Пройдя еще дальше, мы вышли вначале на берег морского залива, а затем и на полуостров, который пытаются превратить в популярный пляжный курорт. Там уже есть песчаный пляж с яхтенной стоянкой, парк авангардистских скульптур и с десяток отелей.

15 июля 1689 года 175 поселенцев, спасаясь от нападений пиратов, переместились с побережья в глубь острова и основали город Санта-Клара. Сейчас это один из крупнейших транспортных центров страны и сам по себе ничем не примечательный заштатный провинциальный городок. Стандартные, похожие друг на друга одно- или двухэтажные дома, узкие улицы, проложенные в точном соответствии с правильной прямоугольной планировкой. Все это характерно для построенных сравнительно недавно и на совершенно пустом месте городов.

Куба — страна неисчерпаемая. Чем больше ее изучаешь, тем больше поражаешься. Вот и в Санта-Кларе произошел такой показательный случай. На углу центральной площади Леонсио Видал мы заглянули в кафе, расположенное напротив фонтана, в центре которого стоит мальчик с дырявым сапогом (через дырки в нем вода и течет). Там продавали пиццу за 5 куков. На интуристов рассчитывают. Их, вероятно, сюда привозят во время экскурсий к мемориалу Че. Но где-то же должна быть и нормальная пицца — за кубинские песо. После коротких поисков мы ее нашли — как обычно, за 5 кубинских песо (в 24 раза дешевле). Но самое удивительное было в том, что «пролетарскую» пиццу продавали в окошке с задней стены того же самого кафе. Ее наверняка и готовили на той же кухне!

В Санта-Кларе удивительно мало зелени и почти нет развлекательных заведений. Туристов здесь никогда бы и не увидели, если бы не одно историческое событие, в результате которого город попал во все учебники новейшей истории.

В декабре 1958 года здесь произошло сражение между повстанцами Фиделя Кастро и верными диктатору Батисте войсками. В истории Кубинской революции эта эпохальная битва сравнима по своей значимости разве что со штурмом Зимнего в октябре 1917 года. И точно так же уже невозможно понять, что же именно здесь происходило.

Если штурм казарм Монкадо в Сантьяго-де-Куба стал началом революции, то битва за Санта-Клару — ее триумфальным завершением. Около 300 партизан во главе с бывшим аргентинским врачом Эрнесто Гевара де ла Серна после тяжелого четырехмесячного похода через джунгли вышли на окраину города, который охранял гарнизон из 3000 солдат регулярной армии. Это по 10 солдат на каждого повстанца!

Но повстанцы захватили город всего за полтора часа. Именно столько времени продолжалось точно задокументированное историками великое сражение. Они не встретили почти никакого сопротивления. Да и городские здания никак не пострадали. Все, что осталось в качестве напоминания о штурме, — десяток пулевых отверстий на фасаде «Гранд-отеля» (позднее его переименовали в «Санта-Клара Либре»).

Сражение за Санта-Клару считается самой грандиозной битвой Кубинской революции. А Че Гевара, руководивший повстанцами во время нападения на Санта-Клару, стал постепенно превращаться в величайшего революционера второй половины XX века.

Памятники и портреты Че Гевары можно увидеть во всех городах Кубы, а футболки с его изображением продаются на всех сувенирных лотках и в киосках. Но где же установить самый главный монумент? Конечно, правильнее всего это было бы сделать на родине героя. Но он родился не на Кубе. Тогда мемориал Че Гевары решили построить на месте его самого знаменитого сражения — в Санта-Кларе.

В центре города подходящей площадки не нашли. И мемориальный комплекс построили на окраине. Громадную площадь выложили гранитом, а на краю поставили мавзолей, в котором перезахоронили перевезенные из Болтин останки героя. Над могилой на высоком мраморном пьедестале установили бронзовую статую Че с многозарядным карабином в руке.

Недалеко от мемориала Че начинается ведущая в сторону Гаваны двухрядная автострада «autopista national». На широкой асфальтированной дороге с разделенными газоном полосами главный вид транспорта — запряженные лошадьми повозки.

У начала автострады мы нашли и площадку для организованного автостопа. Рядом с ней построили огромный крытый автовокзал. А на стене повесили доску, на которой мелом записываются в очередь.

Это самая большая площадка для автостопа, на которой нам довелось побывать во время путешествия по Кубе. На ней работало сразу ТРИ «профессиональных автостопщика». Они также останавливали все, что движется. Хотя на автостраде, соединяющей два крупнейших города страны, транспорта было очень мало. Первый появившийся на дороге автобус был заполнен офицерами и солдатами с автоматами. Очевидно, они направлялись куда-то на учения или на какую-то секретную военную операцию. Но ведь армия на Кубе — народная. Поэтому и военный автобус был заполнен автостопщиками. Мы тоже не преминули восполь