– А вы хоть знаете, почему в деревне никто не живет?
– Чего? – Макс отвлекся от рассуждений, где взять палатку: напрокат или купить. – А ты-то откуда знаешь?
– Мне бабушка рассказывала.
– Ну-у… если бабушка, – усмехнувшись, протянул Денис.
– Погоди, – досадливо сморщился Коля. – Успеешь поржать. Послушай лучше. Может, и соваться туда не захочется.
Про ту деревню бабушка рассказывала страшное. Если она пусть с неохотой, но допускала возможность, что внук может побывать в лесу, то насчет деревни была категорична: нечего там делать!
– Раньше была деревня как деревня. В самом деле богатая. Избы крепкие, люди сытые. А потом связалась одна девица с нечистым. Научил он ее ведьмовскому искусству. Она хотела жить вечно, добивалась милости от своего покровителя тем, что отдавала ему других. Поначалу люди ничего не знали, но постепенно стали замечать, что девушки и молодые женщины в деревне начали чахнуть, болеть, а многие и помирали. И все утверждали, что ведьма к ним среди ночи является, пугает, морочит, даже кровь пьет. Терпение у людей лопнуло, схватили они ведьму и решили казнить. Она, связанная уже, как будто и не боялась близкой смерти, смеялась над всеми, говорила, что ее господин не оставит свою слугу, а им всем худо будет. Деревенские жители убили ее, повесили. Еще и труп сожгли. Несколько дней все тихо было, а потом стали люди умирать. Только теперь уж все подряд: мужики, бабы, дети малые, старики. По-разному умирали: на кого дерево в лесу упадет, кто в горячке сгорит, кто в сугробе замерзнет. Но ведьма мерещилась всем, чей черед наступал. Приходила она по ночам, заглядывала в окна, в двери стучала – звала за собой. И вскоре человек умирал. Никому спасения не было. Так всю деревню и извела. Не живет там никто. И все, кто близко к мертвой деревне подходил, тоже погибали.
Коля умолк. Его друзья помолчали немного, а потом Макс сказал:
– История, конечно, увлекательная. Прямо фильм ужасов…
– И рассказал ты ее с интонациями своей бабушки, я и не знал, что ты у нас народный сказитель, – ввернул Денис.
– Только всему есть объяснение, – продолжил Макс, стараясь говорить рассудительно, – никакой мистики. Болезнь была какая-то, мор, вот люди и умирали. Молва приписала причину их гибели ведьме, которая была обычной женщиной. Ее убили, перед смертью она наговорила разного. А кто бы вел себя в подобной ситуации спокойно и адекватно? Впечатлительные люди стали любую смерть объяснять местью ведьмы.
– Но ведь деревня вправду вымерла, – заметил Коля.
– Точно ничего не известно. Когда это произошло? При каких обстоятельствах? Может, тоже эпидемия, а может, люди ушли из тех мест по финансовым причинам: неурожаи, падеж скота или еще что.
– Короче, Колян, хватит дребезжать, – подвел итог Денис. – Неужели будем слушать бабушкины сказки и откажемся от такого шанса?
И теперь они ехали, и лес уже был близко, и на душе у Коли было тяжело: он думал о том, как позволил втянуть себя в эту авантюру. Слушал, как друзья смеются, перебрасываются веселыми шутками, и не мог заставить себя расслабиться. Дурное предчувствие не давало покоя.
К заброшенной деревне когда-то вела дорога. Трасса закончилась, и машина проехала по ней, сколько было возможно.
– Дальше никак, застрянем, – объявил Макс, и друзья выбрались из салона.
Они были готовы к тому, что придется довольно долго идти пешком. Подхватили рюкзаки и пошли. За сохранность машины Макс не боялся: никого тут не бывает, некому угонять.
«Нас только зачем-то понесло», – мрачно подумал Коля.
До места добрались примерно к пяти часам дня. Дорога становилась все у́же и хуже, лес смыкался все плотнее. Друзья вымотались, устали. Городские ребята, они не привыкли к долгим многочасовым походам; рюкзаки их становились тяжелее с каждым шагом.
Наконец лес расступился и явил им мертвую деревню. Она действительно была большая, много домов, вернее того, что от них осталось. Почерневшие остовы покосившихся изб ушли в землю, некогда аккуратные сады-огороды заросли сорной травой, бурьяном, разросшимися кустами. Деревья прорастали сквозь дома, остатки крыш и стен догнивали в земле. Запустение и уныние тревожили душу. Коля подумал, что пройдет совсем немного времени, и лес победит окончательно, съест и переварит заброшенную деревню.
– Печальная картина, – проговорил Денис.
Они шли по некогда широкой деревенской улице, направляясь к церкви. Ее было видно сразу: стояла на возвышенности, на холме, за деревней. Каменное строение выглядело монументально, хотя колокола на колокольне не было, как и креста на маковке, позолоту тоже ободрали, маковка была серой. Но было в здании печальное величие, а еще видно, что строили церковь с любовью, с выдумкой, старались украсить.
Дверь была закрыта. Кругом царила тишина.
– Впечатляет, – сказал Денис. – Не зря пришли.
Они пофотографировали и церковь, и деревню, потом разбили палатку неподалеку от заброшенного храма, тут же, на холме. Вернее, обустройством лагеря занимались Коля с Максом, а Денис пошел опробовать металлоискатель. Вплотную заняться поисками решили завтра, начать с церкви, а пока Денис, как он сам сказал, разминался.
