Когда всю предназначенную для монахов еду разложили, миряне вернулись на свои места на циновках в зале. Самый главный монах в сопровождении пожилого мужчины с большой алюминиевой миской в руках пошел по рядам. Он обмакивал сделанную из бамбука метелку в святую воду и затем стряхивал прилипшую к ней воду на прихожан.
Досталось и нам — не только святая вода, но и комментарий по поводу «фарангов», вызвавший всеобщий смех в зале. Вообще видно было, что и монахи, и прихожане чувствовали особую значимость праздника именно из-за присутствия иностранцев. Да и то, что я снимал все происходящее на видеокамеру, не могло остаться незамеченным.
Затем в центре зала установили «дерево счастья», сделанное из связанных белыми нитками зеленых пальмовых листьев. Все прихожане расселись вокруг него концентрическими кругами, вновь стали читать молитвы. Главный монах в это время ходил по залу… с фотоаппаратом. Или на него так подействовал мой пример, или он здесь по совместительству еще и хронику торжественных событий ведет.
Остальные монахи в это время — пока на них никто не обращал внимания — продолжали сидеть на помосте и есть принесенную для них еду.
Когда закончили молитву, прихожане стали разбирать «дерево счастья». Белые нитки разрезали на кусочки примерно одинаковой длины и повязывали друг другу на запястья.
Как объяснила нам англоязычная девушка, живущая в Бангкоке и приехавшая в деревню навестить своих родственников, эти нити считаются талисманами, приносящими удачу и здоровье. Снимать их не нужно. Они сами когда надо разорвутся. Но чем дольше они продержатся, тем лучше.
На этом торжественная часть церемонии закончилась. Монахи уже поели и разошлись по своим кельям, согнувшись под грузом заполненных до краев котелков. Они заполнили их сами, отбирая еду по своему вкусу.
Еды было так много, что всю ее не смогли бы съесть, даже если бы монахов было в десять раз больше и они были в десять раз голоднее. Поэтому прихожанам самим пришлось доедать. Не пропадать же добру!
Народ рассаживался группами — прямо там же, где до этого молились и распевали религиозные гимны. Нас, конечно, тоже пригласили присоединиться к общей трапезе.
После окончания обеда мы взяли свои рюкзаки и пошли на трассу с пакетами в руках — напоследок нас, как монахов, нагрузили сладостями и фруктами. Отказаться было невозможно.
Все утро мы провели на буддийском празднике. Однако потерянное время удалось быстро компенсировать. Мы попали в пикап, который несся с такой скоростью, что нас чуть не выдувало ветром из кузова. Приходилось прятаться в тень от кабины. Зато за полдня мы пересекли почти всю северную часть Таиланда.
В Пхитсанулоке в монастыре Ват Яй (официально — ват Пхра-Си-Ратана-Махатхат) хранится бронзовое изваяние Будды Чинарат — вторая по значимости тайская реликвия, после Изумрудного Будды в Бангкоке.
Будда, по внешнему виду золотой, а не бронзовый, установлен в главном храме монастыря. Перед ним всегда много молящихся. У правой стены на длинном помосте расставлены маленькие бронзовые статуи, покрытые тонкими пластинками золотой фольги. Каждый из этих Будд, как полагают, помогает только тем, кто родился в соответствующий день недели.
Прямо в храме стояли прилавки, с которых монахи торговали амулетами. Почти все сидящие на полу лицом к главному Будде держали в руках бамбуковые стаканы с деревянными палочками. От треска, раздающегося от перетряхиваемых палочек, в храме очень шумно. Палочками трясли до тех пор, пока одна из них не выпадала. Тогда можно было прочитать написанное на ней предсказание.
Узнать свое будущее там можно было и другими способами. Прямо перед входом в монастырь раскинулся рынок магических услуг с хиромантами, гадалками, предсказателями, астрологами. Тут же продавали живую рыбу и змей. Если их купить и выпустить в протекающую буквально в пяти метрах от рынка реку, то это будет благое дело по спасению живых существ. За него положены «очки», с помощью которых можно улучшить свою карму.
Монастырь Ват Яй разделен шоссе на две части, связанные между собой пешеходным мостом. В той части, где хранится знаменитый Будда, всегда толпы людей. Во второй — более старой и колоритной части монастыря — посетителей видят редко. Хотя и там вовсю стараются их привлечь и заинтересовать. Под навесом выставили лодку, на которой когда-то плавал один из тайских монархов. А в одном из старых храмов собрали огромную коллекцию антиквариата (включая старые велосипеды, утюги и радиоприемники — по соседству со статуями Будды). По ночам стоящую здесь кирпичную пагоду подсвечивают прожекторами, как новогоднюю елку на городской площади.
Пока мы бродили по дальним уголкам монастыря Ват Яй, постепенно стемнело. Но оставаться на ночь в Пхитсанулоке мы не стали. Вышли на дорогу — она проходит прямо перед стенами монастыря — и уехали на очередном попутном пикапе в Сукхотай.
Увидев у дороги ват, мы стали стучать по кабине, чтобы остановить пикап. Когда машина остановилась, попрыгали из кузова на дорогу и попытались забрать свои рюкзаки. Но не тут-то было. Водитель попался англоязычный. Поняв, что мы направляемся в монастырь, он настоял, чтобы мы сели назад в кузов. Он хотел сам отвезти нас прямо на территорию вата.
