–Теперь вам ясно, почему людям ничего не удается добиться от великанов, пока те не остановятся?– сказал чемоданчик.– Чтобы воспользоваться магическими возможностями мантии, нужно заставить этих колоссов сесть.
–И что, неужели за этим непременно последует катастрофа?– спросила я.
Признаться, мне подумалось, что чемоданчик преувеличивает трагизм ситуации, чтобы придать себе большую значимость.
–Хочешь убедиться в этом сама – пройди до конца этой дороги,– отозвался мой разговорчивый багаж.– Ты окажешься в деревушке под названием Мулинон, жителям которой пятнадцать лет назад удалось заманить к себе и усыпить великана, накормив его яблоками со снотворным.
Поскольку других дел у меня не было, я тут же сказала: «Отлично, пошли!»
Мы шагали примерно четверть часа, пока не вышли на опушку леса. Тут я вытаращила глаза. Вместо деревни перед нами лежали настоящие руины. Ничего, кроме обгорелых развалин. Подойдя к ним ближе, я обнаружила, что все улицы завалены скелетами каких-то жутких тварей – похоже, драконов!– пожелтевшие кости которых не давали пройти дальше.
–Клянусь вставной челюстью моей бабушки!– выругалась Поппи.– Ты только взгляни на когти и клыки этих зверюг! Я и не знала, что в нашем лесу водятся такие страшилища.
–Их там нет,– прокаркал чей-то голос у нас за спиной.– Это люди создали их.
Я так и подскочила. В этом голосе не было почти ничего человеческого. Обернувшись, я увидела пробирающегося среди развалин человечка самого чудного вида. Он был старый и очень грязный, а в его лице явно было что-то от жабы. Скажу честно – не хотела бы я видеть его своим женихом! Пальцы на его левой руке соединяла кожистая перепонка…
Поппи не струсила. Она уставилась незнакомцу прямо в глаза и спросила:
–Что вы хотите этим сказать?
–Когда-то меня звали мастер Жак,– прохрипело странное создание.– Я был мельником в Мулиноне. Красивая была деревня… Сегодня же все называют меня Грязнулей, и вы наверняка догадались почему…
Стараясь не выдать своего отвращения, я задала вопрос:
–Что здесь произошло? Война была, что ли? И откуда взялись эти драконьи скелеты?
–Ступайте за мной, красавицы,– хмыкнул Грязнуля,– я покажу вам окрестности. Я – единственный житель Мулинона, оставшийся в живых. Все остальные поубивали друг друга в той безжалостной войне.
Чтобы пройти через деревню, нам приходилось перелезать через груды костей, загромождающие улицы. На фасадах некоторых домов все еще были различимы следы огромных когтей. Среди развалин кое-где виднелись скелеты людей, наполовину сожранных и растерзанных…
Грязнуля проводил нас до окраины бывшей деревни, где высился исполинский каменный трон – сложенное из гранита громадное кресло, достаточно высокое, чтобы на него мог усесться великан. Вокруг простирался сад из корявых, чахлых яблонек.
–Здесь все и началось,– негромко проговорил Грязнуля.– Узнав, что в нашем лесу бродит великан, мы решили заманить его к нам, насадив здесь яблони… Великаны охочи до яблочек…
–Знаю,– перебила я,– и вы обмазали эти яблоки снотворным, чтобы усыпить его. А дальше-то что произошло?
–Великана сморило, он уселся на трон и уснул,– отозвался наш необычный провожатый.– Мы тут же воспользовались этим, развернув его мантию на траве…
–После чего все дружно взобрались на нее и стали загадывать желания,– закончила за него Поппи.
–Именно, и я в числе самых первых… Это так же верно, как и то, что меня зовут мастер Жак. В то время мы еще не догадывались, что попали в страшную ловушку. Магия – опаснейшая штука, милые барышни. К волшебству быстро привыкаешь! Вскоре самые невероятные чудеса стали казаться нам обычнейшим делом, и нам все время хотелось большего! Мы никак не могли удовлетвориться достигнутым. За каждым новым желанием следовало еще одно. Каждый стремился стать сильнее, богаче, красивее и могущественнее своих соседей. Зависть породила ненависть, а ненависть привела к войне. Колдовская война – самая страшная и беспощадная. Магия великанской мантии делала возможным любое заклятие… некоторые дошли до того, что создали собственную армию драконов. Тогда-то Мулинон и превратился в груду развалин.
С этими словами Грязнуля опустил руку мне на плечо. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не содрогнуться.
–Послушай меня, малышка,– прохрипел он, приблизив свое уродливое лицо к моему.– Поверь слову единственного уцелевшего в той войне. Если жители твоей деревни задумают заманить к себе великана, чтобы воспользоваться его мантией, уходи из дома… бросай все и беги как можно быстрее и как можно дальше, иначе тебя погубит неминуемая катастрофа!
–Спасибо за совет,– пролепетала я.– Думаю, теперь нам следует вернуться домой.
Я попятилась, Поппи двинулась за мной. Грязнуля неотрывно глядел нам вслед. Когда мы уже входили в лес, он принялся махать руками и кричать:
–Помните, магия – самая страшная из ловушек, которые придумали демоны нам на погибель! Это смертельная западня для глупцов! Не попадитесь в нее!
Признаюсь, у меня мурашки побежали по спине, хотя я не трусиха… ну, не самая большая, по крайней мере.
–Что будем делать?– прошептала Поппи.– По-моему, ерунда вся эта болтовня про магию. Думаешь, что-то подобное и в самом деле может произойти у нас?