Они собиралась провести здесь три дня и две ночи, но если ничего путного найти не удастся, то можно уехать и завтра. Впрочем, Денис и Макс были убеждены, что с пустыми руками не останутся.
На лес и холм опускались синеватые сумерки. Возле палатки разложили костер, над которым повесили на треногу котелок: там будет вариться картошка, к которой предполагались жареные сосиски, огурцы-помидоры и еще разная снедь, по мелочи. Макс взял коньяк, Денис и Коля – водку. Надо сегодня отметить прибытие на место, а завтра – находки.
Картошка бодро булькала в котелке, сосиски распространяли умопомрачительный аромат. Вообще-то Коля был к ним равнодушен, но на природе любая еда кажется вкуснее, чем дома.
Почти стемнело, из деревни пришлепал довольный Денис.
– Как твой улов? – спросил Коля.
– Походил маленько. И вот, – скромно ответил приятель.
«Вот» – это несколько монет, тусклая серебряная цепочка от часов, сами часы (сломанные, без крышки), брошь в форме птички с синим камушком-глазком.
– Хлам вроде гвоздей я выбрасывал. Скажу честно, рассчитываю найти много интересного!
– Хорошо, что выбрались, – поддержал Макс.
Даже у Коли поднялось настроение. Еда под коньячок пошла так хорошо, что напряжение впервые за день отпустило его, и он уже сам не понимал, чего так боялся. Уединенное место, тихое и красивое, природа шикарная, свежий воздух – чего еще нужно? Даже если никаких сокровищ они не найдут, так ведь возможность отдохнуть, посидеть, никуда не спеша, вдали от городской суеты – уже настоящий клад.
Время за разговорами летело незаметно.
– Уже одиннадцать доходит, – удивился Коля.
Он устал, его клонило в сон. Денис широко зевнул. Макс выглядел пободрее остальных. В лесу что-то затрещало.
– Тут звери водятся, интересно? – спросил Макс.
– А как же. Волки. Кабаны. Львы. Пантеры, возможно, – отозвался Денис.
– Придурок, – беззлобно сказал Коля. – Но вообще могут, почему нет?
Никто из них не боялся, хотя из оружия имелся лишь пневматический пистолет Коли. Треск повторился. Звук шел со стороны деревни.
– Старые дома скрипят, разваливаются, – сказал Макс беззаботно, но чувствовалось, что ему немного не по себе.
Они ведь находились очень далеко от людей, в месте, где, если верить городским легендам, умерло много народу. Каким атеистом, прагматиком себя ни воображай, в ночной тиши, в глуши невольно начнешь верить в то, над чем смеешься при свете дня. Ночная тьма была плотной и тяжелой, луна и звезды укрылись за тучами: к вечеру ясная погода немного испортилась, но дождя синоптики, к счастью, не обещали.
– Дома… Нет, это ведьма бродит по мертвой деревне! – Денис умолк и стал вглядываться во тьму, а потом замирающим от ужаса голосом произнес: – Смотрите, там что-то есть! – Он вытянул руку. – Вон там, видите? Ведьма! Она идет сюда!
Коля и Макс переполошились, привстали, глядя в ту сторону, а Денис захохотал как полоумный:
– Купились! Видели бы вы свои рожи! Колян, ты точно в штаны наложил!
– Дебил, – сказал Макс.
Коля разозлился сильнее, чем ему хотелось признать. Кто так делает, зачем пугать?
– Костер догорает. Подкидывать ветки будем? – спросил Макс.
– Лучше спать ляжем. – Коле хотелось зайти в палатку, закрыться, отгородиться от пустой деревни и храма.
«Нет на свете страшнее места, чем оскверненная церковь, – всплыли в мозгу бабушкины слова. – Бог перестает говорить, принимается нашептывать дьявол».
– Может, страшные истории? – хохотнул Денис, но друзья поглядели на него так, что он предпочел заткнуться.
Макс захрапел моментально, Денис повозился и тоже вскоре вырубился. Коля долго не мог заснуть. Ночь, лишенная привычных городских шумов, казалась зловещей. В каждом шорохе и треске ветки чудилась угроза; мерещилось, что возле палатки кто-то ходит.
Устав прислушиваться, Коля тоже провалился в сон.
Разбудил его Денис.
«Что ему вечно неймется», – сердито подумал Коля.
Друг тряс его за плечо.
– Вставайте! – говорил он, в голосе слышались непривычные нотки.
Паника? Страх?
Макс сел, потирая глаза.
Коля подумал: странно, что он видит обоих друзей, хотя фонарь в палатке не горит, а ведь еще ночь. Все трое переглянулись.
– Вы слышите?
Остатки сна слетели, и Коля понял, о чем говорит Денис.
В ночи слышался колокольный звон. Монотонный, на одной ноте, тревожащий и настойчивый. Спьяну чудится? Да нет, пили мало, немножко коньяку не в счет. Пьяниц среди них не было.
– Что за чертовщина, – пробормотал Макс.
– Колокола нет, – потрясенно проговорил Коля. – Как он может звонить?
Но колокол – это полдела. Откуда льется свет?
– Ты выглядывал, смотрел, что там? – спросил Дениса Коля.
– Я… – д