Я уже неоднократно сталкивался с тем, что в Таиланде к монастырям относятся с особым почтением. Если просишь подвезти в сторону какого-нибудь пляжа или водопада, то подвезут, как и просил — сколько по пути. Но если попросишь подбросить в сторону какого-нибудь монастыря, то никогда на полпути не высадят. Привезут прямо в ват. Даже если для этого придется проехать несколько километров в сторону от дороги.
— А зачем вам в монастырь? Ночь ведь уже, — поинтересовался водитель.
— Переночевать. — Я даже не стал ничего добавлять, считая, что ночлег в монастырях дело самое обычное.
Вероятно, и водитель считал точно так же. Однако он, похоже, сомневался в наших способностях самостоятельно найти себе место.
Пошли искать монахов. Монастырские собаки подняли страшный гвалт. Казалось, они и мертвого разбудят. Но ни один монах из своей кельи не вышел.
Заглянули в одну дверь. Там на полу сидел молодой монашек. Он смотрел по телевизору тайскую версию программы «Как стать миллионером» и ел лапшу. Ладно телевизор — его Будда не запрещал (в его время телевизоров не было), но ведь есть после обеда монахам не полагается!
Монашек был не в курсе. Он не знал, можно переночевать в его монастыре или нет. Постучали во вторую дверь. Там по телевизору шла какая-то сентиментальная мыльная опера. Из этой кельи вышел монах постарше. Но и он, сколько ни напрягался, так и не придумал, где бы можно было нас разместить.
Водитель пикапа нас не бросил. Он сам предложил отвезти нас в соседний монастырь, чтобы попытать счастье там.
У соседей было тихо и спокойно. Никаких телевизоров слышно не было. Первый же попавшийся монах оказался англоговорящим. Он провел нас в пустую келью на первом этаже трехэтажного здания.
Комната, размером три на три метра, с голыми стенами, выложенным плиткой полом и затянутыми противомоскитный сеткой окнами. Из мебели там был только стоявший в углу электрический вентилятор. Бросив свои спальные мешки на пол, мы включили свои нетбуки, чтобы переписать сделанные за день фотографии. И тут — сюрприз! На территории монастыря работает мощная Wi-Fi станция беспроводного Интернета.
Вот ведь монахи пошли! Одни телевизор смотрят, а другие в Интернете сидят. По телевизору, как мы уже убедились, смотрят не буддийские проповеди, а развлекательные ток-шоу и мыльные оперы. Даже страшно представить, что они могут найти в Интернете!
В 1220 году тайские князья Пxa Мыанг и Бант Кланг Хао заключили между собой военный союз. Они объединились, чтобы противостоять нападениям со стороны соседей бирманцев и кхмеров. И воевали так успешно, что не только не уступили ни пяди своей территории, но и оттяпали часть соседней.
В 1238 году тайцы захватили принадлежавший кхмерам город, который назвали Сукхотай, что означает «Заря счастья», и сделали его своей столицей. Банг Кланг Хао стал королем Индрахитом. В 1275 году на престол взошел младший сын основателя династии, ставший известным под именем Рама Камхенг, или Рама Смелый. Ему, по сути, и принадлежит великая честь отца- основателя тайской нации. За 24 года его правления был создан кодекс законов, разработан алфавит, а тхеравада-буддизм стал государственной религией.
В 1350 году у слияния рек Чаупхраи и Пасака Рама Тхибоди основал город Аюттхаю, ставший серьезным конкурентом Сукхотаю. На протяжении почти двух веков короли Аюттхаи проводили военные кампании чуть ли не ежегодно, но никак не могли подчинить себе Сукхотай, который поддерживали принцы Чиангмая.
В 1438 году Сукхотай захватили кхмеры. В XV веке и в начале XVI века его пытались отвоевать короли Аюттхаи и Чиангмая. Они не хотели объединяться. Каждый стремился присоединить Сукхотай именно к своему королевству. Поэтому воевали даже не столько за этот город, сколько между собой. В конце 1592 года король Аюттхаи — Наресун смог добиться решающего перевеса. Принцы Чиангмая признали свою вассальную зависимость. А Сукхотай — то немногое, что от него к тому моменту осталось, — вошел в состав тайского королевства со столицей в Аюттхае.
Сукхотай занимал большую территорию. И если ходить между руинами пешком, то на их осмотр не хватит и целого дня. Для тех, кто торопится, прямо перед входом дают в прокат велосипеды и мотобайки.
Саша предпочла погулять пешком — пусть и не увидев всего, что здесь есть. А мы с Олегом оседлали мотобайки.
Осмотр Сукхотая обычно начинается от его восточных ворот — у них останавливаются все туристические автобусы. Но мы обогнули угол города и въехали через северные ворота.
Недалеко от входа слева от дороги установлен памятник Раме Камхенгу. Знаменитый король, отлитый из какого-то черного металла, сидел на гранитной скамейке, держа в правой руке сложенную гармошкой книгу. Весь постамент был плотно-плотно увешан цветочными гирляндами и разноцветными целлулоидными лентами. На площадке перед памятником установлены плиты с бронзовыми барельефами, изображающими самые знаменательные события из жизни короля. На одной плите он что-то вещает перед сидящими на полу внимательными слушателями. На другой — верхом на боевом слоне несется на врагов.