–Оно уже вот-вот случится,– послышался гнусавый голосок чемоданчика, который покачивался у меня в руке.– Если только вы ничего не сделаете, чтобы помешать этому.
–Так скажи нам, что нужно делать!– рявкнула я, потому что вся эта чертовщина мне уже надоела.
–В конце этой дороги, примерно в двух километрах отсюда, высится сторожевая башня,– пояснил чемоданчик.– Вы не знаете о ее существовании, потому что взрослые ревниво оберегают этот секрет. На вершине башни всегда дежурит человек, который днем и ночью постоянно следит за лесом. Он высматривает великанов. Если один из них вздумает направиться к вашей деревне, часовой тут же подаст сигнал. И тогда жители вашей деревни немедленно расставят ловушку вроде той, которую вы только что видели в Мулиноне: каменный трон, напитанные снотворным яблоки… Продолжение вам известно.
Я просто не верила своим ушам. Я все больше понимала, как много скрывают от нас взрослые.
–Идите прямо к сторожевой башне,– продолжал чемоданчик.– Когда вы окажетесь у ее подножия, я скажу вам слова магического заклинания, которое помешает наблюдателю видеть великанов. Сколько бы он ни вглядывался в лес, великаны станут для него невидимы.
Мне это показалось хорошей идеей, и мы двинулись в указанную сторону. Ноги у меня уже болели от усталости, а тропа все не кончалась. Наконец мы увидели впереди исполинскую деревянную башню, верхняя площадка которой возвышалась над лесом и позволяла видеть окрестности до самого горизонта. Опершись локтями на перила, наверху стоял какой-то человек, но я не могла различить его лица. К наблюдательной площадке вела бесконечной длины деревянная лестница. И выглядела она такой ветхой, словно ей было не меньше двухсот лет…
–Добрались наконец,– простонала Поппи, обессиленно опускаясь на пень. Ноги ее были стерты в кровь.
–Теперь одна из вас должна взобраться на вершину,– пояснил чемоданчик.– Там, глядя наблюдателю прямо в глаза, она должна произнести следующее заклинание – Кастига Оксос Феррис Мурантес Веланос Максимус Аррастрикс – и затем дунуть на его веки. С этого момента часовой уже не сможет разглядеть великана, даже если тот будет отплясывать джигу под самым его носом.
–Я не смогу взобраться наверх, я слишком тяжелая,– заявила Поппи.
–А ты не мог бы доставить нас туда с помощью магии?– обратилась я к чемоданчику.
–Нет,– отказался тот,– ты должна заплатить за заклинание, которое я только что передал тебе. Таков закон магии – за нее так или иначе всегда приходится платить. А разменной монетой послужат усилия, которые ты приложишь.
Я перевела взгляд на лестницу. В ней было, наверно, тысячи три перекладин, как минимум…
–Кстати, будь осторожна,– небрежно добавил чемоданчик.– Эта лестница – волшебная, и в ее задачи входит защищать наблюдателя. Если она догадается, что ты задумала что-то недоброе по отношению к нему, она приложит все усилия, чтобы помешать тебе добраться до верхней площадки.
–Неужели?– хмыкнула я.– Она что же, будет читать мои мысли?
–Совершенно верно, поэтому ты должна будешь думать о чем угодно, только не о том, для чего ты на самом деле лезешь наверх. Можешь читать таблицу умножения или распевать песни, но только ни в коем случае не размышляй о своей миссии.
–Но я забуду заклинание, если не буду постоянно твердить его!
–Запиши его у себя на руке!
–У меня нет карандаша!
–У меня есть,– вмешалась Поппи.
Вынув из кармана фломастер, она записала странные слова у меня на ладони. Я угрюмо поплелась к башне. Вот зараза! Теперь у меня не осталось ни одного предлога, чтобы отказаться от подъема…
Помедлив напоследок, я нерешительно сказала:
–Ну, я пошла…
–Ждем тебя здесь,– хихикнул мерзкий чемодан.– Снизу нам все будет видно, особенно как ты падаешь.
Ладно… я ухватилась за первую перекладину, одновременно начиная бормотать вполголоса таблицу умножения на 2. «Дважды два – четыре, дважды три…» и так далее. Вы ее знаете, не стану повторять. Дерево под моими руками было липким, как напитанная смолой сосновая кора. Отдирать ладони каждый раз приходилось с болью. Как я уже говорила, лестница казалась бесконечной. И ее шатало ветром… Вскоре я жутко замерзла. Посмотреть вниз я не решалась. Я продолжала читать вслух таблицу умножения, лишь бы только не думать о том, что я собираюсь делать наверху. Больше всего я боялась разжать хватку и свалиться вниз.
Примерно до половины высоты все шло неплохо, а потом… не знаю, что случилось потом, но, вероятно, волшебная лестница как-то проникла в мой разум и почуяла, что я что-то от нее скрываю. На перекладинах начали расти колючки.
Вам когда-нибудь случалось ухватиться незащищенной ладонью за шиповник? Тогда вы понимаете, что я испытывала. Поначалу колючки были совсем маленькие, но по мере моего продвижения вверх они вырастали все больше. Мне было так больно, что таблица умножения вылетела у меня из головы. Теперь мои мысли оказались доступны для волшебной лестницы, и число колючек резко увеличилось. Руки у меня были в крови, а слезы текли, как из лейки. Я только твердила себе: «Мне во что бы то ни стало надо добраться до вершины, иначе часовой обнаружит великана, и мою деревню ждет такая же судьба, как деревню несчастного Грязнули…»